Т.П.Сергеева
канд. технических наук, научный сотрудник Главной астрономической обсерватории Украины

ПОПУЛЯРИЗАЦИЯ ФИЛОСОФСКОГО НАСЛЕДИЯ РЕРИХОВ И БЛАВАТСКОЙ: pro et contra

К сожалению, мы не впервые говорим о защите имен и наследия семьи Рерихов. Как это ни парадоксально, но охраны и защиты требуют личность и творческое наследие инициатора Пакта Мира, положившего столько сил на сохранение культурного достояния человечества. Дико и нелепо, что приходится защищать, причем защищать от соотечественников, имя давно ушедшего в лучший мир творца и общественного деятеля, чей вклад в мировую культуру признан всеми народами. Странно, что оспаривается право его сына завещать принадлежавшее ему наследие родителей, а у Министерства культуры приходится отвоевывать противозаконно удерживаемые картины. Как-то не по-христиански, когда попирается последняя воля человека — представителя семьи, столько потрудившейся на благо России, — об успокоении праха на родине, там, куда все Рерихи стремились сердцем. И, как это ни прискорбно, наряду с задачей защиты имен и наследия Рерихов от такого акультурного, бесчеловечного отношения, возникает необходимость оберегать мировоззренческую суть их наследия от невежественного, антинаучного толкования теми, кто называет себя их последователями. Защищать от псевдопопуляризации, которая наносит вред как идеям, заложенным в культурно-философском наследии Рерихов, так и самим их именам. Пространство рериховского движения буквально наводнено литературой, содержащей вульгарные толкования положений Живой Этики и «Тайной Доктрины», некомпетентно подобранные цитаты из книг Учения, писем Е.И.Рерих и других источников.

Кроме того, в последние годы в рериховском движении начали появляться различные группы и организации, направившие свою деятельность на изучение тонких явлений, психической энергии, скрытых сил и свойств человека, считая, что такое изучение уже само по себе является проявлением нового научного подхода, основанного на мировоззрении Живой Этики, воплощением в жизнь ее идей и способствует популяризации этого мировоззрения. Но, как показал анализ некоторых публикаций, часто такие исследования далеки от всякой науки, не имеют теоретически и методологически обоснованной концепции, в них отсутствуют анализ литературных источников, планирование и чистота эксперимента, а выводы носят субъективный характер, отображая скорее желание получить определенный результат, чем попытку осмыслить полученные данные. Возьмем, к примеру, обзорную статью, посвященную деятельности Научно-исследовательской лаборатории по исследованию психической энергии (НИЛИПЭ) и помещенную на «Сайте о рериховском движении» (http://srd.narod.ru). Из статьи явствует, что сотрудники НИЛИПЭ не имеют профессиональной научной подготовки и не обладают опытом проведения исследований; отмечается, что «времени на более глубокую проработку научных вопросов хронически не хватало, как, впрочем, и средств на подготовку и проведение опытов». Поэтому не вызывает удивления непрофессиональная организация, например, исследований взаимосвязи социальных и природных катастроф с изменением солнечной активности. Сотрудники НИЛИПЭ использовали архаичный, дающий низкую точность метод зарисовки пятен с дальнейшим подсчетом их числа, по-видимому, не зная о существовании международной службы, распространяющей по сетям интернета высокоточные данные активности Солнца (распределение чисел Вольфа на любой период времени). Выводы, сделанные на основании таких примитивных исследований, не могут быть признаны достоверными. Изучение тонкой природы человека требует еще более строгого и деликатного подхода, планирования исследований на длительный срок, проверки и перепроверки полученных результатов, поскольку несовершенство методики и неподготовленность исследователей могут существенно искажать получаемые результаты и приводить к ложным выводам и умозаключениям. За короткий период деятельности (4 года) сотрудниками НИЛИПЭ подготовлено более 20 статей и рефератов, в том числе по результатам психофизических исследований. Часть из них была опубликована или зачитана в виде докладов на конференциях. Это поспешное обнародование непрофессионально полученных результатов лишь профанирует идею изучения психической энергии. Такая «популяризация» способствует формированию отрицательного отношения у серьезных ученых и дискредитирует само понятие новой науки, Живую Этику и рериховское движение.

Причисляя себя к рериховскому движению, мы объявляем себя последователями Рерихов, не всегда понимая, какая это ответственность. Последователь — это идущий по следам, следующий за тем, кого избрал своим руководителем, учителем жизни. Это предполагает принятие и осознание мировоззренческой позиции учителя. Быть последователем — значит претворять идеи того, кому следуешь, в жизнь. Последователь — продолжатель дел и идей учителя. Если есть почитание и уважение, а преемственности нет, то такой человек так и называется — почитателем. Для того, чтобы перейти из разряда почитателей в почетную категорию последователей, нужно глубоко знать то, чему желаешь следовать. Поэтому так актуальна задача изучения и популяризации жизни и творчества Рерихов прежде всего для их почитателей.

Однако реальная жизнь показывает, что многочисленные представители рериховского движения, считающие себя последователями Рерихов, не хотят вникать в сложное многообразие творческой лаборатории духа, создавшей всю богатую палитру наследия семьи Рерихов. Не интересуются литературным творчеством Н.К.Рериха, не изучают научную деятельность Юрия и Святослава Рерихов. Такие «последователи» поверхностно знают жизнь и мировоззренческие позиции Рерихов, что является причиной неумения правильно разобраться в порочащих политизированных трактовках жизненного пути Николая Константиновича и дать должный отпор клеветникам. Это, в свою очередь, явно или неявно способствует усилению выпадов против него. В этом состоит один из парадоксов рериховского движения, ибо кто же, если не почитатели Рерихов, больше всех призваны противостоять всякой неправде о них, информируя с серьезным знанием дела публику об их жизни и творчестве?

Мы знаем опыт популяризации Живой Этики А.И.Клизовским, работавшим под непосредственным руководством Е.И.Рерих. Есть опыт духовной биографии, написанной П.Ф.Беликовым, где он показывает на примерах жизни Н.К. и Е.И. Рерих проявление космических законов, изложенных в философской системе Живой Этики. И мы знаем многочисленные труды современного ученого, историка, писателя и философа Л.В.Шапошниковой, основанные на мировоззренческих позициях Живой Этики, раскрывающие и поясняющие действие этих законов в истории, искусстве и науке, жизни отдельного человека и всего общества. В трудах этих исследователей мы можем увидеть сбалансированность высокой сути излагаемого материала и формы изложения, позволяющую избежать профанации. Кроме того, эти труды объединяет наличие авторского вклада, дающего приращение смысла — развивающего идеи Живой Этики применительно к нашей конкретной жизни. Если книгу А.И.Клизовского «Основы нового миропонимания» еще можно назвать комментариями или пояснениями Живой Этики, то труды П.Ф.Беликова и Л.В.Шапошниковой — самостоятельные научные изыскания, ясные по форме и глубокие по содержанию.

Елена Ивановна Рерих писала руководителям групп по изучению Агни Йоги: «Как приступим к толкованию Агни Йоги, не расширив своего сознания? Все слова о ней и ее достижениях будут лишены творческого огня убедительности, если сами не возжем огней сердца. Кто-то пишет о терпимости к каждому толкованию. Подход правилен, но при этом нужно уметь каждое индивидуальное толкование привести его же путем к истинному пониманию, а то можно насадить такой кустарник, в котором заблудится и сам руководитель. Часто ложное толкование вреднее отсутствия толкования. Каждый руководитель должен вполне осознать принятую им ответственность за правильное толкование основ, и применить всю осторожность, чтобы из желания поддержать свой авторитет, не давать необдуманных ответов на неясные ему самому положения в Учении. В затруднительных случаях лучше честно сказать: “Воздерживаюсь от толкования, ибо хочу продумать всесторонне”»¹. В книгах П.Ф.Беликова и Л.В.Шапошниковой мы находим творческий огонь убедительности, дающий их читателям радость понимания основ Живой Этики в приложении к жизни, видим осторожность и бережность, строгую соизмеримость, позволяющую избежать ложных толкований.

К сожалению, такому чуткому и взвешенному подходу противостоит множество случаев, когда отсутствие понимания, чувства меры, наконец, элементарных знаний у интерпретаторов и толкователей, причисляющих себя к рериховскому движению, приводит к насаждению того самого кустарника, в котором теряют ориентацию как читатели, так и сами толкователи. Но этим не ограничивается вред, наносимый такими книгами. Давая искаженное освещение положений Живой Этики, по сути дела профанируя ее идеи и дискредитируя тех, кто эти идеи обнародовал, — Рерихов и Блаватскую, литература подобного рода является антипопуляризацией имен и наследия Рерихов и рериховского движения. Не будем останавливаться на многочисленных книжках и брошюрах, изданных малыми тиражами и имеющими ограниченный радиус действия. Попытаемся разобраться с одним из непростых явлений, сильно взбудоражившим все рериховское движение в последнее время. Это книги и статьи Л.П.Дмитриевой.

