Научно-исследовательское направление, связанное с вопросами религиозного фундаментализма в контексте современных глобальных социально-политических процессов ведет кандидат философских наук, доцент кафедры государственно-конфессиональных отношений В.В. Кравчук. Она же является заместителем главного редактора журнала «Государство, религия, церковь в России и за рубежом», а также ответственным секретарем редакции. В приложении к журналу № 3 за 2010 год опубликованы «Сведения о религиозных организациях, зарегистрированных в Российской Федерации», где под № 64 указано: «Живая этика (рериховцы)». Размещая эту информацию в журнале, ученому следовало бы быть внимательнее к формулировкам, и не допускать нелепостей. Как можно в сведения об организациях включать Живую Этику, которая является научно-философским трудом?! Кроме того, там можно встретить наименования и других духовных учений и направлений, которые именуются организациями.

Также стоит заметить, что никаких движений и организаций под названием «рериховцы» никогда не было «зарегистрировано в Российской Федерации». Подобные неточности в формулировках непростительны для научной документации. Если под наименованием «рериховцы» подразумевались Рериховские общественные организации, то их размещение в «Сведениях о религиозных организациях…» не верно не только по сути их деятельности, но и с юридической точки зрения, т.к. их регистрация в государственных органах РФ осуществляется в качестве некоммерческих общественных объединений.

Непонятно и определение Живой Этики в качестве новой религии, которое встречается на сайте РАГС в материалах кафедры государственно-конфессиональных отношений в разделе «Религии России», где размещены сведения о «Новых религиозных движениях». Данная информация полностью заимствована из статьи В.В. Кравчук под названием «Новые религиозные движения в современной России», написанной несколько лет назад. Таким образом, научная позиция В.В. Кравчук, которая является заместителем заведующего кафедрой государственно-конфессиональных отношений, на протяжении многих лет остается неизменной. Однако в последнее время появился целый корпус исследований по наследию Рерихов, который не может игнорировать научный анализ данной проблемы.

В 2000 году Международный Центр Рерихов (далее МЦР) – ведущая организация в изучении наследия Рерихов – предоставила возможность проведения ряда официальных научных экспертиз, вследствие появления определения Архиерейского Собора «О псевдохристианских сектах, неоязычестве и оккультизме», в котором перечислены «новые религиозные движения», разрушающие «традиционный уклад жизни, сложившийся под влиянием Православной Церкви» (п. 9), куда оказалась причислена Живая Этика, наследие Рерихов и их последователи.

В августе 2000 года в рамках юридической экспертизы, проведенной ООО «Экономико-правовая консалтинговая компания «Доверие», деятельность МЦР была исследована на предмет ее соответствия Конституции РФ, положениям Федеральных законов, требованиям нормативных правовых актов и т.п. В заключении, сделанном по результатам экспертизы, признана неправомерность отнесения Живой Этики к религиозным учениям: «<…> упоминание данного учения в рассматриваемом Определении Архиерейского Собора Русской Православной Церкви и причисление учения Живой Этики к сектам и «новым религиозным движениям» необоснованно и неправомерно.

По существу данным Определением подвергнуто неправомерной и не основанной на Законе оценке учение Живой Этики, которое является нерелигиозным учением, поскольку в нем отсутствуют указанные в статье 6 Федерального закона от 26.09.1997 года «О свободе совести и религиозных объединениях» № 125-ФЗ (с изменениями от 26 марта 2000 года) признаки: -вероисповедание; -совершение богослужений, других религиозных обрядов и церемоний; -обучение религии и религиозное воспитание своих последователей. Поэтому данное учение не может быть приравнено Русской Православной Церковью «к псевдохристианским сектам» и «новым религиозным движениям»1. Таким образом, поскольку научный труд Живая Этика не является, по сути своей, религиозным Учением, поэтому организации, основополагающие свою деятельность на его принципах, не могут относиться к религиозным.

Кроме того, в экспертизе сделан следующий вывод: «Поскольку отсутствует какая-либо информация и нет сведений о каких-либо правонарушениях, осуществленных членами Международной общественной организации «Международный Центр Рерихов» за весь период их культурно-просветительской деятельности, уставные документы, организационная структура данного юридического лица полностью соответствуют положениям и требованиям действующего Федерального и Международного законодательства, поэтому применение понятий «секта», «тоталитарная секта», «деструктивная секта» и «новое религиозное движение» к Международной общественной организации «Международный Центр Рерихов» не правомерно, так как ее целенаправленная деятельность связана исключительно с научно-культурным наследием Рерихов и Учением Живой Этики»2.

Выводы юридической экспертизы ООО «Экономико-правовая консалтинговая компания «Доверие» подтверждаются результатами независимой научной экспертизы от 15 марта 2001 года, выполненной доктором философских наук, профессором кафедры философии Московского государственного института международных отношений (МГИМО – Университет) МИД РФ В.С. Глаголевым, где в частности говорится: «<…> Международный Центр Рерихов по сути своей является культурно-просветительским и поэтому не представляет собой ни секты, ни тоталитарной секты, ни религиозной секты ни по одному из признаков, по которым определяет секту современная научная литература. Поэтому, в частности, деятельность МЦР нельзя характеризовать и как религиозную (отсутствует мифология, культовая практика, стабильная организация религиозно-харизматического типа).

В сложных условиях развития современной России деятельность МЦР и сотрудничающих с ним рериховских организаций отвечает задачам нравственного воспитания личности и формирования у нее ответственности за содержание и направленность своей повседневной жизни.

Деятельность Международного Центра Рерихов выступает важным звеном культурно-политических связей России с теми кругами восточной и западной интеллигенции, которые последние шестьдесят-семьдесят лет разделяют озабоченность семьи Рерихов перспективами развития мировой культуры и цивилизации» 3.

Аналогичный вывод сделан Ю.М. Павловым, доктором философских наук, профессором, заведующим кафедрой мирового политического процесса политологического отделения философского факультета Московского государственного университета им. М.В. Ломоносова.4

Таким образом, и с юридической, и с научной точки зрения вопрос решен однозначно: отнесение Живой Этики, МЦР и Рериховского движения к «новым религиозным движениям» является безосновательным и неправомерным, что доказано с веской научной обстоятельностью. Международный Центр Рерихов доказывает это всей своей многогранной культурно-просветительской деятельностью, являясь ассоциированным членом Департамента общественной информации ООН, ассоциированным членом Международной Организации Национальных Трастов, коллективным членом Международного совета музеев, членом Всеевропейской федерации по культурному наследию «ЕВРОПА НОСТРА». За годы своего существования МЦР стал крупным музейным и культурным центром, сотрудничающим с Италией, Австрией, Болгарией, Израилем, Индией, Финляндией, Канадой, Испанией и многими другими странами. В течение нескольких лет МЦР возглавлял выдающийся российский дипломат, специальный представитель Генерального секретаря ООН, Чрезвычайный и Полномочный Посол Ю.М. Воронцов. Ежегодно в МЦР проходят международные научные конференции, в числе участников которых академики, доктора и кандидаты наук из разных стран мира. В 2009 году в МЦР поступила телеграмма от президента РФ Д.А. Медведева: «Рад поздравить Вас с 20-летием Международного Центра Рерихов. За эти годы он приобрел широкую известность в России и за рубежом. Центр ведет масштабную работу по изучению богатого наследия Рерихов, а постоянная экспозиция и передвижные выставки знакомят посетителей с творчеством, исследовательской и общественной деятельностью знаменитой семьи. Большой популярностью пользуются Ваши гуманитарные и просветительские проекты по защите культурных памятников, которые Центр реализует совместно с ООН. Желаю Вам новых успехов, благополучия и всего самого доброго» 5. Министр культуры РФ А.А. Авдеев в своем выступлении перед участниками конференции 2010 года, в частности, сказал: «Сегодня, в день рождения Николая Константиновича Рериха, мы не только вспоминаем выдающегося мыслителя, художника, гуманиста ХХ века, великого подвижника Культуры. <…> Как писал сам Н.К. Рерих, мы собрались для того, чтобы создать «международный импульс к обороне всего самого драгоценного, чем живо человечество». Николай Константинович Рерих и как художник, и как общественный деятель – дипломат Культуры. Идеи его Пакта, призывающие к миру через Культуру и Красоту, через созидание и совершенство, сохраняют свою актуальность и международное значение и сейчас. Мы вновь говорим о необходимости объединения усилий всего международного сообщества с целью сохранения Культуры во имя будущего наших стран и народов» 6. Все это говорит о высоком научном и общественном признании Международного Центра Рерихов. Таким образом, широкомасштабный культурный характер деятельности МЦР и сотрудничающих с ним Рериховских организаций, образующих Рериховское движение, говорит о том, что даже с точки зрения простого здравого смысла они никак не могут быть отнесены к разряду религиозно-сектантских.

Однако Определение РПЦ 1994 года стало козырной картой в руках многих недоброжелателей и послужило основой для формирования настороженного и негативного отношения к имени Рерихов со стороны несведущих людей.

Казалось бы, объективной стороной в этом вопросе должна выступать наука. Но, выполняя роль информационно-аналитического центра, Российская академия государственной службы при Президенте РФ, видимо, всецело положившись на вышеупомянутое церковное Определение, еще в 1997 году включила Живую Этику в число «новых религиозных движений» в своем академическом справочнике «Религия, свобода совести, государственно-церковные отношения в России» 7.

Сегодня позицию Российской академии государственной службы при Президенте РФ по этому вопросу выражает В.В. Кравчук. Ученое звание и степень каждый обязан подтверждать своим исследовательским трудом. К сожалению, похоже, годы не прибавляют В.В. Кравчук ни знания предмета изучения, ни научной ответственности. Как же иначе объяснить тот факт, что ею были абсолютно проигнорированы все результаты проведенных в МЦР научных экспертиз? Это дает основания говорить о предвзятости, которая никогда не служила надежным компасом в поиске истины, и сама по себе исключает научность, т.е. объективность исследования. В то же время напрашивается и такой вопрос: как вообще могло проводиться исследование о Рерихах и Рериховском движении без обращения к материалам и архивам МЦР? Документальные источники помогли бы В.В. Кравчук, по крайней мере, избегнуть многих оплошностей, которые сегодня перенесены из ее статьи «Новые религиозные движения в современной России», написанной много лет, на сайт РАГС.

К сожалению, В.В. Кравчук не утруждается даже поверхностным ознакомлением с материалом, о котором берется писать, не говоря уже о тщательном анализе вопроса, связанном с Рериховским движением. Для наглядности приведем цитату из ее статьи «Новые религиозные движения в современной России», которая также содержится в информации, выставленной на сайте РАГС: «Одним из наиболее активных остается и движение последователей Рерихов, которое сегодня разделилось на несколько конкурирующих направлений. Одно, с культурологическим уклоном, возглавила Е. Шапошникова, директор Московского центра Рериховского общества; другое, с центром в Новосибирске, – Александр Ключников; духовным лидером и символом третьего направления стала некая Зиновия Душкова (Е. Бондаренко) из Приморья. Рериховцы не только проводят регулярные культурологические мероприятия (организация выставок картин Рериха, конференции его памяти и его духовного наследия), но и организуют широкое издание книг, периодики о своем философско-религиозном движении, опирающемся на произведения Е.И. Рерих «Живая этика», «Листы сада мории», «Письма Е.И. Рерих» и т.д. Рериховцы зачастую отвергают свою причастность к новой религиозности, но фактически они являются выразителями традиции нью-эйдж, восходящей к неомистике, теософии и антропософии» 8.
Уже один только этот абзац явно свидетельствует о полной неосведомленности автора. Может ли настоящий ученый не знать даже названия предмета изучения? Разумеется, нет. А В.В. Кравчук может.
Во-первых, никогда в Рериховском движении не существовало организации «Московский центр Рериховского общества» и, следовательно, Л.В. Шапошникова не могла ее возглавлять. В Москве работает Международный Центр Рерихов, его президент – известный ученый А.В. Постников, доктор технических наук, профессор, академик РАЕН, академик Международной академии истории наук (Париж), Заслуженный деятель науки РФ. Людмила Васильевна Шапошникова является вице-президентом Международного Центра Рерихов.
Во-вторых, академик РАЕН, РАКЦ и РАЭ, заслуженный деятель искусств РФ Шапошникова Людмила Васильевна, никогда не носила приписываемых ей В.В. Кравчук инициалов «Е. Шапошникова».
В-третьих, «Александр Ключников» на самом деле носит имя Юрий Ключников.
В-четвертых, «некая Зиновия Душкова (Е. Бондаренко) из Приморья» никогда не относилась к Рериховскому движению и не имела с ним ничего общего.
В- пятых, «Листы сада Мории» – это одна из 14 книг под общим названием «Живая Этика», и потому ее приведение в качестве самостоятельного произведения является некорректным.
В-шестых, вывод о том, что последователи Рерихов «являются выразителями традиции нью-эйдж, восходящей к неомистике, теософии и антропософии» не выдерживает научной критики. Живая Этика была создана в 1920-30-е годы как система космического мировоззрения, а «New Age» обозначилась лишь в 70-е годы ХХ века. Не имея собственной философской базы, «New Age» перепевает на свой лад истины самых разных духовных учений, срывая всякий раз лишь вершки оккультного характера, не различая глубины теософии Е.П. Блаватской и поверхностности антропософии Р. Штейнера.

Так обстоят дела с наукой на кафедре государственно-конфессиональных отношений Российской академии государственной службы при Президенте РФ. Казалось бы, это только проблемы данного ВУЗа. Но беда в том, что далеко не каждый студент и интернет-пользователь, читая академические справочники, статьи и материалы сайта, подвергает их критическому осмыслению – просто берет на веру. Ведь это наука! В результате формируется искаженное представление о Живой Этике, Международном Центре Рерихов, Рериховском движении и наших великих соотечественниках Рерихах. Этого и добивается В.В. Кравчук.

Отсутствие системы научных доказательств в материалах, посвященных философскому наследию семьи Рерихов и Рериховскому движению, наводит на мысль о том, что на пороге Российской академии государственной службы при Президенте РФ фактически растворяется в небытие конституционное положение об отделении Церкви от государства. Научный статус академии обязывает к выработке и формированию объективной, научной, а значит, непредвзятой позиции в отношении к изучаемым общественным явлениям.

Воронова Л.С., педагог, г. Пермь,

Кулакова Е.С., кандидат искусствоведения, г. Новокузнецк,

Уроженко О.А., кандидат философских наук, г. Екатеринбург,

Хоменок Л.В., кандидат педагогических наук, г. Пенза,

Яковлева Г.А., кандидат медицинских наук, г. Пермь

_______________

1. Сборник «Защитим имя и наследие Рерихов». М.: МЦР, 2001. Т.1. С. 314.

2. Там же. С. 315.

3. Там же. С. 324.

4. Там же. С. 325.

5. Журнал «Культура и время». № 1, 2010. С. 5.

6. Журнал «Культура и время». № 4, 2010. С. 14.

7. Справочник «Религия, свобода совести, государственно-церковные отношения в России». М.: издательство Российской академии государственной службы при Президенте Российской Федерации, 1997. С. 303–345

8. http://religio.rags.ru/religios/6.php

Сайт Международного Совета Рериховских организаций имени С.Н.Рериха

Философия между наукой и религией
Автор Гусейнов А.А.
03.09.2010 г.

Журнал «Вопросы философии» (№ 8, 2010 г.)

Философия как наиболее абстрактная наука находится на пределе знания. Отсюда – попытки выразить ее специфику через обозначение того, чем она не является. Ведь, как установил еще Парменид, «отрицательные определения подобают началам и границам» [Фрагменты 1989, 278]. При рассмотрении предметности философии исключительно трудной и важной задачей является проведение демаркационных линий между нею и наукой, а также между нею и религией и теологией. Бертран Рассел назвал философию ничейной землей, расположенной между наукой и теологией и «подвергающейся атакам с обеих сторон» [Рассел 2002, 6]. Это утверждение – больше, чем яркий образ, обходящий трудность определения философии. Оно выражает также существо дела, состоящее в том, что философия имеет двуединую природу: одной частью она родственна науке, другой частью – религии. Она апеллирует к разуму, является особого рода знанием о мире, и это роднит ее с наукой. И в то же время философия есть особого рода отношение к действительности, образ жизни, убеждение, верование, она занимается аксиологическими проблемами, которые суть скорее дело выбора, чем знаний, и это роднит ее с религией и теологией.

1. Многообразие определений философии распределяется между двумя выделенными выше крайностями, упираясь, с одной стороны, в науку, а с другой – в религию. Как пишет В.С.Соловьев, «прежде всего мы встречаемся с двумя главными, равно друг от друга отличающимися понятиями о философии: по первому философия есть только теория, есть дело только школы; по второму она есть более чем теория, есть преимущественно дело жизни, а потом уже школы. По первому понятию философия относится исключительно к познавательной способности человека; по второму она отвечает также и высшим стремлениям человеческой воли, и высшим идеалам человеческого чувства» [Соловьев 1988, 179]. Сам Соловьев исходил из идеала целостного человека в единстве его познавательных, волевых и эмоциональных способностей, а также из идеала цельного знания в единстве его теоретических, нравственных и эстетических аспектов. Отвлекаясь от конкретных учений Соловьева, следует признать, что он несомненно прав в одном: специфичным для философии, для понимания ее своеобразия является не познавательно-теоретическое отношение к миру и не практически-ценностное отношение к нему, а их единство, связь, синтез. Поиск адекватных форм такой связи составляет собственное дело философии, ее основное усилие, которое отличает ее от ближайших соседей – науки и религии – и определяет характер отношения к ним.

Одним из труднейших и, быть может, самым неприятным из вопросов, которые обращены к человеку, профессионально занятому в области философии, является вопрос о том, для чего нужна философия.

Обычный и наиболее убедительный ответ состоит в том, что философия учит правильно (логически строго, методически последовательно, критически и т.д.) мыслить. Его предпочитают те специалисты, которые понимают философию как род познания. Философы-моралисты добавляют к этому, что философия учит достойно жить, задает правильный порядок ценностей. Оба этих утверждения верны, но не специфичны.

Философия, конечно, учит правильно мыслить. Она даже определяется некоторыми авторами как мысль о мысли. Однако правильно мыслить учит не только философия. Скажем, наряду с философской логикой существует еще математическая логика. Кроме того, каждая наука является своей собственной школой мысли и чаще всего обходится без прямой опоры на философию.

Далее, философия непременно включают в свое содержание этику и доводит свое понимание мира до формулирования (а часто и культивирования) этико-нормативных программ деятельности. Она имеет претензии учить правильной жизни. Но не одна философия учит правильной жизни. Есть еще религиозная этика, в первую очередь она. Есть еще то, что называется прикладной этикой. Есть традиционно складывающиеся и поддерживаемые обычаем каноны поведения. Существуют и другие факторы, которые формируют привычные представления и поведенческие схемы того, что считается правильной, достойной жизнью. Голос философии в данном случае не является ни исключительным, ни привилегированным.

Специфика философии заключается не в том, что она исследует канон мышления. И не в том, что она формулирует программу достойной жизни. Она состоит в соединении одного с другим. Философию интересует такое знание о человеке, которое может быть трансформировано в его поведение, еще точнее: которое может иметь для него прямой жизненаправляющий смысл. Философия имеет дело с нравственным, ценностным содержанием человеческой жизни, но только в той мере, в какой оно может быть разумно осмысленно и рационально аргументировано, в какой оно связано с ориентированным на истину познанием и вытекает из него. В предметное поле философии входят и изначально-объективные и конечно-целевые основы бытия, но и то и другое только в аспекте разумно-ответственного существования человека и в качестве моментов такого существования. Скажем, начальными основами мира занимаются и частные науки, когда, например, они исследуют происхождение вселенной или генетические основы живого. Философов в отличие от них интересует не вообще мир, а «умное место» в нем, такие первоосновы бытия, которые могут быть только помыслены и нацеленность на которые составляет единственную достойную основу разумного способа поведения. Что касается конечных целей человека, в особенности вопросов о его посмертной судьбе, то они составляют сферу особого интереса религии. Философия же рассматривает их в той мере, в какой они зависят от собственных, обусловленных истинными знаниями суждений и действий самого человека. Словом, располагаясь между наукой и религией, философия соединяет начальные основы сущего, которые открываются в познании, с конечными целями человеческого существования, которые формируются в качестве нормативной программы.

2. Считается, что слово «философия» придумал Пифагор для обозначения того дела, которое именуется так вплоть до настоящего времени. Себя он назвал философом (любителем мудрости) или лучше сказать: всего лишь философом в отличие от тех, кого прозвали мудрецами (Семи Мудрецов). И к нему же восходит ставшее классическим выделение трех образов жизни – чувственного, практического и созерцательного. По мнению Пифагора, созерцательный образ жизни свойствен философам, в силу чего они являются людьми самыми счастливыми. Философия возникла не просто как новый род занятий. Она несла с собой новое понимание жизни, новый порядок ценностей. Философско-созерцательный образ жизни не был тождествен бездеятельности. Он был связан с утверждением особой – мыслительной, познавательной, теоретической – формы деятельности.

Философия рассматривала в качестве самоценной формы жизни такое деятельное существование, которое основано на правильных суждениях и может быть оправдано перед разумом. Это было общее убеждение всей античной философии, а не только ее отдельной школы, связанной с именем Сократа, хотя в ней оно получило наиболее последовательное выражение. Оно было свойственно и Аристотелю, и Эпикуру, и стоикам. Даже школы этического гедонизма, хотя и на свой особый манер, признавали самоценность философии. Философия связывала божественную мудрость в ее максимально возможной для человека степени с активностью разума и как источника истинных знаний и как руководящего начала в системе мотивов деятельности.

Древние расчленяли философию на физику, этику и логику. Это не только три части (аспекта) философии; они представляют собой также три вехи ее античной истории. Античная философия началась как натурфилософия, получила развитие как полисная этика и завершилась как логика. Соответственно этим содержательным акцентам менялись также доминанты философски совершенного образа жизни: первоначально он отождествлялся с натурфилософским знанием, затем, начиная с софистов и Сократа, – с разумной организацией жизни в форме совершенного полиса, а в послеаристотелевской философии – с философской мудростью в собственном смысле слова.

С точки зрения понимания сути античной философии и ее особого места в жизни человека неоплатонизм является особенно показательным. В случае Плотина сама философия выступает в качестве совершенной человеческой практики. Речь шла уже не о том, что совершенство достигается через посредство философии, а в том, что она, философия, сама и есть воплощение совершенства, счастье в его высшей форме. Счастье, считает Плотин, нельзя связывать с публичной деятельностью, вообще с поступками. Оно «порождается деятельностью души, суть которой – мышление; именно оттуда и возникает счастье» [Плотин 1996, 30]. Плотин предлагает свою философию в качестве пути к счастью. Теперь уже ясно, что нужно делать, чтобы достичь божественных высот, – нужно стать философом в плотиновском значении и содержании этого термина. Созданная Плотином картина мира включала в себя его философию в качестве вершины, единственного нравственно достойного способа существования. Тем самым философия постулировала себя в качестве самодовлеющего занятия. Она потеряла интерес к миру хотя бы как к базису, делающему возможным ее собственное существование.

3. Постантичное развитие философии, оформившееся в особый этап, получивший впоследствии название средневекового, существенным образом связано с религией и теологией. Отношение между ними в целом характеризуется формулой, согласно которой философия оказалась в подчинении у теологии. Если даже не соглашаться с широко принятой, выработанной еще в средневековье квалификацией философии как служанки богословия, несомненным является то обстоятельство, что в отношениях между ними в ту эпоху на первом месте стояло именно богословие, а философия была от него зависима. Философия стала религиозной. Она разворачивала своё содержание в рамках священного писания, признание истинности которого считалось условием адекватного философского познания.

Возникает вопрос: почему философия попала в услужение теологии? Обычно, когда говорят о соотношении философии и теологии в рамках христианства, обращают внимание на то, что теология нуждалась в услугах философии для того, чтобы дополнить веру знанием, перевести христианские откровения на научно-доказательный язык и тем самым более прочно, надёжно закрепить их в общественном сознании. Это объясняет, зачем теологии и церкви понадобилась философия. Ну, а философия — она-то зачем согласилась на такую роль? Поставив знания на службу религиозной вере, не изменила ли она сама себе? В действительности у философии были свои собственные причины для того, чтобы находиться в пристяжке с теологией, принять отведенную ей служебную роль. Античная философия умерла своей естественной смертью. Эдикт Юстиниана от 529 г. о закрытии Афинской Академии был лишь констатацией этого факта.

Философия подписала себе приговор тем, что отказалась от своего предназначения быть школой мудрости, освещать знанием путь к нравственно достойной жизни. Она осталась без собственного предмета и без внимания со стороны общества, даже без того внимания, которое приобретает форму насмешки. Постантичная философия, следовательно, была возможна только в той мере, в какой она была способна предложить новую общезначимую утопию, другое понимание мудрости и пути к ней. Философия не смогла решить эту проблему собственными средствами. Недостающее ей смысложизненное начало философия нашла в христианской религии. Точнее даже сказать, не она нашла, а ее нашли. Средневековый симбиоз философии и религии сложился прежде всего как движение со стороны религии, точнее говоря, со стороны церкви, которая оформилась и как вероучение и как религиозный институт и которая тем самым распространила свою власть также на интеллектуальную сферу.

Христианская религия с её утопией посмертного воздаяния и райского счастья оказалась для философии спасительной. Последняя нашла в ней точку приложения и смысл своих познавательных устремлений. Через церковь философия вышла из самоизоляции, вернулась в общество в качестве жизненно значимой интеллектуальной силы. Поэтому не совсем точным, по крайней мере, неполным является утверждение, что философия находилась в услужении у теологии. Она действовала в паре с ней. В рамках средневекового мышления теология была утопическим продолжением философии. Теология взяла на себя ответственность за всю ту проблематику, которая определяла моральный пафос и высшее моральное предназначение философии, оставив на долю последней ее интеллектуальное обслуживание. С некоторым огрублением можно сказать: вопросы о смысле и целях деятельности, задающих перспективу человеческого бессмертия, стали компетенцией теологии, вопросы о доступных человеку средствах их достижения – компетенцией философии. Если исходить из античного представления о трёхчастной структуре философии, то метафизика и этика попали в преимущественное ведение теологии (исследовательские перспективы философии были здесь жёстко и прямо ограничены догмами религии), а логика стала почти синонимом философии. Философ предстал в качестве схоласта.

Взаимоотношения философии и теологии в средневековом мышлении, разумеется, не ограничиваются тем, что сказано выше. Они были намного богаче. Мы подчёркиваем лишь один и весьма существенный момент: философия в системе общественного сознания европейского средневековья заняла иное место, чем это было в античную эпоху, и это решающим образом зависело от того, какую роль она играла в удовлетворении тех духовных запросов людей, которые связаны с высшими целями и ценностями, поисками совершенных форм жизни. Если в античности философ представал в качестве человека, блаженствующего в равном самому себе состоянии духа, будь то первая эвдемония Аристотеля, атараксия Эпикура, апатия стоиков, – то теперь он явился в образе ученого схоласта.

4. Философия Нового времени ориентирована на рациональность, на познание природы, эксперимент, она выступает по преимуществу как научная методология. Её новый статус определяется тем, что если в прежнюю эпоху она работала в паре с теологией, то теперь – в теснейшем союзе с наукой. Еще более существенно то, что совершенно иным стал сам характер связи философии с наукой по сравнению с тем, чем была ее связь с религией и теологией. Религия и теология возникают и существуют по своим законам, мало зависящим от философии: кто бы и как бы ни доказывал, что античная философия содержала в себе предпосылки монотеизма, вела к нему, несомненным фактом является то, что ни Моисей, ни Иисус Христос никакого отношения к античной философии не имели, первый жил намного раньше, чем возникла греческая философия, а второй остался в стороне от нее до такой степени, что даже не слышал о ее существовании. Что же касается науки, то она возникает через посредство философии и в некоторых своих существенных частях из самой философии. Многие выдающиеся философы этой эпохи были также выдающимися учеными, а ученые очень долго именовали свои исследования философскими.

Философия стояла у истоков современной науки, явилась ее теоретической санкцией и духовным базисом. Она, во-первых, обосновала идею, согласно которой природа является последней реальностью в том смысле, что содержит свою причину в себе и подчиняется неизменным (никем не отменяемым) законам. Во-вторых, сформулировала идею научного метода как всеобщего пути к знанию – пути, доступного всем людям, поскольку они обладают разумом. В-третьих, наметила перспективу общественного прогресса, способного не просто решить экономические и социальные проблемы, а придать жизни научно организованную форму, реализующую неограниченные возможности человека. Словом, философия подняла науку на уровень деятельности, способной реализовать смысложизненные цели человека в их этически предельной завершенности. Если иметь в виду философский образ науки, место, которое последняя не без помощи философии заняла в системе человеческой жизнедеятельности, то можно сказать так: наука стала этико-аксиологическим продолжением философии, подобно тому как в предшествующую эпоху таким ее продолжением являлись религия и теология.

5. Философия Нового времени начинается с убеждения в освободительной силе знаний. Ф.Бэкон, один из её родоначальников, написал «Новый органон», который в отличие от старого (аристотелевского) органона, вдохновлявшего средневековую схоластику, ориентировал на познание природы, опытную науку. И он же написал «Новую Атлантиду», изображающую счастливую страну, где люди благоденствуют благодаря тому, что они через науку овладели силами природы. И когда Маркс в своем знаменитом одиннадцатом тезисе о Фейербахе провозглашает: «Философы лишь различным образом объясняли мир, задача же состоит в том, чтобы изменить его», то он говорит ту простую вещь, что наступил час воплощения идеалов философии. Изменение мира, которое приводит его к идеальному, совершенному состоянию, как раз и было этической сверхзадачей научно ориентированной философии.

Переход к Новому времени озарен коммунистическими утопиями, свойственный ему прогресс вдохновлен идеалом Просвещения. Конец Нового времени, если считать таковым ХХ век, получил отражение (подчеркнем особо: почти реалистическое отражение) в антиутопиях. Ирония истории заключается в том, что именно утопические идеалы, воплотившиеся в действительность, обернулись антиутопией. Несомненный и философски значимый факт заключается в следующем. Новоевропейская цивилизация достигла колоссальных, просто фантастических успехов в овладении силами природы, умножении производительных сил общества, материальном благоустройстве жизни, таких успехов, которые превзошли все ожидания прошлого. Но это не сделало людей счастливыми. Успехи научного разума не трансформировались в разумность человеческого общежития. Материальный прогресс не привел к преодолению социальных конфликтов и духовно-нравственных деструкций. Словом, ставка философии на достижение совершенного состояния человека и общества через научно-технические успехи, рационально обоснованное преобразование внешних условий жизни, эта ставка оказалась битой.

Наука и техника достигли невероятных успехов, их будущие успехи наверняка окажутся еще более грандиозными. Наука и техника могут многое, очень многое, но они не спасут мир – вот истина, с которой столкнулась сегодня философия и которую она начинает осознавать как свой печальный исторический урок. Делез и Гваттари в своей работе «Что такое философия?» пишут о том, что «философия и наука идут противоположными путями» [Делез, Гваттари 1998, 162]. В такой резкой форме данное положение вряд ли можно принять, но значительная доля истины в нем есть. Философия начинает осознавать, что она не может свою нравственную, духовно-освободительную миссию перелагать на науку.

6. Философия в настоящее время вновь оказалась на распутье, и связано это с необходимостью найти новую основу для соединения двух ее важнейших аспектов – познавательного и аксиологического. Если средневековый опыт союза философии и теологии закончился осознанием того, что решение этико-аксиологических проблем не может быть делом одной веры и требует опоры на твердые знания и активную миропреобразовательную деятельность, то развитие философии в опоре и теснейшем союзе с наукой в Новое время привело к выводу, что такого решения нельзя добиться также и в рамках и средствами одного лишь познавательно-технологического прогресса. Об этих исторических шараханьях философии из одной – религиозной – крайности в другую – научную – хорошо сказал наблюдательный О.Шпенглер: «Некогда философия была служанкой наипотустороннейшей религиозности, теперь же возникает такое ощущение, что философия желала бы быть наукой, а именно критикой познания, критикой природы, критикой ценности… философия зависает между религией и специальной дисциплиной, и оказывается в каждом случае определенной по-разному, в зависимости от того, имеет ли автор в себе что-то от святителя и провидца или же является чистым специалистом и техником мышления» [Шпенглер 1998, 319].

Философ – не чистый специалист. И философ – не священник. Философия, конечно, не может не опираться на науку, не отталкиваться от ее твердой почвы. Но она тем не менее не наука, а если и наука, то в каком-то особом (широком, переносном, одной ей свойственном) смысле. Философия не может не двигаться, не подниматься в направлении, где она неизбежно упирается в религию. Но она при этом, разумеется, не может стать религией. Если философия не может быть наукой, так как она движется в направлении религии, то она не может быть религией, так как основывается на научном познании. Были философские учения, которые осознавали себя в качестве научных, тем не менее они не были таковыми – им недоставало для этого необходимой для науки фактичности и достоверности. Были философские учения, которые именуются религиозными, но и они в строгом смысле слова не являются религиозными, ибо им недостает необходимой для религии парадоксальности, тайны, чуда. Если говорить не об обозначении, а о существе дела, философия не может быть ни научной, ни религиозной. Она может (и должна!) быть философской.

Философия потому и является философией, что она работает в промежутке между фактами науки и тайной откровения, необходимостью природы и мистикой жизни. Философия – сугубо человеческое дело. Ее назначение заключается в том, чтобы в рамках социоприродной необходимости и сквозь нее прокладывать путь к предельным высотам нравственного совершенства. Где сегодня проходит этот путь – вот вопрос, который стоит перед современной философией.

С таким диагнозом согласятся не все. Сегодняшняя картина философских поисков разнообразна. Совсем нетрудно найти специалистов, которые продолжают верить в духовный потенциал науки, связывая свои надежды с новым этапом научно-технологического развития, в частности, с перспективами усовершенствования природы человека. Другой, все более расширяющийся, особенно в нашей стране, тренд философских размышлений связан с попытками найти новые основания и аргумент для союза с теологией. Постмодернистскую линию в ее позитивной части можно понять как стремление переориентировать философию на искусство и литературу, чем в значительной мере определяются ее язык и тематика. Все эти опыты в конкретных их вариантах могут быть очень интересными, содержать ценные философские достижения и открытия. Однако как общие направления они не соответствуют тому вызову, который объективно брошен философии, и вряд ли способны вывести ее из кризиса и интеллектуального захолустья.