Л.П.Дмитриева — журналист из г. Кишинева с тридцатилетним стажем. Еще с «доперестроечных» времен (точнее, с 1984 г.) она публиковала статьи о Рерихах и выступала с лекциями во многих городах СССР, что создало ей определенную репутацию и довольно широкий круг приверженцев. В 1992–1994 годах был издан ее трехтомный труд: «Беседы по новому мировосприятию. “ТАЙНАЯ ДОКТРИНА” Елены Блаватской в некоторых понятиях и символах. В помощь старшеклассникам, лицеистам, студентам, а также всем, начинающим изучать Эзотерическую Философию»², а с 1998 года началось издание книг семитомного проекта: «Посланник Утренней Звезды Христос и Его Учение в Свете Сокровенной Науки Шамбалы». Название поясняется так: «Евангельские заветы, притчи, изречения Иисуса Христа в свете законов Кармы и Перевоплощения, “Тайной Доктрины” Е.П.Блаватской, Агни Йоги (Живой Этики) Рерихов и современной науки».

Некоторым читателям этих книг может показаться, что автор досконально знает законы кармы и перевоплощения, глубоко и всесторонне изучила «Тайную Доктрину» Е.П.Блаватской и Живую Этику, свободно ориентируется в достижениях современной науки и способна творчески осмыслить притчи и заповеди Христа. Человеку, мало знакомому с трудами Е.П.Блаватской и философским наследием семьи Рерихов, имеющему лишь отдаленное представление о масштабе затронутых явлений и понятий, легко впасть в заблуждение относительно уровня и качества знания, представленного в книгах Дмитриевой. Тому же, кто пытается постичь и осмыслить наследие Блаватской и Рерихов по их собственным трудам, не прибегая к помощи Л.П.Дмитриевой, становится ясно, что ее трактовки сокровенного знания поверхностны и несут искажающие смысл допущения. Даже там, где используются цитаты из «Тайной Доктрины», Живой Этики, писем Е.И.Рерих, вставка авторских слов зачастую превращает смысл цитируемого в его противоположность. Рассмотрим некоторые примеры.

Дмитриева пишет, что в первые семь лет жизни у человека преимущественно формируется физическое тело, следующие семь лет — эфирное, потом астральное, затем ментальное, потом все повторяется³; что для достижения наилучшего результата нужно в каждый период прилагать целенаправленные усилия к развитию соответствующего тела. Эти допущения и рассуждения автор основывает на субъективном житейском опыте, исходя из того убеждения, что клетки человеческого тела полностью обновляются каждые семь лет. Отсюда и сомнительные в своем обобщении выводы о том, что «до 21 года человек управляется только низшими центрами сознания»⁴, в период от 35 до 42 лет начинает метаться «в погоне за впечатлениями разного характера», подгоняемый «бурным» ростом астрального тела, и если не упустить «самый благоприятный период плодотворной умственной деятельности (42 — 49 лет), а наоборот, в течение текущих семи лет (как когда-то в период первого созревания ментального тела в 21 — 28 лет) усилить умственное напряжение и сконцентрировать устремления к возвышенному, к глубинному познанию мира, к духовному самоусовершенствованию, то можно увидеть, как легко идет изменение мышления и расширение сознания»⁵.

В рассуждениях Дмитриевой о развитии человека и его тел много путаницы. Говоря о вхождении «духа-души» в формирующийся плод с четвертого месяца, она тут же пишет о «сознании духа», которое «вспыхивает, как ослепительный свет, и затем тут же вливается в материю, т.е. тело» в момент рождения. Сбивается и в определении природы ментального тела, называя его в одном месте духовным⁶, а в другом, относя к четырем материальным⁷. Все это свидетельствует не только о поверхностном знании строения и эволюции человека, его организма, но и о непонимании сути взаимодействия категорий духа и материи. Развивая свою нечеткую мысль: «Все тела взаимосвязаны и растут периодами»⁸, автор противоречит самой себе, заявляя о развитии в каждый период одного из тел, искажая тем самым суть взаимосвязи тел человека, согласованности их изменений. Е.И.Рерих подчеркивала: «Но нельзя их (тела. — Т.С.) рассматривать отдельно, ибо единство являет строгую согласованность»⁹. У того, кто принимает «периодичность» развития по Дмитриевой, может сформироваться ложное представление о духовной эволюции человека. Во-первых, человеку навязывается предопределенность его развития в соответствующие периоды, вне зависимости от его индивидуальных особенностей и устремлений (Дмитриева допускает колебания в длительности периодов — до двух лет, но и только!). Кроме того, создается впечатление легкости духовных достижений в период с 42–49 лет. С одной стороны, молодые люди, еще не достигшие этого возраста, как бы освобождаются от необходимости устремления ко всему возвышенному, к знанию и совершенству. С другой — человек, перешагнувший этот возрастной рубеж и позднее осознавший необходимость духовного развития, лишается надежды на то, что в нем «к 70 годам может развиться мудрец, знающий о бессмертии»¹⁰.

Возьмем другой пример. Вот как рассматривает Дмитриева одну из важнейших категорий Живой Этики — Мысль: «Космос — безбрежный океан, состоящий из огненной энергии Мысли. И мы живем в этих мощных потоках мыслительной энергии. И каждое мгновение бесчисленное количество мыслей (среди которых масса бесценных) проносится сквозь наш организм. Творческие духовные энергии, подобно могучим светоносным волнам, накатывают на каждого человека каждое мгновение. Закидывая мыслительные сети (а дух дальше мысли не закинешь) (сомнительное допущение, а как же Голос Безмолвия или молитва без слов? — Т.С.), мы, наподобие рыбаков, можем вылавливать из пространства массу ценного для развития мышления и сознания»¹¹. Невольно складывается впечатление легкости этого процесса: не надо себя утруждать — черпай прямо из пространства!

Указывая на необходимость очищения и утончения мышления для «принятия вести из Высших Сфер», Дмитриева ничего не говорит о том, как достигать этого утончения. Ее допущения, сформулированные в комбинированном предложении: «Духовные мысли, летящие в пространстве, быть может, многие сотни, тысячи лет, стараются преодолеть сопротивление низшей астральной природы человека и развернуть его внимание и волю к себе», настраивают читателя на пассивную роль. Особенно нелепо звучит авторское «стараются» по отношению к энергии мысли. Напрашивается вывод, что главное — убедить себя не думать плохо, и сразу же можно принимать вести из Высших Сфер. Не нужен длительный эволюционный путь развития и совершенствования, чтобы иметь право и возможность прикоснуться к Высокому Источнику, достаточно элементарной дисциплины мысли.

Сравним такой подход с тем, который дается в письме Е.И.Рерих близкому кругу американских сотрудников. Она пишет о том, что развитие внимательности у детей на основе ознакомления с сокровищами искусства — картинами Музея способствует утончению восприятий, что лишь утонченность дает тонкое сознание. «Если хотим подойти ближе к Высшему Сознанию, — сказано в письме, — нужно прежде всего утончить наши восприятия. Ведь только там, где есть соответствие, могут быть напряжены рычаги и явлено истинное сотрудничество. Потому так высоко ценится построение на высших принципах гармонии. Каждая тонко воспринятая мысль будет основанием для чуткого действия. Творчество красоты зиждется на этом принципе. Потому так мало красоты в людских построениях, ибо лучшие из них, являя частичное соответствие, искажают красоту замысла.

Помните, родные, что возможности носятся вокруг вас, но только когда сознание уловит их, они примут форму. Каждая мысль рождается из соприкосновения с резервуаром Пространства, подумайте, сколько непримененных мыслей носится в высших слоях пространства, пытайтесь уловить их утонченным восприятием. Ведь в этом заключается Космическое сотрудничество. Но для этого нужно возжечь свои внутренние огни»¹².

Елена Ивановна здесь тоже говорит о наличии потенциала возможностей, но она подчеркивает, что только осознание, т.е. активная творческая работа сознания индивидуума, проявляет этот потенциал, оформляет мысль. В приведенной цитате также говорится о соответствии и об утончении, необходимых для того, чтобы только «подойти ближе к Высшему сознанию», а не «принимать вести», как ориентирует своего читателя Л.П.Дмитриева. У Дмитриевой утончение мышления и соответствие мыслей — понятия абстрактные, ни к чему не привязанные, допускающие произвол толкования. Е.И.Рерих, напротив, подсказывает конкретные подходы к утончению восприятий через воспитание внимательности при созерцании прекрасного, говорит о критериях гармонии и красоты и о том, что утончение невозможно без духовного преображения человека. В письмах Е.И.Рерих показано, что «возжечь свои внутренние огни» можно только долгим путем самоусовершенствования, героического возвышения сознания и в устремленном труде на общее благо.