Сегодня, на мой взгляд, философия уже не может прятаться и прикрываться наукой, теологией, искусством. Она должна явиться обществу сама по себе, в полном сознании своей исключительной ответственности. Это она сможет сделать, если вспомнит, что ответственна не просто за истину, а за такую истину, которая одновременно является долгом, обозначает достойный путь жизни. Если, оставаясь родом познания, выступит одновременно образом жизни. При этом речь идет не просто об усилении внимания к этике, а прежде всего и главным образом о моральном пафосе и предназначении философии в целом.

7. Говоря о предназначении философии, следует иметь в виду еще одну альтернативу в понимании предмета философии (наряду с альтернативой: познание – образ жизни). Она связана с субъектностью философии. Альтернативные подходы в данном вопросе состоят в том, что в одном случае философия рассматривается как общественная форма сознания, в другом – как индивидуальная.

Первый взгляд наиболее лапидарно и строго выразил Гегель, согласно которому философия есть эпоха, схваченная в мысли: «Задача философии – постичь то, что есть, ибо то, что есть, есть разум. Что же касается отдельных людей, то уже, конечно, каждый из них сын своего времени; и философия есть также время, постигнутое в мысли» [Гегель 1990, 55]. Именно из такого понимания исходит философия, поскольку она получает продолжение в теологии и особенно в науке, ставит себя в зависимость от них. Это означает, что действенность философии зависит не от нее самой, не от философски мыслящего индивида, а опосредуется общественными институтами – церковью, наукой, государством.

В рамках другого подхода философия прямо замыкается на духовное развитие личности. Такого рода определений можно найти в истории философии много. Резче всех, пожалуй, высказался Ницше: «В философе нет совершенно ничего безличного». «Всякая великая философия» для него была «как раз самоисповедью ее творца» [Ницше 1990, 244–245]. При таком понимании философия налагает обязанности на самих философов. И действительно, философы, как правило, всегда относились к собственным учениям очень личностно, в аспекте собственных нравственных перспектив. Однако превалирующей и исторически значимой формой философствования такой подход был, пожалуй, только в античную эпоху, когда философы непременно рассматривали свои учения в их нравственно обязывающем значении и собственную жизнь возвышали до уровня философского аргумента.

Новый – целостный и самодостаточный – образ философии предполагает такой синтез ее познавательных и этико-аксиологических аспектов, когда она будет одновременно формой и общественного, и индивидуального сознания. Когда она, будучи знанием (эпохой, выраженной в понятиях), станет в то же время и выбором (формой личностной автономии). Когда именно автономная личностно-формируемая позиция индивида станет конкретной формой обнаружения ее общезначимой сущности. Это означает, что вопрос о новом качестве, новом образе философии совпадает с вопросом о новых перспективах развития человека.

Литература

Гегель 1990 — Гегель Г. Философия права. М., 1990.

Делез, Гваттари 1998 — Делез Ж., Гваттари Ф. Что такое философия? СПб., 1998.

Ницше 1990 — Ницше Ф. По ту сторону добра и зла / Соч. В 2-х тт. М., 1990.

Плотин 1996 — Плотин. Эннеады. Киев, 1996.

Рассел 2002 — Рассел Б. История западной философии. Ростов-на-Дону, 2002.

Соловьев 1988 — Соловьев В.С. Философские начала цельного знания / Соч. в 2-х т. Т.2. М., 1988.

Фрагменты 1989 — Фрагменты ранних греческих философов. М., 1989.

Шпенглер 1998 — Шпенглер О. Закат Европы. Т.2. М.: Мысль, 1998.

В.П. Ануфриев, Е.И. Ануфриева

1. Культура

В 21 веке будет расти в обществе роль и значение непреходящих ценностей Культуры. Культура  единственная может объединить сегодня людей планеты независимо от их национальности, возраста, пола, общественного и финансового положения.

Разработанная уже в наши дни академиком Д.С. Лихачевым «Декларация прав культуры» заявляет «право на Культуру как право на жизнь». Культура, по концепции Д.С. Лихачева это не только «песни с топотом и свистом под говор пьяных мужичков». В первую очередь это творчество, тот творческий потенциал, которым обладает ученый или деятель искусства, любой созидатель, будь то скульптор или каменщик, менеджер или политик. И чем выше этот коэффициент творчества народа, тем выше мощь страны, располагающей таким культурным потенциалом. Надеемся, что в 21 веке коэффициент творчества заменит коэффициенты интеллектуальности или дополнит их.

Русский художник и мыслитель Николай Рерих утверждал, что причиной экономических, политических, экологических и всех других кризисов является кризис духовной Культуры. И только подъем Культуры может укрепить экономику, сделать нравственной политику и прекратить военные конфликты.

В наше время Министр образования РФ В.Филиппов произносит ту же формулу: «Мы на горьком опыте убедились, что без духовно-нравственной составляющей образования и всей общественной жизни разрушается государство, останавливается экономика, гибнет культура, вырождается наука. Как оказалось, без духовности прекращается прогресс, становятся бесполезными самые глубокие научные  знания, самые новейшие технологии».

Ни антикризисные программы, ни экономические концепции, ни новое административное устройство, ни борьба с организованной преступностью и терроризмом не принесут результатов, если культура будет оставаться в униженном положении. «Мы не выживем физически, если погибнем духовно», – считал  Д.С.Лихачев.

Культура и духовность – два взаимосвязанных понятия и одно не существует без другого. Духовный человек прежде всего культурен, а культурный человек – духовен. Рост духовности в человеке будет сопровождаться и ростом культуры в обществе.

Культура и цивилизация – понятия разные. Мы говорим: богатая культура Востока и мощная цивилизация Запада. Различиям культуры и цивилизации посвятил немало страниц крупнейший русский философ Н.А.Бердяев в своем труде «Смысл истории». «Культура, – отмечал он, – связана с культом, она из религиозного культа развивается, она есть результат дифференциации культа, разворачивания его содержания в разные стороны…Культура связана с культом предков, с преданием и традицией. Она полна священной символики, в ней даны знаки и подобия иной духовной действительности. Всякая культура (даже материальная культура) имеет духовную основу – она есть продукт творческой работы духа над природными стихиями».

Н.К.Рерих писал: «Ошибочно было бы подставлять под значение культуры цивилизацию или даже прогресс. Цивилизация и прогресс являются только отдельными обстоятельствами культуры». И еще: «Именно культура есть сознательное познавание, духовная утонченность и убедительность. Между тем как условные формы цивилизации вполне зависят даже от проходящей моды. Культура, возникнув и утвердившись, уже неистребима. Могут быть разные степени и методы ее выявления, но в существе своем она незыблема и прежде всего живет в сердце человеческом» (Н.К.Рерих. Нерушимое. Рига, 1936,с.18).

Возьмем Америку. Никто не станет отрицать, что это самая цивилизованная страна в мире. Но когда стоишь в здании ООН (Нью-Йорк) возле стенда,  посвященного Хиросиме и Нагасаки, начинаешь понимать: интеллект без нравственности – зло. Сегодня, если быть честными, то пути «развития» (но не прогресса) задает всему миру именно США:

- в финансовой сфере – доллар (мина – растяжка Бреттон-Вудского соглашения)

- в экономической – самая мощная промышленность, и наиболее финансируемая наука, хорошо вооруженная и профессиональная армия. Высокопродуктивное сельское хозяйство и сытый самоуверенный народ, правда, очень предприимчивый и умеющий любое дело доводить до прибыли. Вроде бы все есть – расцвет цивилизации. Но нет культуры и не хватает нравственности. И сытые американцы, которыми управляли такие мощные личности как Линкольн, Т.Рузвельт и Кеннеди, избирают повторно президентом техасского ковбоя, имеющего самый низкий коэффициент интеллектуальности из всех своих предшественников. Больше половины американцев уверены, что именно Буш обеспечит топливные баки их «фордов» бензином и для них не так уж страшно, что этот бензин будет вперемешку с кровью иракского или любого другого народа.

В будущем произойдет переоценка всех ценностей для человека и общества в целом, и приоритет будет отдан культуре (это и искусство, и наука, и образование) и носители культуры займут достойное место в обществе.

Вслед за Николаем Рерихом, мы повторим: «В будущем мы хотели бы жить в стране великой культуры».

2. Энергетика и экология

Энергетически многие страны, в том числе и Россия через 60-70 лет уткнутся в острую нехватку углеводородного топлива. Продолжатся военные конфликты по захвату нефтегазовых государств, чем бы они не объяснялись в США. Их примеру может последовать Китай. Не позднее, чем лет через 10-20 рухнет «энергетический теремок» Европейского Союза, так как туда сбежалась «топливно-энергетическая голытьба» из бывших СЭВ и СССР. Роль незадачливого мишки в финале русской сказки «Теремок» выполнит, видимо, самостийна Украина. Если Европейский Союз раньше импортировал 50% топливно-энергетических ресурсов, то с вступлением новых членов, эта цифра уже сегодня поднята до 70%. Основным поставщиком ТЭР определена Россия, экономика которой в 3-4 раза более энергоемка, чем в развитых странах. В России самой начнется энергетический кризис, особенно в коммунальной энергетике. Он идет уже сейчас, но носит скрытый характер (Приморье, Якутия, некоторые города центральной России). Износ тепловых сетей, нефте – и газопроводов достигает 60%. Энергетический кризис не будет тотальным, но принесет определенные экологические осложнения. Его достаточно быстро удастся одолеть за счет еще не оскудневших энергетических ресурсов и редкой способности нашего народа стойко переносить дискомфорт. Но этого будет достаточно, чтобы  наше правительство  стало серьезно относится к вопросам энергоэффективности и охраны окружающей среды, которые являются «сообщающимися сосудами» (чем меньше мы добываем ископаемых видов топлива из Земли, транспортируем их по нашим просторам, чем более эффективно сжигаем, тем меньше усугубляем экологическую ситуацию в России) . И тогда даже самые ярые противники Киотского Протокола поймут всю своевременность его ратификации. Взяв международные обязательства по снижению выбросов ПГ Россия за счет рационального использования топливо-энергетических ресурсов, что приведет к улучшению экологической ситуации и как следствие к сдерживанию потепления климата, возможные последствия которого талантливо показаны в американском фильме «Послезавтра». Подписав Киотский Протокол, кстати единственный документ по энергосбережению и экологии, прошедший согласование всех ветвей власти РФ, наша страна выбрала энергоэффективный и экологический путь развития.

3. Социальная сфера

Будет все больше и больше рождаться детей с необычными способностями и огромным творческим потенциалом.

Еще больше возрастет роль женщины во всех сферах деятельности. Больше женщин будет и в Правительстве и в Думе. Женщина вновь приобретет женственность и не будет стремиться к образу куряще-матерящегося менеджера. А государство и его правительство поймет, что секреты демографии нельзя возлагать только на плечи населения, но и всячески поднимать роль женщины-матери.

Мода на «зековщину» потихоньку сойдет на нет. Уйдет уголовный жаргон из СМИ, а блатные песни из шансона, бритоголовость и наколки перестанут быть у молодежи признаком продвинутости. Мы станем снова говорить прекрасным и богатым русским языком. Сексуальные и даже сексапильные женщины снова будут называться русским не очень приличным, но очень точным словом. Это поставит все с головы на ноги. И простые симпатичные девчонки и девушки не будут мучиться от того, что они мало похожи на секс-бомб.

Государства на первый план своего внимания выдвинут образование, науку и медицину. Забота о подрастающем поколении из слов перейдет в реальные дела. Возрастет престиж учителя, престиж ученого, их материальный уровень. Молодежь будет снова мечтать стать учеными.

4. Идеология и политика

В 21 веке будет правдивое и честное отношение к истории нашей Родины, какой бы мрачной она не была временами, но нельзя давать затаптывать ее завоевания. Молодежь нельзя отдавать западным политтехнологам, которые возможно и не гнушаются психотропным оружием. Гитлер против них просто рубака-недоумок. Сколько он понес человеческих и финансовых затрат, чтобы захватить Украину. А «оранжевый» захват Киева – матери городов русских обошелся Западу всего несколько миллионов зеленых без единого выстрела.  Из этого в перспективе наше правительство сделает выводы, иначе наша молодежь лет этак через 10-15 забросает и наши власти если не апельсинами, то солеными огурцами.

Последняя передача о войне окопавшегося на ТВ Швыдкого закончилась фразой писателя Астафьева, вырванной из контекста, что Россия выиграла Великую Отечественную Войну «мясом», то есть за счет того, что не жалела людей . Но люди – то эти были Героями в основной массе, как бы это не хотелось признавать «культурному революционеру». Вот что замалчивается. А дальше все просто: это не мы выиграли, а они проиграли, что так хочется западным идеологам. И это подается нашей молодежи часто в  яркой упаковке всевозможных конкурсов.

Так известная право-защитная организация Мемориал проводит конкурс среди молодежи 14-18 лет по истории войны 1941-45 годов. Дело нужное, но основной упор в конкурсе  сделан на судьбах жертв репрессий и вернувшихся после немецкого плена. Из четырех зарубежных организаций, финансирующих этот малозатратный проект, две из Германии. Можно догадаться какие работы выиграют. Но за счет СМИ будет мощный резонанс, да и информационный эффект тоже мощный. Дети, не отличающие Маршала Рокоссовского от Малиновского, не знающие ярких побед нашей армии, будут прекрасно информированы о теневой стороне  ВОВ: сколько репрессированных бьыло и как им жилось. Настрой этих сегодняшних школьников не трудно предсказать. Как показывают наши систематические встречи со школьниками, часть из них (кстати, не хулиганы и не двоечники) прямо-таки обожествляет Гитлера и считают его героем. Если приплюсовать к этому «невинные» шалости скинхедов, то можно с болью предположить, что в России вполне возможно, что попытается поднять голову фашизм, но если это произойдет, то будем надеяться, что ему достаточно быстро свернут голову, так как еще очень сильна память народная. Напрашивается вывод: в России уже в ближайшем будущем должна появится научно-обоснованная идеология, которая будет не служанкой политики и тем более какой-то одной партии, а няней многонациональной российской культуры и экономики. Появятся и новые идеологи из среды современных философов, социологов, психологов, историков.

Монополизм не допустим ни в экономике, ни в политике (в том числе и в международной), а тем более в нравственности, поэтому в ближайшие годы будет создан противовес США. Ясно, что кроме России этого не сможет ни одно государство. Но и России в сегодняшней ситуации видимо будут нужны союзники. И, скорее всего, это будет Китай или Индия, либо оба эти государства объединятся с Россией в мощный экономический блок, уравновешивающий  США. И если совсем размечтаться, то когда этот гигантский треугольник  замкнется, к нему присоединится безрессурсная Япония с ее наукоемкими технологиями и экономикой, переживающей не лучшие дни. Возможно, о похожей ситуации говорил Н.К.Рерих: «Не смотрите на запад, там нет будущего». Свою «дружелюбность» к России запад ясно показал на украинских выборах.

Вот тогда и Россия и весь мир смогут гармонично развиваться без страха  в одночасье стать «демократизированными» как Ирак с разрушенной экономикой и разбомбленными и разграбленными музеями, имевшими экспонаты, возраст которых на тысячелетия старше США.

5. Наука

21 век принесет человечеству множество новых открытий в науке и прежде всего – это открытия, непосредственно касающиеся самого человека. Наука подойдет ближе к раскрытию многих тайн в человеке.

Характерной чертой будущей науки явится объединение знаний Древних Учений Востока с научными разработками Запада. Все больше ученых будут направлять свои усилия на изучение внутреннего человека, его психических возможностей, на взаимосвязь духовного развития и физиологического здоровья. Диалог западных и восточных ученых – это залог будущего расцвета науки, новой науки, обогащенной мудростью Востока и знаниями Запада. Только ученый, обладающий синтезом знаний, сможет успешно творить, открывать новые законы, новые явления, новые энергии. Наряду с развитием водородной энергетики и энергетики топливных элементов будут найдены новые виды энергии.

В начале 20 века русские ученые-космисты (К.Э. Циолковский, В.И. Вернадский, А.Л. Чижевский и др.) утверждали взаимосвязь человека-микрокосма и Вселенной – макрокосма. К.Э Циолковский мечтал, что человек будет в процессе эволюции постоянно совершенствоваться и в будущем сможет обходиться без многих механических аппаратов, так как в нем откроются возможности его собственного аппарата. В.И.Вернадский говорил об автотрофности человека  в будущем и об открытии новых энергий.

В человеке в потенциале заложены все энергии, имеющиеся в Космосе. В будущем с развитием духовности этот потенциал будет раскрываться. Уже сейчас есть на Земле люди, обладающие фантастическими возможностями: –  умением сидеть на воде или менять свой пульс усилием воли, предвидеть будущее или силой мысли передвигать предметы и т.д.  У современного человека мозг работает всего на 5-7%, но и этого нам вполне достаточно, чтобы направлять свои усилия на уничтожение друг друга. В будущем, когда человек будет и дальше эволюционировать, с ростом его духовного развития, когда мы уже не сможем причинить вред другим людям и окружающей природе, будет и потенциал мозга расти и работать на 10, 15 и т.д.%.

Появятся новые приборы, позволяющие видеть и изучать более тонкие энергии,  аппараты, регистрирующие ауру и мысль человека.

Уже сегодня ученые имеют возможность экспериментального наблюдения и изучения электромагнитных полей, окружающих любой объект в природе. Это приборы, работающие на принципе эффекта Кирлиан (высокочастотная фотография), они позволяют визуально наблюдать и регистрировать картины свечения исследуемых объектов и их изменение под влиянием различных воздействий.  Изображение при методе Кирлиан формируется за счет свечения газового разряда, возникающего вблизи поверхности объекта, помещенного в электромагнитное поле высокой напряженности.