Рассмотрим, как Л.П.Дмитриева раскрывает одну из сокровеннейших тем «Тайной Доктрины». Это легенда о «Битве в Небесах» и «Великом Драконе», послужившая основой для церковной догмы о «Падших Ангелах». Эту многомерную тему, имеющую астрономические, мифологические, аллегорические и исторические аспекты, Дмитриева сводит к упрощенной трактовке: падение — это нисхождение в материю¹³. Е.П.Блаватская писала: «Какова же полная истина, так же как и эзотерическое значение этого универсального мифа? Полная истина не может быть передана устами на ухо. Так же как и перо не может описать ее <…> если только человек не найдет ответ этот в святилище своего сердца, в глубинах своей божественной интуиции. Это есть великая Седьмая Тайна Творения, первая и последняя. <…> Потому мы можем дать ее лишь с точки зрения ее философского и умственного плана»¹⁴. Отождествляя понятие «Падшие Ангелы» с Великими Учителями человечества, Дмитриева замахивается на эзотерическое толкование этого мифа. Это собственное допущение автора (ибо ни Блаватская, ни Рерихи нигде такой параллели не проводят) искажает суть космического явления и опрощает высокое понятие Учителя. Более того, для человека, воспитанного в христианской духовной традиции, превращает это понятие в противоположное — антиучителя.

Такие вульгарные трактовки недоступных пока еще нашему пониманию явлений приводят к поверхностному отношению к любым событиям, в том числе происходящим с нами самими. Рассуждая о падении Люцифера, Дмитриева с легкостью объясняет это явление космического масштаба остатками «притаенных где-то в глубинах естества неизжитых духовных изъянов»¹⁵ — гордыни и зависти, отсутствием чистоты и «Мудрости его Высших Братьев». В своем пренебрежении к павшему «Восьмому» автор как бы возносится над ним, не справившимся с низкими энергиями Земли, не задумываясь сама и не обращая внимания читателя на то, какой эволюционный путь прошел этот Дух и на какой высокой ступени духовных достижений он стоял. При таком подходе легко возникает иллюзия, что с нами такого быть не может, ибо мы-то уж изживем эту гордыню и зависть, у нас есть прививки в виде знаний о том, какие качества должны быть у духовно развитого человека и от каких надо избавляться. И такие «знания» в легкодоступном виде мы можем почерпнуть из книг Дмитриевой и им подобных. Но если внимательно перечесть все, что написано у Е.И.Рерих о трагедии того, кто потерял право на свое светоносное имя (написано, заметим, без всякого уничижения и умаления), то можно понять, насколько сложны пути эволюции духа. Патентованных рецептов духовного развития нет, и никто не застрахован от ошибок на пути, потому-то и нужна та неусыпная бдительность и постоянное самопознание.

Упрощенные и искаженные интерпретации сокровенных понятий эзотерической философии, которыми изобилуют книги Л.П.Дмитриевой, предлагаются широкому кругу читателей. Свой трехтомник она назвала учебным пособием¹⁶, адресованным юным, тем, которых «так давно закаляла Земля <…> тем молодым, которые в своих прежних жизнях уже как-то прикасались к Сокровенному Учению МАХАТМ»¹⁷. Заявка серии из семи томов звучит так: «Элементарные Основы Нового Мировоззрения для самообразования, а также для школ и вузов». Кроме того, в рубрике «От издателя» сказано, что Л.П.Дмитриева сделала первую попытку создать учебники нового типа, которые необходимы «для правильного ритма накопления Сокровенных Знаний»¹⁸. Это при том, что Дмитриева себя специалистом в той области знаний, которой посвящены ее книги, не считает. Она признается: «Конечно же, автор пособия ни в коем случае не может претендовать на полное раскрытие любой затронутой темы. Она не обладает для этого надлежащим знанием…»¹⁹.

Е.П.Блаватская тоже не претендовала на представление абсолютного знания: «Ибо этот труд («Тайная Доктрина». — Т.С.) есть частичное изложение того, что она сама узнала от более Знающих, и добавленное в некоторых деталях результатами ее личного изучения и наблюдения»²⁰. Но, несмотря на то, что уровень ее знаний намного опередил возможность их восприятия не только современниками, но и человечеством ХХ века, Блаватская не рассматривала свой труд как пособие по изучению сокровенных истин. Она писала в предисловии к «Тайной Доктрине» что «лишь претендует на то, что как бы фантастично ни казалось многим содержание этого труда, но его логичная связность и последовательность дают право этому новому Генезису стоять, во всяком случае, на уровне с “работающими гипотезами”, так открыто принятыми современною наукою»²¹. Труды Е.П.Блаватской писались не для демонстрации сокровенных истин, а с целью доказать просвещенному Западу, используя научную аргументацию того времени, существование той объективной реальности, знание о которой мудрость Востока сохраняла на протяжении тысячелетий.

Вряд ли можно признать своевременной идею создания учебных пособий по сокровенному знанию или эзотерической философии и теперь. Этические правила передачи таких знаний в сокровенном взаимодействии Учитель — ученик, когда Учитель видит степень готовности ученика, не потеряли актуальности и в наше время. Л.П.Дмитриева сама пишет об этом: «Великие Учителя знали: младенческому человечеству бесполезно было бы передавать Знания в чистом виде»²². Непонятно, что автор имеет в виду под «чистым видом» знаний, но ее собственные рассуждения, например, о сокровенных сроках и событиях настолько прямолинейны и категоричны, что приобретают характер истины в последней инстанции. Дмитриева пишет: «Одна Манвантара нашей планетной системы — 308 448  000 лет. Один, обыкновенный, День Брамы — 4 320 000 000 лет»²³. Блаватская в своем труде неоднократно приводит эти цифры, но, прежде чем взять их на вооружение, проводит исследование и сопоставление различных источников, поясняет, какая именно Манвантара имеется в виду и что такое День Брамы в данном случае. Кроме того, Блаватская пишет: «Таковы экзотерические цифры, принятые во всей Индии, и они довольно близко соответствуют цифрам Сокровенных Учений»²⁴. Дмитриева приводит эти слова Блаватской, но упускает из виду, что это «довольно близко» настолько относительное понятие, что делает бессмысленными любые рассуждения о конкретных сроках. Елена Петровна пишет, что сказанное часто «относится к эзотерическому подразделению времени»²⁵ и не может напрямую переноситься в наше исчисление. Дмитриева игнорирует это обстоятельство. «Сокровенная хронология называет точную дату появления на планете Земля Человека Разумного. На 1992 год она определена цифрой 18618831 год назад»²⁶, — пишет она. Насколько же поверхностно нужно понимать эволюционный процесс обретения человечеством разума, чтобы датировать это космическое явление с точностью до года!

Л.П.Дмитриева пишет: «Тот, кто готов, тот чувствует сердцем, что эзотерическое знание не может быть легкодоступно и широковещательно»²⁷, противореча своему намерению упростить трактуемый ею материал, чтобы «всячески облегчить знакомство читателей с новыми понятиями»²⁸. Упростив до предела понятия, данные в «Тайной Доктрине» Е.П.Блаватской и Живой Этике, Дмитриева постаралась сделать эзотерическое знание (вернее, информацию о нем) именно легкодоступным, а издав свои книги тиражом 100 000 экземпляров — и широко вещаемым. В книгах Дмитриевой не просматривается проникновение автора духом в истину, нет духовной расшифровки внешних событий, не показан глубокий смысл затрагиваемых понятий. Дмитриева, преподнося эзотерические истины, по ее собственному выражению, «в кратком и очень облегченном изложении»²⁹, создает лишь видимость знания. Высокие понятия, заложенные в Живой Этике, «Тайной Доктрине», Новом Завете, как бы становятся более доступными, но при этом исчезает их глубинный смысл. В своих «учебных пособиях по новому мировосприятию» Дмитриева демонстрирует подход, свойственный старому мировоззрению, которое, по выражению Вл.Соловьева, «…хочет замкнуть деятельность человеческой мысли тесным кругом относительных поверхностных явлений, или видимостей, хочет отнять у нашего познания целую область, и притом область коренную, лежащую в основе всякого познания»³⁰.

Психология человека такова, что если ему предлагают легкий путь получения знаний в виде рафинированных понятий, преобразованных, выражаясь словами Л.П.Дмитриевой из «математически точной и краткой Сокровенной Древней Мысли во множество не сокровенных современных слов»³¹, добавим — слов простых, иногда даже примитивных, а потому доступных, то, не отдавая себе отчета, он может на него свернуть. При таком, нижнем, пути упускаются возможности эволюционного восхождения человека, ибо только в творческом поиске истины при полной концентрации духовных сил и героическом возвышении сознания, в неудержимом устремлении к миру идей, миру Высшему восходит дух. К чему же приобщает своего читателя Дмитриева? К плоскому миру понятий, лишенных вертикали смысла, той вертикали, которая оживотворяет форму идеей и связывает мир феноменальный с ноуменальным миром. Подобное ограничение области познания читателя примитивным и искаженным изложением эзотерических понятий, а также широковещательная подача информации о сокровенных явлениях приводят к упрощенному пониманию путей самоусовершенствования и духовного развития. Вместо трудного и драматического, но созидательного пути расширения сознания через творческое познание истины и самопознание, пути радикального преображения духа в процессе преодоления своего несовершенства, читатель видит потребительский путь прямолинейного оккультизма — «поднятие вибраций тел», «придание огненности мыслям» и прочие личные «тонкие» достижения. В том, что вирус прямолинейного оккультизма широко привился среди причисляющих себя к последователям Живой Этики и Рерихов, не последнюю роль играет та видимость легкой доступности нужных качеств, которую создает подобная литература. Идеи быстрого достижения желаемых результатов путем медитативных практик, «раскрытия» центров, иллюзорного «утончения» организмов для многих оказались привлекательнее трудного и долгого пути последовательного преображения своей внутренней сути и истинного расширения сознания. Привлекательнее труда по развитию своих способностей восприятия и осмысления высоких идей в процессе изучения оригинальных трудов Рерихов и Блаватской.

С большей охотой многие представители рериховского движения изучают литературу, которая уводит их в сторону от реальной жизни. От трудного земного пути преображения своего внутреннего человека путем широкого самообразования, практической созидательной деятельности, постепенного и последовательного преодоления своих недостатков к иллюзорному пути быстрых и легких достижений, которыми рассудок любит гордиться и потому всегда готов их симулировать. В Гранях Агни Йоги сказано: «Ни знание точных фактов, ни феномены, ни знакомство с астральным миром победы над собой не дадут. Главное — это перенести бытие в мысль, а мысль — из сферы личного «я» в сферу Бессмертной Триады. Никакие интеллектуальные знания этого достижения не принесут»³². Дмитриева дает интеллектуальную информацию об оккультных истинах и законах, но не указывает конкретных путей достижения вершин духа. Общие рассуждения о необходимых для духовного роста качествах носят неопределенный характер и допускают произвольность толкования. Читателя подводят к мысли, что одним своим волеизъявлением или желанием он может прийти к расширению сознания и утончению, а критериями достижения желаемого объявляются восхищение и радость. Несомненно, эти моменты необходимы, но не самодостаточны. «Ошибочно думать, что восхождение сознания совершается сверхъестественными восхищениями. Как внизу, так и наверху, — везде труд и опыт»³³, — говорится в Живой Этике. Вл.Соловьев, определяя Высшую Мудрость как «цельное знание», которое является синтезом различных степеней знания, пишет: «Матерьял цельного знания дается опытом»³⁴, внешним — физическим, внутренним — психическим и мистическим (глубинно-внутренним). Чтобы достичь сокровенного знания, нужен соответствующий опыт. В Живой Этике и письмах Е.И.Рерих много сказано о том, какой нелегкий путь нужно пройти для этого. Сказано о том, что у каждого он свой, неповторимый и патентованных рецептов духовного развития нет. Но есть общие закономерности этого пути, формулы которых можно найти в Живой Этике, в трудах богословов и философов. Эти закономерности проявляются в жизненном пути известных из истории героев и подвижников — и, конечно же, Е.И., Н.К. Рерихов и их сыновей, — и многих других людей, замечательный духовный опыт которых достоин изучения.

В книгах Дмитриевой и им подобных мы не находим вдохновляющих примеров высокого героизма и служения, опираясь на которые можно строить свой путь борьбы, преодоления и восхождения. Эмоциональный пересказ общеизвестных фактов, поданный с сенсационностью, пригодной лишь для газетных публикаций, не дает истинного представления о трудном пути тех, кого автор берется представлять на страницах своих книг. Нет в этих книгах и глубины философского анализа общих закономерностей процесса развития духа и сознания. Что же касается истолкования Л.П.Дмитриевой притч и заповедей Христа, то здесь та же подмена авторскими трактовками индивидуального постижения истины. О проникновении в смысл христовых заповедей хорошо сказал Бердяев: «Религиозное откровение — есть событие, происходящее не только для меня, но и со мной, есть внутренняя духовная катастрофа во мне. Если внутренней духовной катастрофы со мной не произошло, то для меня ничего не значат события, о которых мне рассказывают как об откровениях Божества. Расшифровать Евангелие можно лишь в свете духовных событий моего внутреннего опыта. Вне этих внутренних событий Евангелие значит не более, чем все остальные события истории»³⁵. Могут возразить, что Дмитриева не навязывает своих трактовок, а только учит новому подходу. Можно научить интеллект цепочке рассуждений, но трудно представить, как передать опыт духовных катастроф, ведущих к откровению. Такой опыт переживается каждым индивидуально.

Кроме того, высказывание каких-либо трактовок не является безобидным. У психологов есть такое понятие: нейро-лингвистическое программирование. При чтении (или восприятии на слух) текста выстраивается некий ассоциативный ряд, который, проникая в подсознание, не так легко поддается изменению. Простые цепочки ассоциаций, построенные на легкодоступном материале, закрепляются быстро. Если они истинны, то в дальнейшем могут развиваться в сторону усложнения. Если же они ложны, то замена их потребует значительных усилий сознания. Например, эмоционально-смысловое звучание словосочетания «Живая Этика» у многих ассоциируется с чем-то более возвышенным, чем «Агни Йога», поскольку понятие «этика» прямо связанно с категорией духовности. Те же, кто тяготеет к прямолинейному оккультизму, чаще употребляют сочетание «Агни Йога», порой выхолостив его огненность сведением к аббревиатуре «АЙ». Понятия «психическая энергия», «энергетическое мировоззрение» с большим трудом пробиваются сквозь уже устоявшиеся ассоциации с энергиями материального мира. Отсюда ясно, что всякие облегченные толкования и субъективные трактовки положений и идей Живой Этики наносят огромный вред.

П.Флоренский в статье «Магия слова» (из цикла «У водоразделов мысли») писал о силе и могуществе слова и о его влиянии на психику и поступки людей. Рассмотрев структуру слова и проанализировав природу его магического воздействия, Флоренский приходит к выводу: «Все, что известно нам о слове, побуждает утверждать высокую степень заряженности его оккультными энергиями нашего существа, в слове запасаемыми и отлагающимися вместе с каждым случаем его употребления»³⁶. Кроме энергии каждого отдельного слова, свое действие оказывает и порядок слов, применяемые словосочетания, т.е. ритмическая структура каждой фразы и всего текста в целом. В книгах Л.П.Дмитриевой ритм и способ оформления текста с использованием выделений курсивом, жирным шрифтом, заглавными буквами, а также неумеренное использование символики производят гнетущее впечатление.

Нельзя не отметить и профанирующий эффект вульгаризмов литературного стиля в этих книгах, несоизмеримость используемых выражений с теми высокими понятиями, о которых автор пишет. Когда стилистические ошибки, плохое владение языком приводят к появлению таких «находок», как внутренний позыв ученика (вместо порыва или устремления), наука, которая неожиданно для себя просунула голову в Тонкий мир, или первый этаж науки духовной, к этому еще можно отнестись снисходительно — кто из нас не грешит подобными несуразицами. Но говорить о словах Христа, что они не имеют национальной привязи, о Готаме Будде, что автор уже вспомянула его на предыдущих страницах, о Великих Учителях, которые будучи инопланетными существами ничего не говорят ради красного словца, — это и есть то умаление, которого не допустит человек, осознающий, что такое вмещение, соизмеримость, бережность, почитание и любовь.

Именно такие качества необходимы исследователю, отважившемуся популяризировать философское наследие Рерихов и Е.П.Блаватской. Избегнуть профанации высоких идей, заложенных в этом наследии, может лишь тот, кто обладает необходимым культурным и образовательным уровнем, мощным духовным и творческим потенциалом, позволяющими проникнуть в саму суть категорий философской системы Живой Этики и «Тайной Доктрины», и великим искусством донесения постигнутого без искажения и умаления.

Умная популяризация, конечно, помогает осмыслить философское наследие Рерихов и Е.П.Блаватской. Но только самостоятельное активное постижение Истины путем расширения и возвышения сознания, героических усилий духа в процессе творческой деятельности человека может дать осознание высокой сути понятий и явлений, отображенных в Учении.

В заключение хотелось бы сказать об ответственности авторов, которые пишут на темы, касающиеся наследия или биографий Рерихов и Блаватской. Не о декларации принятия на себя такой ответственности, а об осознании своих возможностей, критической оценке своих знаний и честного ответа хотя бы самому себе: с какой целью пишутся книги, статьи, читаются лекции, ведутся занятия в группах — для утверждения прекрасных идей, принесенных человечеству этими великими людьми, или для утверждения себя.

Внутренняя позиция автора всегда сказывается в его произведениях. Чем благороднее задача, выше помыслы и самоотверженнее труд человека, тем меньше его «я» проявляет себя на страницах написанного им (конечно, за исключением автобиографичных произведений или описания личного опыта). Мы знаем, что Е.И.Рерих свои произведения подписывала псевдонимами, а в письмах, особенно людям непосвященным, писала о том, что твердо знала, в очень осторожных выражениях, используя обороты «возможно, было бы лучше» или «по моему мнению», всячески избегая директивности и категоричности. В литературных трудах Н.К.Рериха, начиная с ранних его работ, часто звучит обобщающее «мы» или приобщающее читателя к наблюдаемому и переживаемому «вы». Мы можем вспомнить торжественное и безличностное заявление Е.П.Блаватской: «Труд этот написан в служении человечеству». Характерен также и отказ Германа Гессе объявить себя духовным вождем молодежи в то время, когда его советов искали очень многие. Он подчеркивал, что не считает для себя возможным исполнять роль вождя или пастыря и давать непогрешимые рецепты. «Но вот же они, эти рецепты, — добавлял он, — ведь нам доступна мудрость веков, и многим, многим сотням молодых и горячих авторов писем, которые так жаждали услышать от меня последнюю мудрость, я указывал на мудрость истинную и непреходящую, на несравненные слова, дошедшие до нас из Древнего Китая и Индии, из античности, Библии и христианства»³⁷. И сравним с таким подходом миссионерское обращение Л.П.Дмитриевой к тем, «кого так давно закаляла Земля»: «К вам время пришло. И я тоже дождалась своего часа и беседую с вами о том, что нам с вами дорого…»³⁸.