Метод Кирлиан многие ученые не случайно называют наукой будущего. Он дает возможность заглянуть за пределы нашего физического мира, позволяет инструментально наблюдать и изучать воздействие тонких энергий на различные объекты окружающей нас природы. Мы надеемся, что в будущем с помощью метода Кирлиан ученые различных областей науки – медицины, биологии, химии, физики, психологии, в совместном сотрудничестве смогут разрешить многие  загадки  и подойти еще ближе к тайне самого человека.

Ученые будут рассматривать человека как энергетическую систему, не только производящую собственную энергию, но и аккумулирующую ее из мирового пространства, и трансформирующую ее.  И фундаментальный закон физики о сохранении энергии будет приложим к энергетической составляющей человека и можно будет научно говорить о бессмертии. В свое время известный ученый, врач-психиатр академик В.М.Бехтерев выдвигал «энергетическую концепцию». Суть ее заключалась в утверждении энергетической природы психических явлений, имеющих своей первопричиной “мировую энергию”. В ходе взаимодействия человека с миром внешняя “мировая” энергия, поступает в организм человека через органы чувств и преобразуется в них в нервно-психический процесс. В постоянно осуществляющемся энергообмене между человеком и миром, по Бехтереву, – источник их существования и развития, их вечности и неуничтожимости.

«Мировой процесс есть проявление единой мировой энергии, и где бы и в каких бы формах последняя ни обнаруживалась, она проявляется везде и всюду одними и теми же соотношениями и подлежит одним и тем же зависимостям или законам» – считал В.М.Бехтерев. А «Индивид есть результат воздействия внешних энергий, он сам есть скопление энергии, главным аккумулятором которой являются клеточные элементы и, в частности, нервная система вообще и центральные ее органы в особенности» (В.М.Бехтерев Бессмертие человеческой личности как научная проблема. – Петроград.: Типография Кюгельген, Глин и Ко, 1918.).

В начале 21 века обострится война с лженаукой. Термин – лженаука, лжеученый по своей партийной прямоте советского периода, практически адекватен определению враг народа. Ученые-борцы за чистоту научных рядов в будущем включат в сферу своей деятельности и ответственность за рост заработной платы ученых. А пока доктора наук институтов РАН будут получать меньше кассира в магазине «Кировский», всех их можно смело отнести к лжеученым по востребованности обществом и государством.

Но при всей ее парадоксальности, эта борьба эволюционна, т.к. привлечет внимание ученых к ранее замалчивавшимся философским и научным трудам В.И Вернадского, К.Э. Циолковского, А.Л. Чижевского, В.П. Бехтерева, В.С. Соловьева,  Н.А.Бердяева, Е.П. Блаватской, Е.И. и Н.К. Рерихов, а из современников – академика РАЕН Л.В.Шапошниковой. А это приведет к тому, что в своих научных исследованиях современные ученые, кроме эксперимента и эмпирического метода исследования, будут пользоваться по определению Л.В.Шапошниковой «информацией, приходящей через духовный мир человека из пространства инобытия или, другими словами из пространства материи иных состояний и измерений. Информация эта обладает важным качеством – она на много опережает сведения, полученные в результате эксперимента…». Все мы знаем, например, что недостающее звено таблицы Менделеева было увидено им во сне. А на рабочем столе А.Эйнштейна всегда лежал том «Тайной доктрины» Е.П. Блаватской, предвосхитившей многие научные открытия 19 и 20 веков.

В.И.Вернадский писал в своих трудах: «Научное мировоззрение есть создание и выражение человеческого духа; наравне с ним проявлением той же работы служат религиозное мировоззрение, искусство, общественная и личная этика, социальная жизнь, философская мысль или созерцание. Подобно этим крупным отражениям человеческой личности, и научное мировоззрение меняется в разные эпохи у разных народов, имеет свои законы изменения и определенные ясные формы проявления».

Источник

Институт «Урусвати» – прообраз научных учреждений будущего

Встречаясь со скучною рутиною ежедневности, встречая трудности и грубость и обременительные заботы в Азии, вы не должны сомневаться, что в самую обычную минуту у двери вашей уже готов постучаться кто-то с самою великою вестью. Два потока жизни особенно различимы в Азии, и потому пусть лик обыденности не разочаровывает вас. Легко вы можете быть вознаграждены зовом великой правды, который увлечет вас навсегда.
Н.К.Рерих

…Помимо историков пишется другая история мира.
Н.К.Рерих

В XX веке по времени и пространству планеты Земля прошел Караван. Он принадлежал Центрально-Азиатской экспедиции, которую возглавлял один из крупнейших деятелей века, великий художник, выдающийся ученый и мыслитель Николай Константинович Рерих. Кроме него и других членов экспедиции, в Караване находились Елена Ивановна Рерих, жена Николая Константиновича и известный философ, и Юрий Николаевич Рерих, их сын, молодой ученый-востоковед. Караван совершил по планете странный и загадочный круг, начавшийся в 1924 году в Сиккиме и там же закончившийся в 1928 году. В этот круг вошли: Индия, Китайский Синьцзян, советская Средняя Азия, Сибирь, Алтай, Монголия, Тибет. Казалось, что сама экспедиция почти ничем не отличалась от предыдущих экспедиций, прошедших по Центральной Азии. Так же, как и в них, члены экспедиции наносили на карту неизвестные науке перевалы и вершины Гималаев, изучали памятники культуры и истории, собирали коллекции образцов флоры и фауны, записывали фольклорные находки. Но в экспедиции было и то, что отличало ее от других, ей подобных. Ни одна экспедиция в истории человечества не дала жизнь такому количеству первоклассных художественных полотен, как Центрально-Азиатская экспедиция Н.К.Рериха. Часть этих полотен, исключая зарисовки самого маршрута, свидетельствовала о каких-то тайных целях, которые выполнялись в экспедиционном караване. Но прежде, чем заняться анализом этих целей, которые и составляли главную суть в творчестве самой экспедиции, необходимо сделать небольшое отступление, которое с первого взгляда может показаться не имеющим отношения к Каравану.
Именно к XX веку наиболее отчетливо в пространстве Знания сложились два направления познания – научное и вненаучное, или метанаучное. Первое лежало в области эмпирической науки, главный метод познания которой заключался в эксперименте. Наука изучала в основном материю трехмерного физического мира. О том, что существуют более высокие измерения и иные состояния материи, эмпирическая наука могла только догадываться. Однако эти догадки, не подтвержденные экспериментом, не имели научной ценности. Метанаука шла иными путями и в получении самого знания, и в поиске его источников. Со времен глубокой древности в истории человечества существовал метод познания через духовное пространство человека. Значительная часть знаний была добыта именно таким путем. Эти знания шли из пространства высокого состояния космической материи. Они проявились через интуицию, озарения, сны, видения и, наконец, через таинственный процесс, который можно назвать свидетельством. В таком свидетельстве заключалась непосредственная связь с личностями, стоявшими на более высокой, чем человечество, ступени космической эволюции.
XX век оказался свидетелем такого процесса свидетельства. И Елена Ивановна, и Николай Константинович Рерихи реализовали метод свидетельства, выйдя на связь с Учителем, Космическим Иерархом. Это была не только связь, но и теснейшее духовное сотрудничество, результатом которого явилось создание Живой Этики – философии Космической реальности. Именно в этой философии были синтезированы наука и метанаука, именно в ней содержалась новая система познания, так необходимая для формирующегося на планете нового космического мышления. Живая Этика была не только результатом земного творчества космической эволюции, но и энергетическим импульсом для продвижения планеты Земля на следующий, более высокий уровень самой космической эволюции. Среди законов последней, которые мы находим в философии Живой Этики, есть два, в первую очередь могущие быть использованными для выяснения проблематики, связанной с метанаукой. Один из них гласит, что каждое явление на Земле имеет две стороны – земную и небесную. Другой – что низшее по ступеням космической эволюции ведет только Высшее.
Беря явление науки в целом, мы наблюдаем и эмпирическую ее сторону, и метанаучную, связанную с «небом», или высокой космической материей. Любая область науки имеет эти две стороны. И если есть история и исторический процесс, то есть и метаистория и метаисторический процесс. Надо сказать при этом, что причина исторического процесса лежит в метаисторическом процессе, в знании более высоком, чем земное.
И еще один момент. Любой метаисторический импульс, который высокая космическая материя посылает на Землю, идет через конкретного человека или конкретных людей. Именно через них, вестников космической эволюции, последняя осуществляет свое творчество на планете Земля.
Уровень духовного развития и степень сознания такого вестника много выше уровня жителя планеты. Таковыми были и Елена Ивановна, и Николай Константинович Рерихи. В статье будут рассмотрены в основном деятельность и творчество Николая Константиновича, поскольку речь идет о метаистории, важнейшей части исторического земного процесса.
Рерих был одним из первых среди историков своего времени, сочетавшим в себе историю и метаисторию. Его историческая одаренность была уникальной, богатой и разносторонней. Все это, вместе взятое, представляло собой объемную картину восприятия истории и исторического мышления, где дух и материя взаимодействовали между собой в великой гармонии. Метаисторическая часть его одаренности не включала в себя один какой-то метод. В духовном пространстве его внутреннего мира действовало и творило все богатство метаисторических методов, таких как высокий уровень сознания, глубокая интуиция, сны прошлого, озарения, видения, а позже свидетельства. И все это проникалось его художественной одаренностью, которая как бы оживляла историческую информацию, делала ее образной и реальной.
Увлечение Рериха историей началось с археологии еще в раннем возрасте, затем интерес перешел уже в профессиональное занятие. Он исследовал каменный век, начал раскопки в Новгороде и Пскове. Диапазон его археологических работ был широк и во времени, и в пространстве. Археология приносила ему не только историческую информацию, но и метаисторическую. В отличие от других археологов он ее видел. Позже крупнейший наш археолог академик А.П.Окладников, человек глубокой научной интуиции, ощутит в работах Рериха эту метаисторичность и назовет ее «историческими грезами».
«Щемяще приятное чувство, – писал Рерих, – первым вынуть из земли какую-либо древность, непосредственно сообщиться с эпохой, давно прошедшей. Колышется седой вековой туман, с каждым ударом лома раскрывается перед вами заманчивое тридесятое царство, шире и богаче развертываются чудесные картины <…> Сколько таинственного! Сколько чудесного! И в самой смерти бесконечная жизнь!» [1, с.14]
Здесь описан довольно точно метаисторический процесс получения знания о прошлом в результате соприкосновения тонкой энергетики духовно развитого человека с энергетикой прошлого, запечатленной на предметах. «Колышется седой вековой туман». Сказано образно и точно.
Так же образно и точно Рерих описывал встающие в его видениях картины прошлого. Его литературный талант был так же ярок, как и художественный. Описание Николаем Константиновичем погребальной церемонии древних славян убеждает в том, что автор не домысливает что-то, а сам воочию видит все происходящее. Эффект присутствия безусловен и ясен. «На суходоле маячат курганы; некоторые насыпи поросли уже зеленью, а есть и свежие, ровные, со стараньем обделанные. К ним потянулась по полю вереница людей. У мужчин зверовые шапки, рубахи, толстые шерстяные кафтаны, по борту унизанные хитрым узором кольчужным, быть может, ватмалом. На ногах лапти, а не то шкура, вроде поршней. Пояса медные, наборные; на поясе все хозяйство – гребешок, оселок, огниво и ножик. Нож не простой – завозной работы; ручка медная, литая; кожаные ножны тоже обделаны медью с рытым узором. А другой, ничего что мирное время, и меч нацепил, выменянный от полунощных гостей. На вороту рубахи медная пряжка. Пола кафтана также на пряжке держится, на левом плече; кто же побогаче, так и пуговицы пряжкой прихватит. На предплечье изредка блестит витой медный браслет. На пальцах перстни разные, есть очень странного вида, с огромным щитком, во весь сустав пальца. Заросли загорелые лица жесткими волосами, такими волосами, что 7–8 веков пролежать им в земле нипочем. А зубы-то, зубы крепкие, ровные.
На носилках посажен покойник, в лучшем наряде; тело подперто тесинами. В такт мерному шагу степенно кивает его суровая голова и вздрагивают сложенные руки. Вслед за телом несут и везут плахи для костра, для тризны козленка и прочую всякую живность. Женщины жалостно воют. Почтить умершего – разоделись они; много чего на себя понавешали. На головах кокошником венчики серебряные с бляшками, не то меховые, кожаные кики, каптури, с нашитыми по бокам огромными височными кольцами; это не серьги, – таким обручем и уши прорвешь. Гривны на шее; иная щеголиха не то что одну либо две-три гривны зараз оденет: и витые, и пластинные: медные и серебряные. На ожерельях бус хоть и немного числом, но сортов их немало: медные глазчатые, сердоликовые, стеклянные бусы разных цветов: синяя, зеленая, лиловая и желтая; янтарные, хрустальные, медные пронизки всяких сортов и манеров – и не перечесть все веденецкие изделья. Еще есть красивые подвески для ожерелий – лунницы рогатые и завозные крестики из Царь-града и от заката. На груди и в поясу много всяких привесок и бляшек: вместо бляшек видны и монеты: восточные или времен Канута Великого, епископа Бруно. Подвески-собачки, знакомые чуди, ливам и курам; кошки – страшные, с разинутой пастью, излюбленные уточки, вéдомые многим русским славянам. У девок ниже пояса на ремешках спускаются эти замысловатые знаки, звенят и гремят на ходу привешенными колокольчиками и бубенчиками; священный значок хранит девку. На руках по одному, по два разных браслета, и узкие, и витые, и широкие, с затейливым узором. Подолы рубах, а может быть, и ворот обшиты позументиком или украшены вышивкой. У некоторых женщин накинут кафтанчик, на манер шушуна, но покороче.
Опустили носилки. Выбрано ровное местечко, убито, углажено, выложено сухими плахами. Посредине его посажен покойник; голова бессильно ушла в плечи, руки сложены на ноги. Сбоку копье и горшок с кашей. Смолистые плахи все выше и выше обхватывают мертвеца, их заправляют прутняком и берестой – костер выходит на славу. Есть где разгуляться огню! Зазмеился он мелкими струйками, повеяло дымом. Будто блеснуло из полузакрытых век, в последний раз осветилось строгое, потемневшее лицо… Вдруг щелкнуло. Охнул костер, столбом взлетели искры, потянулись клубы бурого дыма» [1, с. 15–18].
В одном из очерков Рерих так же подробно и образно описывает картину «Заморские гости». Когда смотришь на эту картину, где по широкой глади реки плывет корабль викингов, создается полное впечатление, что писалась она с натуры. По всей видимости, так это и было. Через историю искусства проходят редкие случаи, когда перед художником вставала картина прошлого в метаисторической красоте и подробностях. Целая серия картин, написанных Рерихом еще до революции и посвященных глубокой древности, несла на себе явный отблеск метаисторического творчества. Когда такое творчество будет признано традиционной исторической наукой, то исторические картины Рериха будут рассматриваться как ценнейший исторический источник. К сожалению, такое время еще не наступило.
В то же время у Рериха появились картины, сюжеты которых были таинственны и загадочны. В них иное пространство, где время остановилось и как бы превратилось в вечность. За ними стояла какая-то неведомая и еще не познанная реальность. Их три: «Сокровище Ангелов» (1905), «Владыки нездешние» (1907) и «Книга Голубиная» (1911). Потом выяснится, что эти картины послужили началом того, что сам Николай Константинович назвал «помимо историков» и что сыграло в его жизни как художника и историка важнейшую роль.
«Громадный камень, – писал С.Маковский о «Сокровище Ангелов», – черно-синий, с изумрудно-сапфирными блестками; одна грань смутно светится изображением распятия. Около, на страже, – ангел с опущенными темными крыльями. Правой рукой он держит копье, левой – длинный щит. Рядом дерево с узорными ветвями, и на них – вещие сирины. Сзади – все выше и выше, в облаках, у зубчатых стен райского кремля, стоят другие ангелы, целые полки небесных сил. Недвижные, молчаливые, безликие, с копьями и длинными щитами в руках, они стоят и стерегут сокровище» [2, с. 5].
Через какое-то время этот мифический камень вновь возникнет в его гималайском цикле. У камня окажутся загадочные связи, и легенда о нем зазвучит странными мотивами: таинственный Грааль средневековой Европы, Артуровы рыцари Круглого стола, вагнеровский «Парсифаль». К опере «Парсифаль» у Рериха было какое-то личностное отношение. Один из его современников вспоминал: «…мне пришлось видеть его (Рериха. – Л.Ш.) с группой друзей на “Парсифале”, и мне показалось, что обычно спокойный художник казался несколько взволнованным» [3, с. 24].
Потом появится «Легенда о Камне». Ее соберет и опубликует Елена Ивановна Рерих, как всегда под псевдонимом.
На картине «Владыки нездешние» мы видим своды высокого собора, чем-то похожие и непохожие на известные нам. В росписи стен какая-то неопределенность, незавершенность. На узорчатом полу стоят двенадцать человек. На них длинные черные одеяния. Перед тем как написать это полотно, Николай Константинович сделал эскиз. У каменной стены стоят двое, на них те же свободные темные одежды. Но персонажи прорисованы более четко, более определенно. В руках одного из них посох. Кажется, что они приготовились выйти, но что-то задержало их у двери. На лицах раздумье, чуть смешанное с печалью. Они как будто слушают Время. Сейчас оно прозвенит сроком и странствием. Тяжелая кованая дверь захлопнется за ними, и нездешнее станет здешним…
Давно по Руси ходило сказание о чудесной книге, прочтя которую все можно узнать. Книга никому не открывалась и открылась лишь царю Давиду Евсеевичу. И все, что было написано в ней, объявилось ему. Любознательный князь Владимир пошел к Давиду Евсеевичу и попросил:

Прочти, сударь, книгу Божию,
Объяви, сударь, дела Божии;
Про наше житие свято-русское,
Про наше житие свету вольного!
Отчего у нас начался белый, вольный свет?
Отчего у нас солнце красное?
Отчего у нас млад-светел месяц?
Отчего у нас звезды частые?
Отчего у нас ночи темные?
Отчего у нас зори утренни?
Отчего у нас ветры буйные?
Отчего у нас дроблен дождик?
Отчего у нас ум–разум?
Отчего наши помыслы?
Отчего у нас мир-народ?
Отчего кости крепкие?
Отчего телеса наши?
Отчего кровь-руда наша? [4, с. 362].