Н.К.Рерих в очерке «Адамант» писал:

«Вопрос относительности человеческих знаний всегда был больным вопросом. Но теперь, когда все человечество испытало последствие заградительной проволоки, когда в жизнь вошло столько знания — этот вопрос стал насущным. Люди привыкли не только думать, но и бесстыдно говорить о предметах, которые они явно не знают. Самые “почтенные” люди болезненно повторяют мнения, ни на чем не основанные. И такие суждения вносят в жизнь великий вред. Часто неизгладимый. Бесчисленны лживо знающие и почитающие себя»³⁹.

Источник:  Защитим имя и наследие Рерихов. – Т.1. – М.:МЦР, 2001.

Диссертационные работы на темы связанные с Махатмами Востока и трудами Е.П. Блаватской:

Бирюкова Элеонора Алексеевна. Виртуальные основы этики духовного оздоровления, 09.00.05, философские науки, ДМ 212.270.02, Тульский государственный педагогический университет им. Л.Н. Толстого, 16 мая 2008 года, Автореферат на соискание ученой степени  доктора философских наук по специальности 09.00.05 – этика.

Самохина Наталия Евгеньевна. Философское учение Агни Йоги: космос, человек, сознание. (Историко-философский анализ), 09.00.03, Философские науки, Д 501.001.38, Московский государственный университет им. М.В. Ломоносова,  24 марта 2008 г., Автореферат

Абрамов Михаил Александрович. «Русский космизм: идея единства культуры и многоплановая реальность», 24.00.01, культурология, Д 212.117.10, Мордовский государственный университет имени Н.П. Огарева»,  30 мая  2007 года, Автореферат

Хомутцов Сергей Васильевич. Духовность, её подобия и антиподы в культуре, 24.00.01, философские науки,  Д 212.005.07, Алтайский государственный университет, 18 июня 2009 года.
Автореферат

Матецкая Анастасия Витальевна. Процесс индивидуализации и мифологическое мышление в эпоху современности, 09.00.13. философские науки, Д.212.208.13, Южный федеральный университет, 19 декабря 2007 года. Автореферат

Гарпушкин Вячеслав Ефимович. Гуманистический универсализм как парадигма мировоззрения, 09.00.11, философские науки, Д 212.062.01,  Ивановский государственный университет,  12 февраля  2010 года, Автореферат

Введение

С 25 по 29 августа в Сочи прошла очередная международная конференция  «Торсионные поля и информационные технологии» http://www.second-physics.ru/node/23 . Я был участником трех предыдущих, проходивших в 1998 г. в  Южной Корее (Сеул), в 2000 г. в Америке (Сан-Франциско), в 2008 г. в Украине (Киев). Для российской науки это знаменательное событие, поскольку, вопреки невероятным усилиям, предпринимаемым Российской академией наук  в течение вот уже 19 лет по уничтожению торсионных исследований   в России http://www.second-physics.ru/node/19 , торсионная наука продолжает развиваться в теоретическом, экспериментальном и технологическом направлениях. Как показывает время, дело тут не в А.Акимове, который ушел от нас два года тому назад и не в Г.Шипове, который был фактически «вытеснен из России» и вынужден в настоящее время работать зарубежом. Дело в том, что на территории бывшего Советского Союза  в конце семидесятых годов прошлого столетия большой группой талантливых российских ученых были сделаны  в физике фундаментальные открытия, значение которых для будущего науки трудно переоценить и которые оказались «не по зубам» Российской академической наук.  Обидевшись, академики создали Комиссию по борьбе с «лженаукой», пытаясь  покрыть «асфальтом лжи» новое научное направление. Но цветы пробивают асфальт и растут, вопреки всем усилиям  комиссаров.

1. 1. Торсионное поле: теоретические результаты.

Существуют различные представления о том, что называть торсионным полем. Есть физическое определение торсионного поля, данное А.Акимовым. Согласно А.Акимову, торсионное поле создается спином электрона – его механическим вращением [1]. При этом А.Акимов ссылается на идею, выдвинутую Э.Картаном, согласно которой механическое вращение материи должно порождать кручение пространства [2]. Ссылаясь на эту идею Э.Картана,  большинство теоретиков в России и зарубежом подразумевает  под торсионным полем кручение пространства-времени, определяемое через антисимметричную  по двум нижним индексам часть связности пространства Римана-Картана [3,4]. Как показали многочисленные теоретические исследования,  предсказанные торсионные эффекты в геометрии Римана-Картана ничтожно малы (порядка ) [4]. Поэтому большинство научного сообщества пришло к выводу, что торсионное поле в настоящий момент экспериментально ненаблюдаемо. В действительности же этот вывод применим только к торсионному полю в геометрии Римана-Картана, в то время как  в классической геометрии существует несколько способов ввести кручение пространства, что предполагает существование нескольких видов торсионных полей. Например, в статье 1922 г. Э.Картана, на которую все ссылаются, но не обращают внимание на то, что Э.Картана использует в своих рассуждениях подвижный репер [2]. Многообразие подвижных реперов отличается от  точечного многообразия кардинально:  в трехмерном точечном многообразии точка имеет 3 трансляционных степени свободы, а трехмерный подвижный репер имеет 6 степеней свободы – 3 трансляционных и 3 вращательных. Соответственно, четырехмерный подвижный репер имеет 10 степеней свободы – 4 трансляционных и 6 вращательных.

Я утверждаю следующее: физическое вращение описывается кручением геометрии, которая построена на  многообразии подвижных реперов (или на многообразии ориентируемых точек),  а не на точечном многообразии, как это имеет место в случае геометрии Римана-Картана. Простейшей геометрией, обладающей кручением и построенной на многообразии ориентируемых точек (точек со спином),  является геометрия абсолютного параллелизма. В этой геометрии кручение определяется объектом неголономности, а торсионное поле описывается коэффициентами вращения Риччи, которые были введены Г.Риччи в 1986 г. задолго до  кручения Картана. У меня складывается впечатление, что господа из Комиссии по борьбе… вообще не читали моих работ, в которых черным по белому написано, что я работаю с коэффициентами вращения Риччи, определяемыми через кручение геометрии абсолютного параллелизма. Кстати, А.Эйнштейн использовал эту геометрию в 13 работах, посвященных поиску уравнений Единой Теории Поля, а я просто следую ему. Неразобравшись в сути дела, меня обвиняют в том, чего я никогда не делал – в утверждении мной, что я и А.Акимов обнаружили экспериментальные проявление кручения Картана. Наоборот, я утверждаю, что кручение Картана, которое, в отличие от коэффициентов вращения Риччи, к физическому вращению не имеет никакого отношения и поэтому искать его  в эксперименте бессмысленно.

Коротко перечислю основные теоретические результаты, полученные мной при исследовании торсионного поля   [5].

1. Торсионное поле  интерпретируется как поле инерции (или поле материи), определяющее структуру источников внешних полей. Существует два типа торсионного поля: Первичное Торсионное Поле, которое не обладает энергий в общепринятом смысле и торсионное поле, порожденное  вращением материи.

2. Поле инерции (торсионное поле) является основным  Единым Полем в системе уравнений, которыми описывается структура Физического Вакуума [5].

3. Уравнения Физического Вакуума имею вид самосогласованной системы геометризированных нелинейных уравнений, подобных уравнениям Гайзенберга-Эйнштейна-Янга-Миллса.

4.  Уравнения Физического Вакуума описываю 7 уровней реальности, из которых 4 уровня  (элементарные частицы,  газ, жидкость и твердое) образуют Материальный Мир и 3 уровня (Физический Вакуум, Первичное Торсионное Поле, АБСОЛЮТНОЕ «НИЧТО») образуют Мир Высшей Реальности.

5. Каждое решение уравнений Физического Вакуума описывает  вакуумное возбуждение, которое в любой момент существует в настоящем, прошлом и будущем.

6. В случае слабых полей и в квазиинерциальной системе отсчета из уравнений вакуума  следует детерминированная квантовая механика, о которой мечтал Эйнштейн и в которой волновая функция  связана с торсионным полем (полем инерции).

7. Теория Физического Вакуума предсказывает целый ряд аномальных экспериментов в нерелятивистской физике. К таким экспериментам относятся, например, работы Российских физиков, связанные с созданием  генераторов  электро-торсионных полей  [1].

8. Торсионное поле привело к созданию торсионной механики (или механика ориентируемой точки) [6], которая  объединяет общую теорию относительности с квантовой механикой и является еще одним – четвертым обобщением механики Ньютона.

1. 2. Торсионное поле: экспериментальные результаты.

Большую часть экспериментальных результатов, связанных с торсионными (спинорными), полями можно найти в трудах международной конференции «Торсионные поля и информационные взаимодействия  » http://www.second-physics.ru/node/23. Но мне бы хотелось отметить торсионные эксперименты, в проведении которых я участвовал лично. Это, прежде всего, эксперименты по торсионной механике. До сих пор физикам было известно о трех обобщениях механики Ньютона, это: 1) специальная теория относительности обобщает механику на случай больших скоростей, сравнимых со скоростью света; 2) общая теория относительности обобщает механику на случай больших ускорений (в сильных гравитационных полях); 3),квантовая механика обобщает механику на случай малых энергий в микромире. Все три перечисленные обобщения используют в своей основе понятие материальной точки и  построены на точечных математических многообразиях.

В отличие от всех предыдущих обобщений, торсионная механика (или механика ориентируемой точки, или неголономная механика, или механика Декарта)  использует в своей основе многообразие ориентируемых точек. Поскольку механика была, есть и будет основой всей физики, то, при переходе от точечного многообразия к многообразию ориентируемых точек, речь идет не просто об очередном ее обобщении, а о смене научной парадигмы.

Вообще говоря, как это не покажется странным, новая научная парадигма вызревала более трехсот лет, начиная с момента создания механики Ньютона. Ньютон вводит инерциальную систему отсчета, которая в реальности не существует.  Для обоснования  сил инерции Ньютон вводит не существующее в реальности абсолютное пространство. Далее, математик Л.Эйлер создает аналитический аппарат механики Ньютона,  записывая 6 уравнений механики абсолютного твердого тела, которые в природе не существуют. Кроме того, Л.Эйлер выбирает в качестве  пространственных координат -  декартовы координаты x, y, z, зависящие от времени t,  рассматривая  независимые угловые переменные j, q, y, описывающие ориентацию твердого тела, как параметры, а не как элементы пространства.  В результате у большинства теоретиков сложилось представление о том, что наше пространство трехмерно и что вращательные уравнения движения абсолютно твердого тела  следуют из механики Ньютона.  Ошибочность этой точки зрения очевидна; по отношению к точке механики Ньютона пространство однородно и изотропно, а по отношению к вращающемуся твердому телу (ориентируемой точке) нет, поскольку ось вращения выделяет некоторое направление в пространстве и, следовательно, нарушает изотропность пространства.  Это хорошо известно специалистам по теории гироскопов [7], которые утверждают, что там, где начинаются гироскопические эффекты, там кончается механика Ньютона. Простой мысленный эксперимент. Возьмем вращающийся гироскоп и поместим  его в область пространства, где  на него никакие внешние обстоятельства не действуют. Гироскоп будет вращаться «вечно» – по инерции, хотя  материальные точки, из которых состоит гироскоп, будут двигаться по искривленным траекториям. Здесь мы видим явное нарушение принципа инерции (первого закона) механики Ньютона, поскольку имеем пример ускоренного движения по инерции.

Перед этим мы рассмотрели  физические свойства  трехмерного (3D) гироскопа. Однако в механике ориентируемой точки существуют четырехмерные (4D)  гироскопы,  которые вращаются не только в  3 пространственных углах Эйлера  j, q, y, но и в 3 пространственно-временных углах  a, b, g. Как известно из специальной теории относительности, вращение в пространственно-временных углах для 3D наблюдателя воспринимается как поступательное ускоренное движение. Поэтому осциллятор в 3D пространстве можно рассматривать как ротатор в пространственно-временных углах. Если объединить обычный 3D ротатор с пространственно-временным ротатором, то мы получим 4D ротатор или 4D гироскоп. Эксперименты, проведенные мной в Таиланде с простейшим 4D гироскопом,  описаны в работе http://www.trinitas.ru/rus/doc/0231/004a/02311026.htm .  Основные результаты экспериментов, в которых торсионное поле (поле инерции) играет определяющую роль, следующие.

1)              В рамках механики ориентируемой точки теоретически предсказана и экспериментально обнаружена пространственно-временная  прецессия  (периодическое изменение скорости центра масс) свободного 4D гироскопа.

2)              Теоретически предсказана и экспериментально обнаружена локально управляемая пространственно временная прецессия 4D гироскопа,  позволяющая управлять  скоростью центра масс. Например, менять направление движения центра масс за счет управления инерцией 4D гироскопа.

3)              Теоретически предсказано и экспериментально обнаружено нарушение закона сохранения линейного импульса изолированной системы (при выполнении закона сохранения энергии) механики Ньютона.

Все эти новые явления  говорят о том, что наше  пространство имеет  (в общем случае) 10 измерений, из которых 4 координаты x,y,z, ct – трансляционные и 6 координат j, q, y, a, b, g – вращательные. Соответствующие эксперименты можно посмотреть на сайте  http://www.shipov.com .

Практический вывод исследований – есть возможность создать космический двигатель нового поколения, которой заменит менее эффективный реактивный двигатель. Эта работа уже проводится в Научно-исследовательском институте космических систем (НИИКС) в подмосковном  г. Юбилейном. Руководит работой директор института В.А. Меньшикова. Более того, простейшая модель нового движителя прошла испытания в космосе, в ходе которых были получены  положительные результаты http://1.okosys21.z8.ru/science/sciencenews/8939-rossijskie-specialisty-ispytali-v-kosmose-vechnyj.html .

Уравнения Физического Вакуума описывают электромагнитные поля с учетом спина заряженных частиц. Это приводит к обобщению уравнений  классической и квантовой электродинамик, причем даже в нерелятивистском пределе. К таким обобщениям, например, относится электроторсионное излучение заряженной частицы со спином, сопровождающее любое электромагнитное излучение [5]. Поскольку физические свойства электроторисонного излучения  в корне отличаются от свойств электромагнитного излучения, то, как это всегда бывает в науке,  экспериментально электроторсионное излучение было открыто не академической наукой,  а творческими самородками,  как мы обычно говорим «по наитию».  В результате долгой и кропотливой работы рядом исследователей были созданы электро-торсионные генераторы,  демонстрирующие удивительные способности по воздействию на различные объекты органического и неорганического происхождения  http://www.second-physics.ru/node/23 .

Я лично принимал участие в экспериментах, в которых обнаружено воздействие электроторисонного излучения на структуру металлов. Эти эксперименты проводились в 1998 г. в Южной Корее в Институте металловедения в г. Теджен.  Это город, в котором сосредоточено большинство корейских  исследовательских центров научно-технологического направления.  Результаты экспериментов следующие:

1) Торсионный генератор Акимова, действуя на расплавленный силумин (смесь олова и кремния),   изменял структуру силумина, делая его более однородным и пластичным.

2) Торсионное излучение проникало через металлическую стенку индукционной печи, что свидетельствует о высокой проникающей способности торсионного излучения (см. http://www.trinitas.ru/rus/doc/0231/004a/02311024.htm).

Тем не менее,  обладая административным ресурсом и не имея совести, можно оболгать все и вся, что и делает,  достаточно коряво, академик РАН, член Комиссии Е.Б.Александров в статье «О влиянии «торсионных полей» на пластичность силумина» http://www.ras.ru/FStorage/Download.aspx?id=7beb70e6-8863-4a93-b98b-429bc3a5f1fe .

1. 3. Торсионное поле: торсионные технологии

1) Торсионная металлургия. Исследования воздействия тор-сионного излучения на расплавленные металлы привели к созданию торсионной металлургии http://www.h-cosmos.ru/iv12.htm . Последователи работ А.Акимова, доктор физ-мат наук, профессор кафедры математики Пермского государственного университета В.Ф.Панов и разработчик  специального торсионного генератора С.А.Курапов в заводских  условиях разработали  торсионную технологию, которая  позволяет:

а) избежать затрат на термообработку и гомогенизацию;

б) сократить время плавки;

в) уменьшить количество брака за счет повышения литейных свойств стали;

г) получить простые стали с характеристиками легированных;

д) экономить электроэнергию и газ;

е) высвободить производственные площади;

ж) в некоторых случаях уменьшить себестоимость продукции до 2 раз;

з) сократить производственный процесс;

и) увеличить конкурентоспособность продукта.

2) Торсионная энергетика. Эта технология понимается очень узко и сводится к использованию «Тепловых генераторов» [8].  В этом направлении ведется много споров и домыслов, хотя  к работе подключились даже академические институты. Например, на сайте Института проблем  механики РАН http://www.ahdynamics.ru/technology2.html мы читаем: на протяжении ряда лет в лаборатории физико-химической гидроаэродинамики ИПРИМ РАН совместно с рядом Институтов разного профиля проводились исследования кавитационной обработки воды в вихревом генераторе. Основанные больше на интуиции и на инженерной хватке исследования привели к получению на установке «рекордного» выхода тепла по отношению к затраченной электрической энергии k=13,4.

Многие исследователи (А.Сорочинский Р.Мустафаев Ю.Краснов) вихревых теплогенераторов обратили внимание на аномальные торсионные явления, происходящие с водой, которая циркулирует в контуре теплогенератора http://i-r.ru/show_arhive.php?year=2005&month=11&id=1123 . Структура воды значительно меняется, вплоть до того, что вода приобретает возможность перезаписи свойств других веществ, таких, например, как солярка, превращаясь в первоклассное топливо. Русский ученый Юрий Краснов уже много лет ведет исследования в этом направлении и, по заключению многих авторитетных научных организаций создал на основе обычной водопроводной воды  «супертопливо», способное заменить обычную солярку  (см. фильм на сайте  http://apinews.ru/index.php/tech/77-personal-tech/936-krasnov).