Как видим, князь Владимир задал целый ряд сложных научных вопросов, дать ответ на которые царь Давид Евсеевич уклонился. Но, так или иначе, вероятно, все это содержалось в книге, которая в древности называлась «Глубинная», а затем почему-то стала «Голубиной». Четыре короля с лицами мудрецов склонились над книгой. На королях одежды, расшитые неизвестными знаками. За диковинным городом, в котором собрались короли, видятся горы…
Метаисторический процесс «помимо историков» действовал в полном согласии с космической эволюцией и творил свои образы через духовное поле великого художника. Время и простран-ство этих образов были другими, и они обретали в земной плотной материи таинственные качества. Прошлое, настоящее и будущее в них было единым целым. И это, в свою очередь, придавало метаисторическому процессу пророческий характер, так четко отразившийся в творчестве Рериха.
Перед Первой мировой войной Николай Константинович написал целую серию загадочных картин, понять которые удалось только тогда, когда предвещаемое в них событие уже стало реальностью. Картины были написаны между 1911 и 1914 годами.
На пространстве, занимающем почти все полотно, идет «Небесный бой». Ветер гонит по небу темные грозовые тучи, которые сталкиваются с оранжево-красными облаками. Схлестываясь, тучи и облака превращаются в фантастические фигуры сражающихся и гибнущих воинов.
В багровых отсветах и дыме пожаров во все небо неумолимо и неотвратимо встал «Ангел Последний». Языки пламени поглощают стены городов, башни и соборы. Взгляд ангела суров и безжалостен. И еще картина, и опять ангел. Он неслышно подходит к воротам города. В руке пришедшего «Меч мужества». Но город спит.
Корабль со спущенными парусами приближается к неприступной крепостной стене. Его печальные мачты напоминают кладбищенские кресты, во всем его облике затаилось что-то тревожное, нехорошее. На желтеющее рассветное небо надвигаются черно-лиловые тучи. «Вестник».
Зарево пожара охватило все небо. Пламя трепещет в окнах темной громады замка. Повержен геральдический лев. «Зарево».
Аспидно-черное небо. Пустое и оглушающее. Дым поднимается от развалин, беспорядочной грудой уходящих к зловещему, утратившему свою реальность горизонту. Горизонт искривлен, так он виден только с большой высоты. На холме стоит группа в девять человек. На них старинные платья, на лицах горе и глубокое потрясение. «Дела человеческие».
Особое внимание привлекает картина «Короны». Три короля стоят на земле. Над ними в небе возникают три облачные короны, улетающие куда-то вдаль. Смысл картины станет ясным несколько лет спустя, когда революция сметет три монархии: Романовых, Гогенцоллернов, Габсбургов.
Леонид Андреев, один из крупных писателей России, художественное творчество Рериха образно назвал «Державой Рериха». «Да, он существует, этот прекрасный мир, – писал Андреев, – эта держава Рериха, коей он единственный царь и повелитель. Не занесенный ни на какие карты, он действителен и существует не менее, чем Орловская губерния или королевство Испанское. И туда можно ездить, как ездят люди за границу, чтобы потом долго рассказывать о его богатстве и особенной красоте, о его людях, о его страхах, радостях и страданиях, о небесах, облаках и молитвах. Там есть восходы и закаты, другие, чем наши, но не менее прекрасные. Там есть жизнь и смерть, святые и воины, мир и война – там есть даже пожары с их чудовищным отражением в смятенных облаках. Там есть море и ладьи… Нет, не наше море и не наши ладьи: такого мудрого и глубокого моря не знает земная география. И, забываясь, можно посмертному позавидовать тому рериховскому человеку, что сидит на высоком берегу и видит – видит такой прекрасный мир, мудрый, преображенный, прозрачно-светлый и примиренный, поднятый на высоту сверхчеловеческих очей.
Ища в чужом своего, вечно стремясь небесное объяснить земным, Рериха как будто приближают к пониманию, называя его художником седой варяжской старины, поэтом севера. Это мне кажется ошибкой – Рерих не слуга земли ни в ее прошлом, ни в настоящем: он весь в своем мире и не покидает его.
Даже там, где художник ставит себе скромной целью произведение картин земли, где полотна его называются “Покорением Казани” или декорациями к норвежскому “Пер Гюнту”, – даже и там он, “владыка нездешний”, продолжает оставаться творцом нездешнего мира: такой Казани никогда не покорял Грозный, такой Норвегии никогда не видел путешественник. Но очень возможно, что именно такую Казань и такую битву видел грозный царь в грезах своих; но очень возможно, что именно такую Норвегию видел в мечтах своих поэт, фантазер и печальный неудачник Пер Гюнт – Норвегию родную, прекраснейшую, любимую. Здесь как бы соприкасаются чудесный мир Рериха и старая, знакомая земля – и это потому, что все люди, перед которыми открылось свободное море мечты и созерцания, почти неизбежно пристают к рериховским “нездешним” берегам».
Очерк завершается, не ошибусь, если скажу, пророческими словами: «…не мешает послать в царство Рериха целую серьезную бородатую экспедицию для исследования. Пусть ходят и измеряют, пусть думают и считают; потом пусть пишут историю этой новой земли и заносят ее на карты человеческих откровений, где лишь редчайшие художники создали и укрепили свои царства» [5, с. 38–40].
Процитированный уникальный фрагмент относится к первой Державе Рериха. Другую он сотворил позже, уже на иной, далекой земле. Но обе эти державы тесно соприкоснулись друг с другом, ибо первая в действительности была изначальной основой второй. Русский писатель, проникнув в глубь рериховского творче-ства и коснувшись внутреннего мира художника и ученого, открыл важнейшую особенность этого творчества, составившую главную мировоззренческую основу всех областей знаний, какими бы Рерих ни занимался. Эту основу можно назвать «нездешностью» или «инобытием», отбрасывая которую, – а это происходило и происходит до сих пор, – нельзя постичь уникальность и духовную глубину одного из великих людей XX века, основателя нового космического мышления.
Именно в этот период, когда ему самому еще многое не было известно, его захватила Индия, ее культура, ее история, ее искусство. Можно сказать, что в этом ничего особенного не было. В начале XX века многих из творческих деятелей и интересовавшихся культурой привлекала Индия. У Рериха также, можно сказать, был свой интерес к Индии. Его привлекла проблема общего исторического источника славянских и индийских народов. Этот интерес был в пространстве земного исторического процесса. Но чем бы Рерих ни интересовался, особенно в области истории, во всем звучала метаисторическая нота, которая как бы шла из его внутреннего духовного мира. Но то, что притягивало его к Индии интуитивно, было связано с ее особенностями. В этой стране, в отличие от многих других, культуру и историю освещал метаисторический процесс, который продолжал жить здесь, и в нем заключалась особенность и уникальность Индии.
Именно этот процесс обусловливал в этой стране то, что европейцам казалось таинственным, малообъяснимым, а подчас просто чудесным. Время в Индии обладало своими особенностями. Бесследно исчезли с лица нашей планеты древние египтяне, шумеры, тольтеки… И лишь мертвые реликвии в сухой и выжженной земле напоминают о них. В Индии же память обо всех, кто когда-то прошел по ее древним дорогам, бьется горячей кровью в тех, кто живет теперь. Древнейшая культура Мохенджо-Даро и Хараппы, захороненная в покрытых скудной растительностью холмах долины Инда, продолжается в душах и обычаях тех, кто населяет современные города и веси Индии. Ранняя заря каменного века австралоидных племен еще горит в фольклоре и танцах Южной Индии.
Безупречно действовавший в течение веков и тысячелетий механизм культурной преемственности сформировал в «великом ритме» индийский культурный феномен. В этом феномене есть один важный момент, без которого нельзя понять ни самой страны, ни ее духовной традиции. Индия, как и любая другая страна, подвергалась нашествиям, вторжениям и даже завоеваниям. Но в отличие от других стран она довольно быстро ассимилировала культуру пришельцев, превращая ее в органическую часть уже сложившегося своего культурного комплекса. Эта загадочная способность не объяснена и не изучена. Джавахарлал Неру утверждал, что Индия на заре истории была уже «зрелой во многих отношениях» [6, с. 72]. Это – «зрелая во многих отношениях» – проливает какой-то свет на такую способность, хотя и не объясняет самого феномена. В течение веков и тысячелетий Индия ассимилировала иранцев, тюрков и евреев. «…В прошлом, – писал Д.Неру, – господствующей чертой развития индийской культуры и даже народностей было некое внутреннее тяготение к синтезу, вытекающее в основном из индийского философского мировоззрения. Каждое новое вторжение иноземных элементов было вызовом той культуре, но ему успешно противостоял новый синтез и процесс поглощения. Это был также процесс омоложения, на почве которого выросли новые цветы культуры, хотя основа осталась в общем без изменений» [6, с. 77].
Неру связывал «тяготение к синтезу» с индийским философским мировоззрением. Возможно, в какой-то мере он прав, придавая философскому мировоззрению такое значение. Оно, без сомнения, составляло суть многовековой духовной традиции Индии, формировавшейся в русле ее культурной непрерывности. Сама духовная традиция, складывающаяся, казалось бы, из самых разных компонентов, таких как философия и народные верования, различные религиозные системы и фольклор, а также многое другое, тем не менее представляет собой нечто целостно синтетическое, обладающее особенностями, лежащими «поверх» (по выражению Рериха) этого целостного явления. Эти особенности «поверх» дают нам возможность увидеть существенные «непреходящие» моменты самого явления и понять то, что Неру назвал «философским мировоззрением», а один из крупнейших индологов мира Макс Мюллер – «коррективами». «И если бы я, – писал последний, – сам задал себе вопрос, из какой литературы мы, европейцы, воспитанные почти исключительно на идеях греков и римлян, а также одной из семитических рас – евреев, можем почерпнуть те коррективы, которые наиболее желательны, чтобы сделать внутренний мир человека более совершенным, более обширным, более объемлющим и, в сущности, более человечным, обращенным не только к этой жизни, но и к жизни вечной, – я опять-таки указал бы на Индию» [6, с. 90].
Различные философские системы Индии возникали на многовековом дереве духовной традиции, подобно свежим побегам, питавшимся теми же корнями, которые взрастили их предшественников. Старое не отрицалось, не отсекалось, а как бы канонизировалось в новом своей лучшей частью, в первую очередь той, которая была способна к развитию, дальнейшему движению и трансформации. В результате, например, в трудах ведантистов мы находим продуманный анализ других философских систем, таких как чарвака, буддизм, джайнизм, санкхья, йога, миманса, ньяя, вайшешика.
В основе этого исторического механизма лежала концепция диалектического единства прошлого, настоящего и будущего. Эта концепция и формировала индийскую духовную традицию как таковую. Не исключено, что именно эта концепция, действовавшая в течение многих веков, привела к тому, что в стране не существовало противостояния элитарной культуры народной. Одни и те же идеи, одни и те же истины воспринимались и использовались самыми различными слоями индийского общества в форме, соответствующей сознанию и образованности этих слоев. Богатая устная традиция играла при этом важнейшую роль.
Народ знакомился с философскими истинами через эпические поэмы «Махабхарата» и «Рамаяна», через мифологию Пуран и заклинания Вед, через устные рассказы о жизни Будды. Однако ни жрецы в храмах, ни деревенские сказители не смогли бы сами по себе сформировать упомянутое Д.Неру философское мировоззрение целого народа. Этим занимались другие. Я имею в виду древний институт духовного наставничества, сохранившийся в Индии до наших дней. Санскритское слово «гуру» (духовный учитель) со временем получило такое же распространение на планете, как и русское «спутник».
Гуру были разные: последователи ортодоксальных систем, самобытные философы, просто чуткие и мудрые люди. Но все они, несмотря на различия, творили духовную традицию, не давали ей умереть и бережно передавали из поколения в поколение. Гуру как бы замыкали на себе бесконечную цепь культурной преемственности. Несмотря на различия в методах и идеях, они несли в себе непреходящие черты индийского философского мировоззрения. В течение веков духовная традиция Индии вырабатывала в человеке одно из важнейших качеств – молитвенное отношение к Красоте в ее глубинном, философском смысле.
Осмысливая суть духовной традиции, Д.Неру писал: «…мы очень древний народ, и мы слышим шепот столетий, отошедших в незапамятное прошлое. Однако мы знаем, как обретать молодость вновь, хотя воспоминания и мечты этих минувших веков остаются с нами. На протяжении всех этих долгих столетий не какая-нибудь тайная доктрина или сокровенные знания поддерживали жизнеспособность Индии, а величайшая гуманность, разнообразная и исполненная терпимости культура и глубокое понимание жизни и ее таинственных путей» [6, с. 156]. Без восприятия этого «шепота столетий» не существовала бы ни такая культура Индии, ни ее стержень – духовная традиция.
Именно «шепот столетий» побуждал индийца поклоняться не только Красоте, но и Мудрости и Знанию. Народ Индии, в отличие от народов многих других стран, обожествил создателей философских систем, мудрецов и учителей. Если в Древней Греции поклонялись богам и героям, то в Индии – богам и мудрецам, а потом уже героям. Мудрецы – создатели и творцы духовной традиции Индии – были ее особым явлением. Мудрецы первого поколения, согласно мифологической традиции, – не только культурные герои, просвещавшие народ и обучавшие различным ремеслам, они были связаны с Космосом. Созвездие Большой Медведицы в Индии называют Саптариши – Семь Мудрецов. От этих Семи Мудрецов пошли и остальные, каждый из которых оставил свой след не только в мифологии Индии, но и в ее истории. Родословная их насчитывает века и дошла до XX столетия. В любой другой стране существование подобных мудрецов в наше время подверглось бы явному сомнению или просто отрицанию. В любой стране, но не в Индии, где слышен «шепот столетий». Среди исторических мудрецов Индии были «чистые» философы, религиозные реформаторы, политические деятели. Будда и Махавира, Нагарджуна и Нагасена, Шанкара и Рамануджа, Рамакришна и Вивекананда, Ауробиндо Гхош и Махатма Ганди, такие разные по своим идеям и деятельности, были едины в гуманистическом устремлении осмыслить культурно-историческую эволюцию человечества, помочь человеку стать более совершенным и осознать свое место в этой эволюции.
Одних мудрецов мы знаем, другие остаются для нас анонимными, плотно сокрытыми цветным занавесом мифа. Но есть среди них и те, для которых анонимность является не мифом, а реальностью. В течение веков целые группы мудрецов и Учителей оставались как бы за экраном истории. Они достигали высоких ступеней на лестнице духовного совершенствования. Некоторые из них, появляясь в миру, нередко занимали высокое социальное положение, но оставляли как бы в тени свою связь с институтом мудрецов. Можно, например, вспомнить об императоре Ашоке из династии Маурьев или об императоре Акбаре из династии Великих Моголов. В обоих случаях Власть, соединившаяся с Мудростью, давала плодотворные исторические результаты.
Великих Мудрецов называли Махаришами или Махатмами – Великими Душами. Николая Константиновича Рериха тоже назвали Махариши. На памятном камне на месте его кремации в гималайской долине Кулу высечено: «Тело Махариши Николая Рериха, великого друга Индии, было предано сожжению на сем месте 30 магхар 2004 года Вихрам эры, что соответствует 15 декабря 1947 года. Ом Рам». Этим завершился индийский период жизни Николая Константиновича. Он открывал новые пути в науке, в искусстве, он открыл их и в Индии.
Именно в такую Индию Рерих и стремился, сначала интуитивно, а затем вполне сознательно, когда на его пути встал Учитель, реальный Космический Иерарх, и метод свидетельства стал завершающим в его метаисторическом процессе. Пройдя через сложнейшие трудности, он вместе с семьей – женой Еленой Ивановной и сыновьями Юрием и Святославом, в декабре 1923 года прибыл в Индию. Позади он оставил революцию, свои скандинавские выставки, короткую жизнь в Лондоне, активную культурную деятельность в США, где в том же 1923 году был создан музей его имени. После посещения культурных и исторических достопримечательностей Индии Рерихи отправились в Дарджилинг, откуда в 1924 году стартовала планетарная Центрально-Азиатская экспедиция, начавшаяся в соседнем с Индией королевстве Сикким. Там же, в Дарджилинге, произошло событие, которое определило всю жизнь и творчество Николая Константиновича.
Начало этого события описано Рерихом в завуалированной форме. «Мы четверо после полудня ехали на моторе по горной дороге. Вдруг наш шофер замедлил ход. Мы увидели на узком месте портшез, несомый четырьмя людьми в серых одеждах. В носилках сидел лама с черными длинными волосами и необычной для лам черной бородкой. На голове была корона, и красное с желтым одеяние было необыкновенно чисто. Портшез поравнялся с нами, и лама, улыбаясь, несколько раз кивнул нам головой. Мы проехали и долго вспоминали прекрасного ламу. Затем мы пытались встретить его. Но каково же было наше изумление, когда местные ламы сообщили нам, что во всем краю такого ламы не существует» [7, с. 158–159].
Теперь многое в жизни Рериха проявилось. «Лама» был духовным Учителем Рерихов, который спешил на встречу с ними, состоявшуюся в небольшом придорожном храме, напротив монастыря Гум. Именно тогда Учитель, имевший непосредственное отношение к космической эволюции и метаисторическому процессу, поставил перед Рерихами задачу, которая должна была обрести форму Центрально-Азиатской экспедиции. С момента выхода этой экспедиции на намеченный маршрут последний стал пространством творчества космической эволюции на планете Земля. Именно здесь закладывался метаисторический процесс, обусловивший на длительное время земной исторический процесс. Метаистория заключалась не только в информации, идущей из космической материи высокого состояния, но и в действиях Николая Константиновича и Елены Ивановны Рерихов, которые формировали сам метаисторический процесс. Сама же Центрально-Азиатская экспедиция послужила в XX веке примером взаимодействия космической эволюции со своими вестниками на Земле. После энергетического импульса, который космическая эволюция дала Духовной революции в России, импульс, данный через Центрально-Азиатскую экспедицию, закрепил дальнейший метаисторический процесс и реализовал необходимое творчество, направленное к формированию нового витка космической эволюции планеты Земля, нового сознания, нового космического мышления.
На маршруте Центрально-Азиатской экспедиции Рерихи – и Николай Константинович, и Елена Ивановна – творили энергетическое поле Нового Мира в тех странах, где для этого существовали нужные условия, которые и определили маршрут самой экспедиции. Это творчество шло в самом тесном взаимодействии с творчеством Космического Иерарха. Сам Учитель был блестящим историком, формировавшим в течение долгого времени истории человечества его исторический процесс в неразрывной связи с метаисторическим процессом.
Ограниченный объем этой работы не дает возможности остановиться на таком сюжете. Три метаисторических полотна, написанных Николаем Константиновичем еще в дореволюционной России, обрели полную реальность на маршруте Центрально-Азиатской экспедиции. «Сокровище ангелов» превратилось в осколок метеорита, заключавший в себе тончайшую и высоковибрационную космическую энергетику. Им снабдил Рерихов сам Учитель. «Голубиная книга» оказалась аллегорией философии Космической реальности, и, наконец, «Владыки нездешние» явились теми Космическими Иерархами, которые много веков содействовали развитию эволюции человечества.
Караван шел по сужденному маршруту, и перед участниками экспедиции разворачивалась грандиозная и богатая картина культур в их времени и пространстве. У Рериха от этого зрелища захватывало дух, его интуиция работала точно и своевременно. Запись в экспедиционном дневнике Рериха о двух потоках жизни в Азии находила в этой картине полное подтверждение. Вместе с тем она углублялась, обрастала новыми подробностями, и ранее не объяснимое становилось ясным. Маршрут экспедиции был составлен удивительно точно и исторически плодотворно. Его история несла в себе также два потока – метаисторию, формирование которой было связано с высшей космической материей, и земную историю. Но в странах, по которым шел Караван, оба потока не только не были резко разделены, а взаимодействовали друг с другом. Это взаимодействие раскрывало перед Рерихом – историком и художником – богатейшую и уникальную перспективу для исследований. Через земную историю он выходил на космическую эволюцию, о которой говорил Учитель в своей Живой Этике, через метаисторию постигал земное творчество этой эволюции.
Исторические переселения народов теперь захватывали своей масштабностью и многообразием. Рерих как бы видел и ощущал их движение через горы и пустыни. Традиционное объяснение историков причин этого движения, заключавшихся якобы в поисках лучших земель, становилось смешным и неубедительным. В этих передвижениях заключалась иная, неземная сила, и сила эта была их причиной. Метаистория свидетельствовала о Космосе. Именно космический ритм и космическая энергетика в силу каких-то тайных стремлений сдвигали с места эти народные массы. Все размышления и исследования Рериха упирались в космическую эволюцию и ее законы, открытые ему и Елене Ивановне их духовным Учителем. Знание и знание – вот что несла космическая эволюция на Землю и отдавала их, через метаисторический процесс, людям.
Следуя энергетическому мировоззрению, так точно и ясно объясненному Учителем, Николай Константинович вник в великую историческую суть кочевого мира, охватывающего евразийские просторы с самой глубокой древности. Это был мир динамичной активности, мир интенсивного энергообмена, создающего новую энергетику для дальнейшего развития историко-культурного пространства. Контакты кочевых народов с земледельческими цивилизациями, не всегда мирные, вливали в них новую энергетику и возрождали для дальнейшего развития. Идя по следам кочевых империй и культур на маршруте экспедиции, Рерих как бы ощущал эту энергетику, которая до сих пор еще действовала на путях евразийских кочевников. Огромный мир, древний и современный, по которому двигался Караван, звучал каким-то прошлым единством и цельностью. Он нес в себе сочетания самые неожиданные. В Тибете Рерихи открыли мегалитические памятники, которые существовали и в древней Европе. В тибетских нагорьях открывались украшения «звериного стиля» евразийских кочевников. И Рерих искал в этом огромном мире, древнем и современном, не различия, но общность в культуре, которая со временем преодолеет разрозненность и вражду. Он чувствовал, что единство принадлежало метаистории, а разрозненность шла из земного исторического процесса и замедляла ход космической эволюции.
Прошлое, настоящее и будущее – земная триада Времени, которую не знают миры более высокого состояния материи, не знает ее и метаистория. Но с помощью такого Времени можно правильно оценивать земную историю – что в ней нужно для дальнейшего развития, а что можно забыть. Подходя к исследованию исторического процесса, Рерих разделил все в нем существующее и происходящее на непреходящее, долговременное, и преходящее, быстро исчезающее. Метаистория в основном состояла из непреходящих элементов, земная история имела немало преходящего. И Рерих в этом огромном историческом пространстве, по которому шла экспедиция, искал непреходящие элементы. Они содержались в древних священных книгах, духовных учениях, космогонических мифах, легендах о мудрецах и культурных героях, творчестве красоты и многом другом, что проходит через века, не увядает и служит опорой будущему.
Мысль «без прошлого нет будущего» была концептуальной для Рериха с самого раннего периода его творчества. И он, опираясь на метаисторический процесс, искал в прошлом то, что могло бы послужить опорой будущему. Он посещал храмы индуистские, буддийские и добуддийские. Те и другие в значительной мере напоминали музеи, где экспонировались знания в различных их формах. При храмах и монастырях были уникальные библиотеки, и древние рукописи лежали рядом с алтарями. Помощь в этой работе Юрия Николаевича была бесценной для Рериха. В своих экспедиционных дневниках Николай Константинович отметил немало непреходящего в историческом процессе, которое будет необходимым для будущего. Он называл это непреходящее «прекрасными камнями» будущего. Подобные исследования входили в задачу самой экспедиции, поскольку были непосредственно связаны с космической эволюцией человечества. Здесь, на маршруте Центрально-Азиатской экспедиции, он создавал новую «Державу Рериха». Ту «Державу», которая не только наполнит его жизнь, но и окажет значительное влияние на космическую эволюцию земного человечества.