Особенно разнообразны устройства для получения «свободной энергии», основанные на катушке Тесла и на необычных свойствах постоянных магнитов, расположенных в определенной геометрической конфигурации. В последнее время наиболее известен генератор «свободной энергии»  Тариэла Капанадзе http://rutube.ru/tracks/1773178.html?v=e77d3ae6d2764f7ef275e5c0feff841d . Обращает внимание низкий научный уровень  грузинских физиков, утверждающих, что генератор использует «блуждающие токи» земли,  созданные обычными источниками электроэнергии. Когда президент Саакашвилли приехал наблюдать работу генератора Капанадзе, было отключено электричество района, где демонстрировался генератор, но  он продолжал работать, опровергая мнение официальной грузинской науки.  Особенно много действующих генераторов «свободной энергии» изобретено в Америке (см, например, http://www.youtube.com/watch?v=ycodzsURyRc&feature=related) . Сам собой напрашивается вопрос – почему генераторы свободной энергии не появляются на рынке в свободной продаже?  Ответ на этот вопрос читатель может найти в статье Питера Лидермана «Свободная энергия в современном мире» http://www.trinitas.ru/rus/doc/0016/001c/00161555.htm .

Другая, быстро развивающаяся торсионная технология  – передача электроэнергии по одному проводу или вообще без проводов. В этих технологиях также используется катушка Тесла [9],  но теоретическая происходящих интерпретация далека от того, что наблюдается в эксперименте. Для того чтобы убедится в справедливости сказанного,  достаточно посмотреть эксперименты  с трансформатором Тесла  http://www.youtube.com/watch?v=qqiYDxMsayw .

3) Торсионный транспорт. В 2008 г. в российской космонавтике произошло величайшее событие,  которое можно приравнять к запуску первого искусственного спутника Земли. Был запущен спутник с принципиально новым  (торсионным) движителем на борту. По сообщениям СМИ, испытания  прошли успешно http://1.okosys21.z8.ru/science/sciencenews/8939-rossijskie-specialisty-ispytali-v-kosmose-vechnyj.html . Сейчас в НИИКС готовится новая, более совершенная модель движителя, который будет установлен на спутнике весом 150 кг. с целью использовать этот движитель для коррекции орбиты. Фактически в 2008 г. в России было положено начало развитию универсального торсионного транспорта,  который способен передвигаться по земле, по воде, под водой, в воздухе и в космосе,  используя один и тот же универсальный торсионный движитель http://www.trinitas.ru/rus/doc/0231/004a/02311026.htm .

4) Торсионное материаловедение. Эта  торсионная технология получила значительное развитие в Америке, Японии, Индии и Китае и была названа «Микроволновая технология» [10] . Первые работы были проделаны Рустум Роем, профессором кафедры твердого тела Пенсильванского государственного университета,  в 1956 г.  Р.Роу  в экспериментах по воздействию мощного высокочастотного электромагнитного излучения  на различные кристаллические вещества  обнаружил  следующие аномальные явления, а именно:

а)  анизотермальное нагревание при спекании двух различных материалов;

б)   дикристализация кристаллических материалов  без нагревания;

в)  быстрое изменение гистерезисной кривой у ферромагнетиков;

г)  улучшение физико-химических свойств у металлов (повышенное сопротивления  коррозии, повышение износоустойчивости,  повышение твердости и пластичности одновременно).

Впечатляют преимущества использования торсионной компоненты микроволнового  излучения  при изготовлении керамических изделий  сравнительно с обычными методами изготовления керамики. В этом случае мы имеем выигрыш во времени в 4 раза,  энергетические затраты снижаются в 5 раз,  стоимость изготовления (в долларах) снижается в 2 раза.

4)              Торсионная медицина. Наиболее бурно и успешно развивающаяся технология, несмотря на противостояние РАН. Торсионная физика занимается изучением  взаимодействия спиновых и сопровождающих их торсионных волн  со спиновой (торсионной) структурой живых и неживых объектов. Большинство  теоретических работ по спиновым  волнам утверждает, что эти волны распространяются только в ферромагнетиках и экспоненциально затухают при выходе из ферромагнетика в вакуум. Однако эксперименты с торсионными генераторами показали, что спин-торсионные волны распространяются не только в вакууме, но и в других средах, включая   биологические системы тела человека. Известно, что спин-торсионная волна обладает высокой  проникающей способностью, что позволяет «просвечивать» человеческое  тело и получать подробную информацию о медицинском состоянии человека  вплоть до клеточного уровня. Более того, уже сейчас созданы и успешно применяются  диагностические и диагностически-терапевтические торсионные медицинские приборы, с разновидность которого я лично работаю вот уже 7 месяцев в Таиланде. Надо сказать, что торсионная диагностика безошибочна определяет  даже незначительные медицинские отклонения от нормы различных органов человеческого тела, не говоря  уже о хронической болезни или патологии. Быстрота и точность  диагностики 99% делает такие приборы незаменимыми в местах, где медицинское обслуживание населения не на высоте.   Используя огромную базу данных,  прибор сначала сравнивает данные пациента с нормой, и, затем, создает корректирующий сигнал, производящий терапевтическое действие на больной орган.  Результаты лечения поразительны  и при интенсивном использовании прибора видны в течение одного-трех  дней. Я сам избавился от хронического насморка (путем лечения с помощью прибора слизистой оболочки носа) и от болей в пояснице  при физической нагрузке позвоночника. В идеале такой прибор должен быть в каждой семье,  в реальности он подвергается шельмованию со стороны противников  торсионной физики.

В трудах Торсионной конференции  http://www.second-physics.ru/node/23 опубликованы сведения о  следующих торсионных технологиях:   Торсионное сельское хозяйство, Торсионная связь, Торсионная георазведка полезных ископаемых, Торсионная астрономия, Торсионная архитектура. Все эти технологии  мне известны, но активного участия в развитии этих технологий я не принимал.

1. 4. Торсионное поле: а судьи кто?

Прописной истиной ученых является тезис: – если вы хотите профессионально оценить работу в каком-нибудь разделе науки, то вы должны, как минимум,  активно работать в этом разделе. Если подойти  с этим критерием к  физикам – членам «Комиссии по борьбе с лженаукой» (КБЛ), то среди них вы не найдете не одного специалиста по теории торсионных полей.

Более того, если  внимательно присмотреться к академикам членам  КБЛ, то мы увидим следующее:

1. 1. Кругляков Эдуард Павлович, председатель комиссии, академик РАН   является (по мнению физика Ф.Ф.Менде) лжеученым, поскольку  «разве можно назвать учёным человека, который за всю свою жизнь издал не более двух печатных работ, да и то в соавторстве. Нет, это никак не учёный, а самый настоящий лжеучёный, и таким не то что зарплату платить нужно, а нужно из науки гнать. Наверное, вы спросите, а о ком речь. А поинтересуйтесь, сколько печатных научных работ за свою жизнь издал академик РАН Э. П. Кругляков, который указанной комиссией руководит. Если я ошибаюсь в количестве работ, то поправьте меня» http://www.inauka.ru/blogs/article92052.html .
2. 2. Гинзбург Виталий Лазаревич, организатор комиссии, академик РАН,  лауреат Нобелевской премии, полученной за участие в создании феноменологической теории сверхтекучести (т.е. подгоночной III уровня теории,  имеющей в науке предварительный, временный статус http://www.trinitas.ru/rus/doc/0231/008a/02311068.htm). Не имеет опыта создания фундаментальной теории, не знает дифференциальной геометрии, поэтому не может быть экспертом по теории торсионных полей.  Делает ошибки в научных работах http://www.inauka.ru/blogs/article84113.html .
3. 3. Рубаков Валерий Анатольевич, член комиссии, академик РАН, специалист по математической физике. Занимается математическими спекулятивными академическими  моделями   калибровочных полей, суперсимметрией, многомерными моделями в теории струн, которые относятся к разряду                    полуфеноменологических и академических теорий V и VI уровня (см. http://www.trinitas.ru/rus/doc/0231/008a/02311068.htm). Основное «достижение» – математическое описание состояния Вселенной в «первые мгновения после рождения ее из точки», что любой налогоплательщик с улицы смело определит не просто как лженауку, а  как суперлженауку.  Ошибается в элементарных геометрических определениях, путая коэффициенты вращения Риччи с кручением Картана http://www.trinitas.ru/rus/doc/0231/007a/02310015.htm .
4. 4. Александров Евгений Борисович, член комиссии, академик РАН, позиционируется как экспериментатор в оптике и спектроскопии. Претендует на звание знатока физической природы торсионных полей, не зная предмета. Все свое время (а, значит, и деньги налогоплательщиков)  тратит на оболванивание населения России, заполнив СМИ своими лживыми статьями.
5. 5. Брагинский Владимир Борисович, член комиссии, член-корреспондент РАН,   физик-экспериментатор, занимающийся  аппаратурой для регистрации гравитационных волн. В течение  50 лет  работы результаты нулевые – гравитационные волны не пойманы.
6. 6. Капица Сергей Петрович, член комиссии, доктор физико-математических наук, академик РАЕН,  известен как создатель феноменологической математической модели гиперболического роста численности населения Земли, людовед, позиционирует себя психиатром «лжеученых», определяя «лжеученых» как психически ненормальных людей.
7. 7. Фортов Владимир Евгеньевич, член комиссии, академик РАН, теплофизик, специалист по горению и взрыву, бывший участник КВН (клуба веселых и находчивых). Руководит международным энергетическим  проектом под названием «Космический плазменный  кристалл» стоимостью 1 миллиард евро, обещая в конце проекта «весело и находчиво качать из космоса 100 ватт  свободной энергии».  В. Фортов объясняет принцип получения энергии из космоса так: «Если у меня есть плазма стандартная, кондовая, обыкновенная, к примеру, как в той же лампе дневного света, и в нее насыплю пыли, то каждая пылинка зарядится до потенциала один-два электрон-вольта. Пылинки начнут взаимодействовать, и я получаю в лабораторных условиях те самые процессы, что идут в звездах» (интервью «Парламентской газете»).
   Звездные процессы в лампе дневного света – это даже круче, чем летающие тарелки! Рекорд! До такой сверхнаглости, пожалуй, еще ни один лжеученый не доходил.
8. 8. Месяц Геннадий Андреевич, член комиссии, академик РАН,  электронщик, специалист по высоковольтным разрядникам, организатор науки, далек от теории торсионных полей.