Рерих не только исследовал метаисторический процесс, он творил его. И Елена Ивановна, его жена и друг, стояла рядом с ним в этом творчестве. На маршруте Центрально-Азиатской экспедиции было произведено важнейшее метаисторическое действие, которое является причиной земного исторического процесса и непосредственно связано с творчеством космической эволюции. В нем был заключен энергетический импульс, направленный Высшим низшему, согласно космическому закону: Высшее в эволюции ведет низшее. Действие это – закладка магнитов – было главной целью Центрально-Азиатской экспедиции.
Закладка магнитов – одно из важных проявлений творчества космической эволюции на Земле. В течение истории человечества подобная закладка проводилась не однажды в разное время и в разном пространстве. Магнит этот, согласно Живой Этике, преображал идею пространства в действие и был одним из начал творения метаисторического процесса. Идея пространства о необходимости новой ступени космической эволюции на Земле, Новой эпохи и Нового человека должна получить свою энергетику и импульс для дальнейшего развития. Слово «магнит» вызывает у нас привычное представление, которое не соответствует слову, употребляемому в философии Космической реальности. Под этим определением имеется в виду пространственная энергетическая структура. Такую структуру нельзя привести с собой в караванном багаже или собственном кармане, а потом куда-то заложить. Такая структура есть результат энергетического творчества тех (или того), кто (или что) несет в себе так называемое «веление космоса», или миссию творчества космической эволюции.
Что же соответствовало в самой Центрально-Азиатской экспедиции такому обстоятельству? Прежде всего это был «камень», или осколок метеорита, энергетический след которого Николай Константинович проследил в мифологии, легендах и поверьях. Такого рода материал мы находим в экспедиционных дневниках Рериха и его живописи. Но уникальная энергетика этого метеорита должна была сочетаться и с иной энергетикой, чтобы получилась пространственная магнитная структура. Если мы соотнесем кое-какие даты творчества Елены Ивановны и Николая Константиновича с датами Центрально-Азиатской экспедиции, то не сразу осознаем случившееся и скорее удивимся, почему, например, «огненный опыт» Елены Ивановны, проходивший под контролем Космических Иерархов, начался в 1924 году на маршруте экспедиции. И почему Николай Константинович создал на этом же маршруте не только зарисовки, но и значительное количество сюжетных и объемных полотен. Ведь условия маршрута, по которому шел Караван, очень мало способствовали такому творчеству. Трудности на местах, неблагоприятные климатические условия затрудняли подобного рода работу. Но несмотря на такие обстоятельства и Елена Ивановна, и Николай Константинович упорно выполняли то, что как бы затрудняло, и в немалой степени, их пребывание на экспедиционном маршруте. Ответ может прийти, если мы поймем, что творчество и Елены Ивановны, и Николая Константиновича было энергетическим. Нет сомнения, что такая деятельность и того и другого была связана с формированием энергетики закладываемого магнита. Нам известно, что именно в 1924 году Учитель начал очень сложный и трудный процесс изменения энергетики Елены Ивановны и преображения ее в более тонкую и высоковибрационную. Этот процесс Елена Ивановна назвала «огненный опыт». На маршруте были открыты ее огненные центры, связанные с материей иного, более высокого состояния. Подробности этого творчества можно узнать в книге Елены Ивановны «У порога Нового Мира».
Что касается Николая Константиновича, то он написал на маршруте экспедиции в самых трудных условиях три самые знаменательные свои серии картин: «Его страна», посвященную Учителю, «Знамена Востока», где он воспроизвел личности, формировавшие на Земле метаисторический процесс, и, наконец, «Майтрейя» – картину о вехах, по которым идет будущее. К этим трем сериям можно добавить следующие полотна: «Приказ Ригден Джапо», «Легенда о Шамбале», «Хранитель входа», «Сосуд нерасплесканный». Эти картины были созданы Рерихом в 1924–1927 годах. Размеры статьи не позволяют описать их, можно только сказать, что они посвящены духовным путям человечества и их водителям. Но вместе с тем следует указать и на особенность, присущую этим полотнам, – значительная их часть сделана метаисторическим методом видений, что, в свою очередь, не только отличает их от картин, написанных с натуры или по домыслу, но и значительно повышает их тонкую энергетику.
Таким образом, при закладке магнита Рерихи использовали три источника энергии: метеорит, огненные центры Елены Ивановны и высокоэнергетичные картины Николая Константиновича, созданные метаисторическим методом. Все три источника были связаны с творчеством космической эволюции. Возникает вопрос: в каких же местах маршрута были заложены магниты?
Точного ответа на этот вопрос пока нет, но есть предположения, некоторые из которых имеют свои подтверждения. Полагаю, что закладка магнитов, которая связана непосредственно с метаисторическим процессом, шла по всему маршруту Центрально-Азиатской экспедиции. Если мы внимательно вчитаемся в экспедиционные дневники Н.К.Рериха, то сможем почувствовать в них определенное отношение автора к тому или другому пространству, к той или другой стране. Это отношение еще долго проявлялось у Рериха и после экспедиции. По всей видимости, первая закладка произошла в Индии – стране, к которой Рерихи относились особо, ценя ее многовековую историю, сохранившую богатую духовную культуру, в которой очень четко проявился метаисторический процесс, не отвергнутый ни культурной элитой страны, ни ее народом, как это случилось в других государствах. Искренняя привязанность Рериха и научно, и творчески, и художественно к Гималаям, особенно к их индийской части, свидетельствует о многом.
Вторым местом закладки магнитов могла быть Москва. Несколько моментов явно свидетельствуют об этом. Именно в Москве была оставлена серия картин «Майтрейя», созданная Рерихом на маршруте экспедиции. Картины также были непосредственно энергетически связаны с процессом закладки магнитов. В специальной шкатулке была привезена земля со священного места. И наконец, книга-предупреждение «Община», которая составляла одну из важных частей Живой Этики, – в ней Учитель высказал свои пророческие мысли насчет России. Эта книга – один из интереснейших метаисторических источников.
Через всю историю человечества проходит сверкающая цепь предупреждений, связанных с высшей космической материей и несущих в себе таинственную красоту творчества космической эволюции. 1926 год, время посещения Рерихами Москвы, был переломным годом, в котором перед страной стоял выбор дальнейшего пути. Энергетика метаистории должна была помочь выбрать правильный путь. Но свободная воля руководителей страны решила эту проблему по–своему. Все привезенное Рерихами практически не было принято. Картины оказались в темных углах государственных складов, были спасены от забвения А.М.Горьким и оказались в Нижнем Новгороде, ларец с землей исчез, «Община» не была опубликована. Но энергетика, связанная с метаисторическим процессом закладки магнита, исчезнуть не могла. Она продолжала действовать и время от времени проявляла себя в бедственные и тяжелые моменты истории нашей страны.
О том, что Москва стала особым местом после посещения ее Рерихами, косвенно свидетельствуют еще некоторые обстоятельства. В 1957 году в Россию вернулся старший сын Рерихов – Юрий Николаевич. Будучи крупным востоковедом и занимаясь активно научной работой в одном из академических институтов, Юрий Николаевич поставил проблему создания музея Н.К.Рериха в Москве. Ранняя смерть прервала эту его деятельность. Его младший брат Святослав Николаевич, передавший в Россию наследие своих родителей, также считал необходимым создать музей Н.К.Рериха именно в Москве. Он не однажды при этом говорил, что музей должен быть в Москве и только в Москве, хотя отец долгие годы был связан с Петербургом. С Москвой его связывал лишь маршрут экспедиции. Такая настойчивость братьев в отношении места создания рериховского музея заставляет серьезно задуматься.
Когда, наконец, в 1989 году в Москве был создан Советский Фонд Рерихов, главной целью которого стала организация музея Н.К.Рериха, Святослав Николаевич в связи с этим событием приехал в Москву. Ему предложили на выбор несколько зданий для будущего музея. Из всего осмотренного он выбрал усадьбу Лопухиных. Первая фраза, которую произнес Святослав Николаевич, когда мы с ним вошли в захламленный двор усадьбы: «Какая здесь чистая энергетика». Он не вошел в главное здание усадьбы, где в это время обитал Трест Минтяжмаша, а, выходя из двора, сказал: «Это то, что нам надо». Я привела здесь, казалось бы, незначительный факт, но известно, что каждое явление, факт или событие имеют не только внешнюю, но и внутреннюю стороны. Определить внутреннюю сторону факта значит вскрыть его истинную суть.
После Москвы был Алтай, и Николай Константинович дал высокую оценку будущему этого края. Можно не сомневаться, что магнит был заложен и там, и скорее всего в Уймонской долине. Монголия была второй страной, где Рерих оставил свою картину. Она называлась «Великий Всадник» и явно была связана с заповедной страной, где находились ашрамы Учителей – Космических Иерархов. Вслед за Монголией был Тибет, где экспедиция претерпела много бед и трудностей, а положение региона в культурном отношении было неважное. Критикуя современную ситуацию в Тибете, Рерих писал немало о его будущем возрождении. Николай Константинович всегда подкреплял свои мнения практическими действиями, возможно, что такие действия были проведены и в Тибете.
Рерих прослеживал на маршруте Каравана следы творчества метаистории в мифах, преданиях и сказаниях. В них все чаще, по мере продвижения экспедиции, появлялось слово «Шамбала», означающее заповедную страну мудрецов и праведной жизни. За всем этим стояла реальность, связанная и с надземными мирами, и с событиями, происходящими на самом маршруте. Он отразил все это в своих картинах, в которых как бы отсутствовало время, а пространство таинственно растворялось в горных далях и снегах. В этих загадочных полотнах смешались предания и Высокая реальность. Границы между ними были неразличимы.
«С тех пор, – писал Рерих, – мы много где видели сказочную правду. В Срединной Азии, в Тибете, в Гималаях встречались врата в тридесятые царства. Высились нерукотворные великаны, и грозные, и ласковые, и гордые, и зовущие. Складывал сказки хожалый, много видавший путник. С караваном он когда-то пересекал Гоби и Цайдамы и дивился самому белоснежному Ергору. Сказание пришло из яви. Караванщики предупреждали: “Дальше не ходи!” Разве не о тридесятом, заповедном царстве они предупреждали?» [8, с. 191]. И далее: «Правда наиреальнейшая в том, чтобы без лукавых выдумок напомнить и цветом и звуком о существующем» [8, с. 192]. Вот эти удивительно точные слова «и цветом и звуком» свидетельствуют о том, сколь многосторонне и глубоко исследовал Николай Константинович уникальное пространство «помимо историков».
Сведенные воедино, эти исследования давали необычную картину чьих-то действий, от которой зависела судьба экспедиции. Казалось, что рядом с экспедиционным маршрутом проходила какая-то тайная тропа, на которой и совершались эти действия. На ней возникали странные, неизвестные люди, включая и того – в золотошитом кафтане, предупредившего Рерихов о готовящемся нападении на экспедицию. Они сообщали загадочные вести, совершали неожиданные поступки. Среди них были ламы, сказители и просто встречные путники. На каждом этапе маршрута, в каждой стране или области происходило нечто, что потом требовало и расшифровки, и осмысления. Записи в дневниках содержат немало подобных фактов, и если свести их воедино, то получится уникальная картина внутренней истории, или метаистории, самой Центрально-Азиатской экспедиции, так не похожей на историю внешнюю. Вот несколько примеров, которые можно почерпнуть из экспедиционных дневников Рериха.
Из письма секретарю Рериха В.А.Шибаеву (из Кашмира): «Забота совершенно необыкновенная. Даже лошади для похода указаны (здесь очень трудно найти хороших и цельных). Уже дан дом в Лехе (вернее, Лэ)» [9, л. 10 об.]. «Из-за Си-Шаня сверкает великолепная Венера. Знаем, что на нее же любуетесь Вы в Гималаях. Знаем, откуда и через какую долину, и поверх каких снеговых вершин смотрите Вы в часы вечера. Глядим на звезду, а слышим шум деодаров и все предночные голоса и звучания горные. Сколько зовов и знаний созвано одною звездою. Небесные вехи настораживают и соединяют сердца. Те же звезды. Те же знаки небесные наполняют сердца благоволением вне пространств и времен» [10, с. 204]. Кашгар-Куча: «Сегодня приняты важные решения, есть сообщение» [11, с. 169]. Монголия, Урга: «Много смятения и ожидания. Но все-таки не отложим отъезда. Е.И. напряженно стоит у притолоки и говорит: “Жду, как разрешит все тот, кто все разрешает”. А тут и телеграмма!» [11, с. 249]. Монголия: «Среди дождей и грозы долетают самые неожиданные вести. Такое насыщение пространства поражает. Даже имеются вести о проезде здесь Учителя сорок лет тому назад <…> Двадцатого июля получены указания чрезвычайного значения. Трудновыполнимые, но приближающие следствия. Никто в караване еще не подозревает о ближайшей программе. На следующий день опять важные вести, и опять спутники не знают о них. Сверяйте эти числа с вашими событиями <…> Конец июля. “Иду радостно в бой”. Lapis Exillis – блуждающий камень. Вчера буряты пророчествовали что-то сумрачное. Именно: “Посылаю лучшие токи для счастливого решения дел”. Предполагаем выступить через Цайдам к Тибету девятнадцатого августа. Отважимся пересечь Цайдам по новому пути. К вечеру двадцать восьмого прискакал Ч. (В.Кардашевский. – Л.Ш.) с мечом и кольцом» [11, с. 254]. И уже в Тибете: «…экспедиция была в самом безвыходном положении. Можно было ждать лишь чего-то необычного. В самый трудный момент пришло все разрешающее известие» [12, с. 92].
Процитированные записи относятся к очень важному моменту в истории Центрально-Азиатской экспедиции. Они напоминают о тех, с кем произошла памятная встреча около Дарджилинга в 1923 году. «Вы, может быть, спросите меня, – отмечал Рерих, – почему, говоря о Шамбале, я упоминаю Великих Махатм? Ваш вопрос может иметь основание, потому что до сих пор в литературе эти великие понятия за недостатком осведомления оставались совершенно разделенными. Но, зная литературу о Великих Махатмах и изучая сведения о Шамбале на местах, высокопоучительно видеть объединительные знаки этих понятий и, наконец, понимать, как они близки в действительности» [13, с. 90].
Связь подлинных Великих Душ с Заповедной страной не оставляла у Рериха никаких сомнений. И опять запись в экспедиционном дневнике: «Странно и дивно идти теми самыми местами, где проходили Махатмы. Здесь была основанная Ими школа. В двух днях пути от Саг-дзонга был один из Ашрамов, недалеко от Брамапутры. Здесь останавливался Махатма, спеша по неотложному делу, и стояла здесь синяя скромная палатка. В то время, когда в Европе спорят о существовании Махатм, когда индусы проникновенно молчаливы о Них, сколько людей в просторах Азии не только знают Махатм, не только видели Их, но и знают многие реальные случаи Их дел и появлений. Всегда жданные, нежданно Махатмы творили в просторах Азии великую, особую жизнь. Когда нужно, Они проявлялись. Если нужно, Они проходили незаметно, как обычные путники. Они не пишут на скалах имен Своих, но сердца знающих хранят эти имена крепче скал. Зачем подозревать сказку, воображение, вымысел, когда в реальных формах запечатлены сведения о Махатмах.
В спешке, в случайном любопытстве – не узнаете даже простого химического опыта. Те, кто в бездельном наговоре касаются вопроса о Махатмах, разве они достигнут чего-либо? Разве их пустое любопытство будет удовлетворено? Сколько людей хотели бы получить письмо от Махатм, но разве оно изменило бы их жизнь? Оно вышло бы как минута изумления и смущения, а затем опять все вернулось бы к прежней рутине, без всякого следа.
Часто изумляются, отчего люди, знающие Махатм, так различны по своему общественному положению. Но отчего Бёме был сапожником? Неужели размер сознания измеряется лишь внешними отличиями? Дела Махатм и Их поручения ученикам рассказаны в литературе, которая совсем не так мала, как кажется незнающим ее. Эти дела касаются как внутреннего сознания, так и внешних событий мирового значения. И проявляются тогда, когда нужно.
Ученые часто называют разговоры о Махатмах предрассудком. Это те ученые, которые Махатм не видели. Но Крукс или Оливер Лодж не станут так говорить. Вивекананда, всегда стоявший за рациональность наблюдений, знает Махатм <…> Они говорят о научных основах существования. Они направляют к овладению энергиями. Они говорят о тех победах труда, которые превратят жизнь в праздник. Все предлагаемое Ими не призрачно, не эфемерно, но реально и касается самого всестороннего изучения возможностей, предлагаемых нам жизнью. Без суеверий и предрассудков. Разве ученики Махатм делаются изуверами, сектантами? Наоборот, они становятся особо жизненными людьми, побеждая в жизни и лишь ненадолго удаляясь в те далекие горы, чтобы омыться в излучениях праны. В самых темных местах Тибета знают о Махатмах. Знают много воспоминаний и легенд» [14, с. 317–318].
И запись из другого экспедиционного дневника: «Пройдя эти необычные нагорья Тибета с их магнитными волнами и световыми чудесами, прослушав свидетелей и будучи свидетелем, – вы знаете о Махатмах» [13, с. 122].
Заповедная страна, по утверждению Николая Константиновича, имела точное географическое положение. «Некоторые указания, – отмечал он, – затемненные символами, указывали местонахождение Шамбалы на Памире, в Туркестане и Гоби». Все эти места назывались потому, что около Шамбалы люди живут в юртах и занимаются скотоводством. «…Но не забудем, – продолжал Рерих, – что горные киргизы в местностях Куньлуня также живут в юртах и занимаются скотоводством» [13, с. 129].
Куньлунь упоминался Рерихом не однажды в связи с теми ориентирами, которые имели отношение к Заповедной стране. Этот же хребет фигурировал и в рассказах алтайских староверов о хождениях в поисках Беловодья. Этот путь, географически расшифрованный Рерихом, был частью маршрута Центрально-Азиатской экспедиции.
«…Географические указания места, – читаем мы в дневнике Николая Константиновича «Сердце Азии», – умышленно запутаны или произнесены неправильно. Но даже и в этом неправильном произношении вы можете различить истинное географическое направление, и это направление, не удивляйтесь, опять ведет вас к Гималаям» [13, с. 110]. Но Гималаи – огромный горный район, похожий на лабиринт. И Николай Константинович расставлял по нему свои особые ориентиры, которые также совпадали с маршрутом экспедиции.
Никогда еще в XX веке, да и ранее, ученый-историк не давал такой глубокой реальной картины творчества метаисторического процесса, который был отражен на страницах Живой Этики, и необходимость его в синтезе с земным историческим процессом была доказана авторами этой философии Космической реальности. Николай Константинович сыграл важнейшую роль в мысли XX века, приняв самое активное участие в творчестве метаисторического процесса, доказав тем самым важнейшую его роль в земном историческом процессе. Метаистория, творимая «помимо историков», требовала восстановления своих прав, а ее сотворец доказал, что исследование земного исторического процесса без учета его метаисторической, духовной части не только нарушает космический закон о том, что в каждом земном явлении есть две стороны – внутренняя и внешняя, духовная и материальная, надземная и земная, – но и делает такое усеченное исследование не наукой, а иллюзией. То историческое творчество, которое проводилось Николаем Константиновичем и Еленой Ивановной на маршруте Центрально-Азиатской экспедиции под водительством их духовного Учителя, Космического Иерарха, ложилось в новое космическое мышление, в новую систему познания непреходящей их основой.
Космическая эволюция через эту экспедицию и своих земных вестников творила новый этап человеческого сознания, новый, более высокий виток самой космической эволюции. Те огромные трудности, которые оказались на пути Каравана, имели свою основу. Все новое, что приходит в наш трехмерный мир плотной материи, встречает сопротивление старого, Свет противостоит тьме, Космос борется с хаосом. И английская разведка, и тупость и невежество китайских властей, и трусливая недоброжелательность советских чиновников – все это птенцы одного гнезда тьмы. Эта тьма действовала не только на самом маршруте Центрально-Азиатской экспедиции, но сопровождала творчество Н.К. и Е.И. Рерихов нападками, клеветой и непреодолимой завистью. Харбинские фашисты, монархисты-эмигранты, фанатичные церковники и многие другие стояли на пути этого нового. Новое космическое мышление, которое несли с собой Рерихи, должно было преодолевать темные завалы, создававшиеся невежеством и низким сознанием некоторых недостойных представителей человеческого рода.
XX век с его переломными моментами кончился. Наступил XXI век, свидетелями которого мы являемся. Мы видели, как распался Советский Союз, как потеряла ценность его идеология. Многое изменилось. Но борьба старого с новым по-прежнему осталась. Традиционная наука и церковь стали постоянными союзниками в этой борьбе. В новой России Рерих по-прежнему остается целью для нападок. По-прежнему не понимается у нас философия Космической реальности. И если прежде такие деятели были только частью нашего общественного мнения, то теперь им присваиваются высокие ученые степени докторов наук. Не могу не упомянуть при этом нравственно не обремененных так называемых ученых, таких, как В.А.Росов, Н.Е.Самохина, С.Р.Аблеев и др.
Росову за диссертацию о Центрально-Азиатской экспедиции была присвоена докторская степень. Никогда еще «исследования» этой экспедиции так грубо и невежественно не искажали ее облик и задачи. Рерих же здесь выглядит не крупнейшим культурным деятелем, выдающимся мыслителем и великим художником, а жалким политическим авантюристом, готовящим вооруженное нападение на Тибет, стремящимся создать в Центральной Азии независимое государство, куда войдет советская Сибирь, выступавшим против СССР на стороне Японии накануне Второй мировой войны и т. д., и т. п.
Елене Ивановне Рерих, которая была творческим сотрудником Учителя в создании Живой Этики, досталось от Н.Е.Самохиной. Философия Космической реальности, с ее точки зрения, оказалась заурядным эзотерическим произведением. Пренебрежительно отодвинув в сторону работы по Рериху, сделанные российскими учеными и культурологами, Самохина объявила себя первой исследовательницей философского наследия Рерихов. Раньше тьма рядилась в белые одежды. Теперь она рядится в высокие ученые степени, которые этим ученым даруют такие же темные, с академическими званиями люди. Можно лишь восхититься их изворотливостью и ловкостью, тем, как они ставят на пути нового космического мышления «остепененные» препятствия. Россия была первой в формировании нового мышления. Теперь она оказалась первой в присуждении докторских степеней за работы, порочащие наших великих соотечественников.
Метаисторическим творчеством Рерихов можно назвать еще два уникальных действия: Пакт Рериха о защите культурных и исторических ценностей во время вооруженного конфликта и Институт Гималайских исследований, созданный ими в Индии, в гималайской долине Кулу, где были заложены основы новой науки – синтеза метанауки и науки эмпирической. То и другое действия были важнейшими явлениями космической эволюции человечества.
С прискорбием можно отметить, что ни Пакт Рериха, ни законсервированный Институт Гималайских исследований не получили должного и достойного продолжения. Все остается в ожидании будущего. Но необходимо напомнить, что вечного будущего не бывает. Оно, проходя через настоящее, быстро превращается в прошлое. И от нас всех зависит, успеем мы реализовать это будущее или нет. Сможем ли мы, поймав ритм космической эволюции, подчиняясь ее импульсам, войти в ту истинно Новую эпоху, о которой так много было сказано Учителями и их учениками Рерихами, возвестившими новый виток в эволюции земного человечества.

Литература

1. Рерих Н.К. Собрание сочинений. Т. 1. Петроград: Изд-во И.Д.Сытина, 1914.
2. Золотое руно. 1907. №4.
3. Бурлюк Д. Рерих. Нью-Йорк, б/д.
4. Перезвоны. Рига, 1926. №13 (5).
5. Держава Рериха. М.: МЦР, 2004.
6. Неру Д. Открытие Индии. М., 1955.
7. Рерих Н.К. Избранное. М., 1979.
8. Рерих Н.К. Зажигайте сердца. М.: Молодая гвардия, 1975.
9. Рерих Н.К. Письмо В.А.Шибаеву от 27.07.25 // ОР МЦР. Ф. 1. Оп. 1. (Вр.) № 2531.
10. Рерих Н. Листы дневника. В 3 т. Т. 1. М.: МЦР, 1995.
11. Рерих Н.К. Алтай – Гималаи. М., 1974.
12. Рерих Н. Листы дневника. Т. 3. М.: МЦР, 2002.
13. Рерих Н. Сердце Азии. Southbury (Conn.): Alatas, 1929.
14. Рерих Н.К. Алтай – Гималаи. Путевой дневник. Рига: Виеда, 1992.

Источник

Международный НИИ космической антропоэкологии
Новосибирск, Россия

ДУХОВНОСТЬ ЧЕЛОВЕЧЕСТВА –
КОСМОПЛАНЕТАРНЫЙ ФЕНОМЕН
(возможные пути духовного согласия и сохранения жизни в ноокосмосе)
В.П. Казначеев, А.В. Трофимов

«Как часть планетарного земного живого вещества
мы инстинктивно и бессознательно ярко чувствуем
загадку жизни – своего существования и существования жизни…
Перед нами в течение тысячи поколений стоит загадка
неразрешенная, но принципиально реальная – загадка жизни»
(В.И. Вернадский, 1987)

1. Тема доклада дискуссионная. Сегодня надо признать, что отношение нашего интеллекта, сознания и бытейности к сохранению планеты и человечества относительно будущего движения ее в космосе, по видимому, и есть выражение духовности. Духовность – это устремление бытия для благополучия будущего и сохранения человеческих популяций на планете Земля и их объединение. Вновь напомню слова В.И. Вернадского – крупнейшего космолога – «Логика жизни и логика разума различны». Логика жизни – это достаточно прочные устои для сохранения сегодня, сейчас и, как будто, логически обоснованы в нашем мышлении. Логика науки – это фундаментальный, более движущийся процесс самоотражения нашего сознания в космическом, планетарном и интеллектуальном пространстве. «Сохранение» сегодняшних жизней и мотиваций, т.е. логика жизни – это коммерция, капиталократия, жизнь сводится, как будто бы, к накоплению, концентрации экономического потенциала, не человеческих жизней, а ценностей денег и собственности. Если же вернуться к прошлому науки, к древнейшим, античным и к более поздним временам, то оказывается, что наука и культура не обладали, казалось бы, этим очень важным первостепенным фактором накопления и богатства, собственности, они уходила в пространство интеллектуального движения тех феноменов практики, жизни, отношения человека к земле, к его сущности (что, видимо, определяется как душа) и тому пространству, в котором человек существует на планете Земля в мировом, космическом и солнечном мире.
Человечество находится на грани очень серьезных испытаний. Эти испытания сегодня можно выделить и в социальном, и в космофизическом планетарном аспекте, т.е. геоэкологии.

Эти проблемы уже обсуждались на всемирном конгрессе в Рио де Жанейро в 1982 г. Там же возникла идея т.н. стабильного развития. Что сегодня можно сказать ? Планета Земля находится в очень противоречивом критическом состоянии: уничтожается биосферный чехол – геофизический чехол планеты, ее безопасность, сохраняются тяжелые позиции в социальном движении. Процесс старения населения планеты характеризуется тем, что в более развитых странах доля пожилых людей уже в 2009 г. составляла 21%, а их число значительно превосходит число рожденных детей. К 2050 г. доля пожилых людей составит 33% и более чем в 2 раза превысит ожидаемую долю детей (15%). В то же время идет непрерывный рост, своеобразная эпидемия хронических заболеваний, которые существенно омолаживаются: сегодня до 10-15% (по некоторым данным до 20%) новорожденных и детей в возрасте до 7-10 лет уже имеют хронические заболевания в этот период жизни. Значит речь идет не только о старении народонаселения мира, но и об «утомлении» нации, прежде всего, речь идет об эволюционном планетарном истощении духовности.
Существенные и весьма быстро нарастающие противоречия наблюдаются и в геоэкологии. Очень быстро близится период инверсии полюсов планеты, который, по видимому, будет завершаться в ближайшие десятилетия. Процесс переполюсовки чреват тем, что изменится радиационный фон и очень ослабнет защитный геофизический щит от солнечных излучений различной природы и космических потоков; радиационное изменение, температура и возможные катастрофы будут угрожать Земле уже к середине этого века.
2. Наш форум проходит в евразийской части двух континентов Европы и Азии. Эта территория по своим геофизическим и космофизическим особенностям отличается тем, что здесь имеются своеобразные геофизические аномалии, которые пока защищают эту часть континента от высокого натиска космических и солнечных излучений. По видимому, эта территория наиболее «надежна», благоприятна в случае возможных изменений климата, радиационных поясов северного и южного магнитных полюсов планеты, смещения оси ее вращения, а значит и очень многих космогеофизических констант. Эта территория уникальна и хорошо, что на форуме обсуждаются проблемы космогонии и духовности именно на этой территории. Представляется особо важным создание именно здесь, в столице Казахстана во взаимодействии с другими научными центрами и школами объединенной международной программы по сохранению и выживанию человечества. Эта программа может найти выражение в тех фундаментальных космогонических проектах, где учитывается не только доминирующая сегодня релятивистская, квантовая позиция, но и та духовно-биологическая, духовно-интеллектуальная платформа, на которой развивается и российская космогония, начиная от работ М.В. Ломоносова.
В Новосибирске, начиная с 60-х годов развертывается именно эта программа и историческая особенность создания трех академий является, как бы, прообразом формирования и житейской и бытейской потребности жизни и фундаментальности науки, духовности, через которую можно увидеть свое далекое будущее на планете Земля и в космосе. За это время в Сибирском научном центре в тесном содружестве с рядом международных центров Европы, Азии и Америки происходит накопление важных фактов, которые, как бы, противоречили и даже сегодня противоречат утвердившимся, принятым в официальном мировом понимании «нерушимым» позициям, о которых сегодня достаточно хорошо известно. Мы живем в период физической Веры.
Между логикой жизни и логикой науки должен осуществиться новый переход, новый мост – эти два направления обогащая друг друга должны порождать нечто новое. Мы полагаем, что интеллект человечества, это – объединенный, космопланетарный интеллект, а не коммерческий и не тот инновационный, который сегодня становится важным элементом времени, подчас противоречащим фундаментальным течениям науки, особенно ее истории, в которой космогонические аспекты расширенно изучались и много дали для современного научного представления. Так в русском космизме можно назвать большое количество крупнейших исследований, начиная от Н.И. Умова, Н.Ф. Федорова, П.А. Флоренского, К.Э. Циолковского, В.И. Вернадского, А.Л. Чижевского, Н.Г. Холодного, В.Ф. Купревича и многих др. Эти авторы были и в период развития СССР, объединившем очень многие и азиатские, и европейские многонациональные народы и территории. Эффект объединения науки тех времен и создания в Новосибирске научного центра из трех академий, по видимому, является прообразом дальнейшей интеграции мировидения. К сожалению, мы не можем сказать это о деятельности сегодняшних научных центров потому, они все больше и больше уходят в представления сегодняшнего, человеческого субъекта и его понимание себя на территории планеты, в ближайшем и отдаленном космосе. (Картер Б., Девис П., др.).
3. В результате исследований нашего объединения в Международном институте космической антропоэкологии (Новосибирск), наших взаимодействий с учеными в Европе и в США получены новые факты. Утверждения К.Э. Циолковского, Н.Ф. Федорова, В.И. Вернадского, А.Л. Чижевского во многом оставались нераскрытыми. Они полагали, что существует космический интеллект, а «носителем» этого интеллекта могут быть различные «субстанции», космопланетарные полевые потоки. Эти поля К.Э. Циолковский называл эфиром.
Взаимодействие различных интеллектуальных потоков происходит на разных уровнях, вряд ли способных познать друг друга. Мы на Земле, есть лишь элемент этого потока, который в силу самоутверждения своего духовного начала, как первоисточника жизни на Земле, пытается доказать антропоцентризм, исследовать космический мир, выискивая в нем биохимические, макромолекулярные, органические структуры той жизни, которая есть на Земле, «засеивая» жизнь на планетах в космосе по своему подобию в различных вариантах пытается «увидеть» космических сожителей-планетян в иных мирах.
Это временный этап и нельзя полагать, что это единственный, самый откровенный путь сохранения человечества на планете Земля поскольку катастрофические для человечества и планеты эффекты уже наблюдаются в ускоренном виде. По существу, мы живем в условиях некросферы и если биосфера естественным образом может восстанавливать свои органические, животные, растительные и др. ресурсы не более чем в 3-4% (в ее эволюции), то человечество в год уничтожает накопленного биосферой биоорганического пространства, количество видов и разновидностей на всех уровнях до 10-15%. Уничтожение биосферы все больше и больше обостряет кризисное состояние человечества. Если будут уменьшены территории зеленой массы не только на материках, но и (сегодня это очевидно) зеленой и живой массы в океанах, после выкачивания из недр планеты накопленных углеводородов, то надо согласиться с работами И. Пригожина о том, что аттрактор, который движется сейчас человечеством в сторону превращения, казалось бы, «хаоса» в тот порядок, который мы мним себе на планете Земля, ведет к гибели, самоуничтожению.
Если взять историю наук и поиски ученых, которые можно обозначить как теософские, то, по видимому, в религиях можно увидеть стремление космического интеллекта на различных территориях в прошлые эпохи, включая те, которые нам неизвестны, а лишь предполагаются историками и археологами, то человеческий интеллект во все времена пытался понять свое отношение друг к другу, к себе, к земле, где он жил, к тем качествам жизни, которые он ощущал, к рождению, смерти. Это все приводило к идеям о духовности в космосе (небе), к стремлению различных религий увидеть первотворца, то, что сегодня принято называть креационизмом, к утверждению религии о том, что все создано по подобию и по образу Бога. Мы можем сказать, что все создано Космическим интеллектом и космос является Творцом того, что мы знаем и того, что мы не знаем. Подобный ракурс дискуссии не воспринимается сегодня целым рядом социально-политических и коммерческих структур, геополитическими полюсами. Это – очень сложный процесс, но времени для поиска выхода из этих противоречий остается мало.
Мы полагаем, что объединение евразийской мысли в науке тех фактов, которые имеются и представлены на этом конгрессе, является основой для формирования новых интеллектуально-научных программ не только в виде новаций. Новации – это только тактические шаги, они могут усиливать коммерческий, капиталократический принцип, а стабильное развитие потребует выполнения решений, которые были приняты сторонниками стабильного развития. Сегодня на планете живет 6 млрд. населения, если количество людей будет увеличено до 9 и более млрд. человек, то у планеты с ее биосферными, водными источниками при благоприятном их распределении не хватит резервов и ресурсов. Думать, что человечество решит ту проблему без решения задач, которые ставил В.И. Вернадский еще в 1925 г. в своей лекции об автотрофности человечества, когда планета со всем своим населением должны обратиться к самосозданию всех тех трофических условий, природных и бытовых, чтобы сохраниться как отдельно взятый космический организм. Если автотрофность можно расширить за счет космических контактов, то автотрофность будет распространяться и в этих контактах. Думать, что та энергия, которую мы получаем сегодня – это, по существу, совокупная энтропийность планеты и она будет черпаться за счет потоков негэнтропийности, то это проблема спорная и сегодня, по существу, она уже приводит на грань очень тяжелых сомнений и опасных решений.
4. В отечественной космогонии мы выделяем сейчас, прежде всего, работы астрофизика Н.А. Козырева, которые частично были подтверждены акад. М.М. Лаврентьевым (Новосибирск). Н.А. Козырев в 1960-70-е г.г. показал, что информационный поток от тела звезды, не от видимых глазом точек, свет от которых приходит на планету через миллиарды физических лет, а посредством прямого контакта телескопа с телом звезды достигает Земли мгновенно. Н.А. Козырев выделил понятие энергии-времени. (Рис. 1). Много лет мы изучаем и подтверждаем этот феномен в живом веществе и проявлениях интеллекта. В мировых центрах он также подтверждается. Первые наблюдения были сделаны еще в древности. Очень важным этапом были работы Рассела Тарга (США), с которым проводились и наши совместные исследования. Опираясь на работы Н.А. Козырева мы применяли метод Р. Тарга с использованием зеркал Козырева, где эти потоки информации концентрируются, «уплотняются», отражаясь на вогнутых алюминиевых поверхностях. Ниже будет продемонстрировано несколько таких феноменов.
Взаимодействие интеллекта м.б. выделено за пределы физического времени. Мы четко показали, что если оператор (или группа) работает в зеркалах Козырева на многокилометровом расстоянии от другого оператора (или группы), на Крайнем Севере, то компьютерно заданный интеллектуальный информационный показ оператору воспринимается другим оператором (группой) за 5-7 часов до того, как этот информационный материал будет предъявлен оператору в зеркалах Козырева. (Рис. 2). Особенно эффективными эти работы оказались выше 73-й параллели. Н.А. Козырев утверждал, что время (дление) на этой широте изменяет свой ход на противоположный.
Пытаясь смоделировать космические процессы, которые наблюдаются при чередовании солнечных циклов, удалось объединить структуры солнечных циклов и воссоздать «голографический» процесс, который выходит за пределы известной сегодня физической голограммы оптических форм, который мы называем феноменом Козырева (голограммой Козырева) . Не исключено, что, в голограмме Козырева сосуществуют потоки интеллекта человечества. И на этом форуме мы присутствуем в голографическом пространстве Козырева и, по видимому, наши мысли, вопросы и прогнозы могут восприниматься в космическом пространстве другими формами интеллекта.
Пользуясь утверждением Н.А. Козырева и нашими материалами, мы представили рабочие схемы, когда пространство Эйнштейна-Минковского объединяется с пространством энергии-времени Козырева (схема 1), а наш интеллект, преобладая в пространстве Козырева, становится ближе к космосу, к космическому интеллекту, к тем формам интеллекта, о которых говорил К.Э. Циолковский. Когда же мы «переходим» в доминирующее пространство Эйнштейна-Минковского, то ощущаем, видим себя, описываем и уходим в физические потоки мировидения. Как только мы смещаемся ближе в пространство Козырева, что происходит в индивидуальном цикле каждого человека, мы начинаем преобладать в одном пространстве интеллекта. Приведем эти новые данные. В период солнечных затмений 1 августа 2008 г. и 22 июля 2009 г. было показано, что использование наблюдателями «голограммы Козырева» приводило к синхронизации функций сердца и головного мозга людей, расположенных за тысячи километров друг от друга.
Анализируя наши собственные данные мы иллюстрируем в материалах, где показаны эффекты голографического моделирования Козырева, межклеточных информационных связей и опережающих трансперсональных связей, особенности восприятия людей при периодических космопланетарных событиях, а также изменения структуры изотопических спектров 12 С и 13 С с процессами старения человека. (Рис. 3) .
Остается неясным, как обогащаются ткани этими нерадиоактивными изотопами с рождением человека и в динамике индивидуального цикла. Нами показано, что если поместить человека в гипогеомагнитное пространство, то количество 13С у испытуемых возрастает. Это важный феномен. Суммируя все необходимо сказать, что клетка, о которой сегодня так много говорят и, по существу, возвращая нашу методологию на уровень Вирхова, не является уж таким «субъектом», от которого зависит старение, индивидуальный цикл. По видимому, клеточные организмы взаимодействуют друг с другом в более сложном динамическом и организованном пространстве. Следует напомнить и опыт восточной медицины, описывающий чакры и меридианы тела человека. Возникают важные вопросы в каком космическом пространстве интеллекта мы присутствуем телесно и одновременно в каком пространстве присутствуем интеллектуально, духовно ? Где самоотражение нашего интеллекта выстраивает те необходимые условия жизни и противоречия, которые являются источником эволюции и самоуничтожения ?
В духовном варианте человек с точки зрения космического интеллектуального пространства бессмертен, а в телесном смысле, как говорил И.И. Мечников, уходит из жизни.
Сегодняшний же темп противоречий, коммерции, капиталократии, вертикали власти, очень опасен, он ускоряется за счет противоречий, конкуренции, попытки обогнать или доказать свою правоту. Это очень сложный геополитический период самой планеты, взаимодействия геополитических полюсов, он приведет не только к планетарной катастрофе, но и к более раннему движению интеллекта в сторону противоречивого самоотражения. Если посмотреть статистику, то количество детей в азиатской части на юге ранее составляло 6-8 в семье, а сегодня это 3 ребенка. В России на одну семью 1, 2 ребенка, не больше. Южные и азиатские страны тоже уменьшают этот потенциал, но речь идет не о потенциале количества детей, а о интеллекутально-духовном эффекте этих детей, которые попадают уже в устроенную систему образования и противоречий той культуры, которая существенно изменяется в сторону индивидуализма. Сама «культура» подчас сегодня уничтожает воспроизводство здорового интеллекта, того космического потока, в который устремляется, по мнению К.Э. Циолковского, народонаселение земного шара. (Неизвестные разумные силы Вселенной. Калуга, 1928).
Используя материалы, о которых было сказано выше, важно закончить доклад схемой 2, в которой можно объединить логику жизни, логику науки, духовности, поиски которых содержатся в исторических и современных теософских, религиозных мотивах. На этой схеме показано, что пространство Эйнштейна-Минковского и пространство Козырева взаимосвязаны с пространством, с неизвестным для нас космическим интеллектуальным потоком. Это пространство, где все три потока пересекаются и виден центр (окно), где сосредотачивается та интеллектуально-мировая мысль, через который мы можем пройти в критические моменты и найти средство сохранения людей на планете Земля, по существу, как космонавтов нашей планеты. И если мы найдем это «окно» космического интеллекта, то сможем создать на кораблях и летающих объектах условия физического времени и выхода землян в дальний космос. Но если не создать таких условий, а только имитировать земные формы обмена, дыхания, психологии, то организм космонавтов не сохранится. В какой интеллектуально-пространственный мир полетят эти люди ? Поэтому создавая в космических аппаратах и на Земле в будущем нечто подобное зеркалам Козырева, мы открываем новые космофизические потоки, новые перспективы не только в земной медицине «ремонта» (и экологии), ведь мы ремонтируем население, которое все больше утомляется, но и в медицине профилактической. Открывается возможность нового видения культуры и духовности, позволяющая избежать конфликтов и найти средства предупредить события, угрожающие нам в ХХ1 и ХХП веках. Важно успеть понять стадии и циклы, в которые входит наша солнечная система с ее планетарной перестройкой, изменением физических потоков энергии, излучений, гравитации, нейтрино, эфирных потоков и т.д. В этот важный момент истории необходимо продолжить идеи космизма, духовности, идеи К.Э. Циолковского, А.Л. Чижевского, В.И. Вернадского и создать новое междисциплинарное духовное объединение. Хочется поздравить и поблагодарить организаторов нового космопланетарного движения культуры, духовности и мировидения человечества. Так можно, по нашему мнению, представить сегодня человечество на Земле, как космический феномен, сделать соответствующие выводы и прогнозы о серьезных перестройках сознания с углублением и расширением нашего мировидения перейдя физикалистские границы которого сегодня нас, как будто бы, устраивают и определяют т.н. стабильность.

Н.А. Козырев
ФЕНОМЕН Н.А. КОЗЫРЕВА:
ИСЧЕЗНОВЕНИЕ ФИЗИЧЕСКОГО ВРЕМЕНИ
«Выделены три предсказанных профиля туманности Андромеды, соответствующих прошлому, настоящему и будущему состоянию туманности».

Рис. 1. Профиль действия туманности Андромеды М31 по α при разных положениях центра ее видимого изображения. По оси ординат отложены изменения отсчета гальванометра, а по оси абсцисс соответствующие отсчеты микрометра.

Рис. 2. Число случаев дистантного восприятия информации (n=105) с элементами опережения (А), запаздывания (В) и одновременного восприятия (С) (в часах, по отношению к моменту передачи)
Эффект трансперсональных взаимоотношений людей в пространстве энергии-времени Козырева (патент РФ 2141357 от 20.11.1999 г. МНИИКА, патент РФ 2122446 от 27.11.1998 г. МНИИКА) (А.В. Трофимов)
Возраст, лет

Рис. 3. Динамика изотопного состава живого вещества. Показано снижение содержания изотопа 13С в тканях человеческого организма в зависимости от возраста.
1 – кровеносный сосуд (аорта);
2 – жировая ткань;
3 – фиброзная бляшка;
4 – поврежденная бляшка.
Пример возможного процесса трансмутации атома углерода в клетках человека.

Казначеев В.П.

Схема 2. ВОЗМОЖНЫЕ КОСМИЧЕСКИЕ ПОТОКИ В ЭВОЛЮЦИИ ЖИЗНИ И ИНТЕЛЛЕКТА ПЛАНЕТЫ ЗЕМЛЯ
Бесконечность космического потока Творца

Источник www.astanaforum.kz