9.  Полищук Ростислав Феофанович, член комиссии, позиционирует себя  специалистом в общей теории относительности. Никогда не занимался полями кручения. При изложении этого предмета дает собственные определения и получает в результате «кашу в голове» http://www.trinitas.ru/rus/doc/0231/008a/02311072.htm .

Собирательный образ элитной части  физического отделения РАН  представлен анонимом под именем «Александра Конкретного».

1. 9. Александр  Конкретный, аноним, под именем которого скрываются члены  академической комиссии, фактически руководимой  лауреатом Нобелевской премии В. Л. Гинзбургом.   У группировки, им руководимой, много, как штатных сотрудников, которые содержаться за счёт налогоплательщиков, так и добровольцев. Выступая под именем  «Александр Конкретный»,  эта группировка захватила все средства научной информации, в том числе и значительную часть научных форумов. Везде поставлены свои люди, которые  диктуют модераторам форумов  как им поступать.  Тявкая из-за угла по указке своего хозяина, участники группы скрывают  свои действительные имена,  хотя и так ясно, кто они. Вывод заключается в том, что в Российской науке идёт ожесточённая борьба между старыми, отживающими свой век партийными функционерами от науки, доставшимися России ещё со времён СССР и прогрессивно настроенными учёными, которых не устраивает та административно-командная система в науке, которую представляет Российская академия наук. Ещё во времена СССР Президиум Академии наук СССР, выполнявший функции политбюро от науки, устраивал чистки среди учёных по политическим и идеологическим мотивам. Не прекратилась такая практика и сейчас. Инквизиторский орган Комиссия по борьбе с лженаукой, созданная по инициативе Гинзбурга – это  отрыжка советских времён http://www.inauka.ru/blogs/article92060.html .

Тем не менее, я должен сказать спасибо Александру Конкретному и простить ему многое только за одно письмо, присланное мне лет пять назад, в котором он написал: «Всем нам надо набить морду, да и мне тоже».

1. 5. Что мешает продвижению  теории физического вакуума и торсионных полей.

Бессмысленно отрицать, что гипотеза французского математика Э.Картана о связи кручения пространства с физическим вращением материи, не имеет под собой никаких  научных оснований. Другое дело, это предвзятое отношение научного сообщества к  тем или иным новым научным направления и, особенно, к тем или иным творческим ученым. Очень хорошо об этой ситуации написано в замечательной книге американского теоретика  Ли Смолина «Неприятности с физикой. Взлет теории струн, упадок науки  и что за этим следует» http://zhurnal.lib.ru/a/artamonow_j_a/smolin.shtml .  Анализ причины  упадка теоретической физики, Л.Смолин начинает с вопроса: «Почему, несмотря на такие большие усилия тысяч самых талантливых и хорошо подготовленных ученых, в фундаментальной физике в последние двадцать пять лет сделан столь незначительный окончательный прогресс? И, фиксируя, что имеются многообещающие новые направления, что мы можем сделать, чтобы гарантировать, что темп прогресса восстановится до уровня, который существовал в течение двухсот лет до 1980?». Отвечая  на поставленный вопрос, Л.Смолин указывает на следующие причины.

1. Ремесленники побеждают пророков. По методу и видам работ теоретиков можно  (конечно, в каком-то приближении) разделить на две группы – ремесленники и пророки. « Мастера-ремесленники приходят в науку, большей частью, потому, что они открыли в школе, что это для них хорошо. Они являются обычно лучшими студентами в своих математических и физических классах от начальной школы и на всем пути до аспирантуры, где они, наконец, встречают равных себе. Они всегда были в состоянии решить математические проблемы быстрее и более аккуратно, чем их одноклассники, так что решение проблем есть именно то, на основании чего они склонны оценивать других ученых.

Пророки совершенно другие. Они мечтатели. Они идут в науку потому, что у них есть вопросы о природе бытия, на которые школьные учебники не отвечают. Если они не становятся учеными, они могут быть артистами или писателями, или могут окончить богословскую школу. Однако стоит ожидать, что представители этих двух групп не понимают друг друга и не доверяют друг другу.

Общая неудовлетворенность пророков в том, что стандартное образование в физике игнорирует исторический и философский контекст, в котором развивается наука.

И ремесленники, и пророки необходимы для науки, но одна вещь быть ремесленником, высоко квалифицированным в практике одного умения и совершенно другая вещь быть пророком.  Это различие не означает, что пророки не являются в высшей степени подготовленными учеными. Пророк должен знать предмет насквозь, быть в состоянии работать с профессиональным инструментарием и убедительно общаться на языке профессии. Хотя пророку нет необходимости быть самым технически сильным из физиков.  Эйнштейн однажды заметил: «Не то, чтобы я был такой умный. Дело просто в том, что я дольше обращаю внимание на проблемы«».

«Для меня работать – значит думать», говорил Эйнштейн. «Для меня работать – считать и писать», говорил Ландау. Развитие теории элементарных частиц привело к полному изменению стиля теоретической физики от задумчивой основательной манеры Эйнштейна и  близких ему по  ему духу людей к прагматической агрессивной манере, которую нам дала стандартная модель. Образ мышления стал прагматическим; «Заткнись и вычисляй»  стало мантрой. В результате мы имеем то, что имеем – парадоксальная ситуация теории струн – так много обещаний, так мало исполнения – это как раз то, что вы получаете, когда множество в высшей степени подготовленных мастеров-ремесленников пытаются делать работу пророков.

Если посмотреть на теорию физического вакуума и торсионных полей, то она   была построена в результате решения таких  важных проблем теоретической физики как проблема инерции в механике   и проблема применимости электродинамики в сильных электромагнитных полях.  И то, и другое не осуждается теоретиками, поскольку мало кто задумывался над этим. Именно эти проблемы  стимулировали решение  задачи геометризации электромагнитного поля (первая проблема Эйнштейна) и геометризации квантовых полей (вторая проблема Эйнштейна), что до сих пор не только не обсуждается в теоретической физике, но даже не известно большинству теоретиков.

2. Социальные проблемы и групповая солидарность ремесленников.

Профессорско-преподавательский состав университетов прекратил рост в конце 70-х, зато произошло  заметное увеличение числа и мощи администраторов.  В этих условиях теоретики стараются объединиться по научным направлениям, отстаивая свое направление и принижая значения других направлений исследования. В теоретической физике всегда была доминирующая область. В одно время это была ядерная физика, затем  - физика элементарных частиц. Теория струн только самый недавний пример. Первая вещь, которую замечает сторонний наблюдатель по поводу сообщества теории струн, это его потрясающая самоуверенность. Эта позиция, конечно, вызывает отвращение физиков в других областях.    Некоторые струнные теоретики предпочитают верить, что теория струн слишком сокровенна, чтобы быть понятой человеческим существом, вместо того, чтобы рассмотреть возможность, что она может быть просто неверна.

Струнные теоретики осведомлены о своей доминирующей позиции в физическом мире, и больше всего, кажется, чувствуют, что это заслуженно, – если теория сама себя не подтверждает, тот факт, что так много талантливых людей работает в ней, определенно должен подтверждать.    Другой признак теории струн в том, в отличие от других областей физики, что имеется четкое разделение между струнными теоретиками и не струнными теоретиками. Вы можете написать несколько статей по теории струн, но это не обязательно означает, что вы будете рассматриваться струнными теоретиками как один (или одна) из них.

Способность сделать математически остроумную работу по проблемам, представляющим текущий интерес оценивается выше, чем изобретение оригинальных идей. Тому, кто публиковал статьи только с ведущими вышестоящими учеными, и чьи исследовательские предложения показали минимум свидетельств независимых решений или оригинальности легче получить место в теоретической физике.  Ли Смолин с горечью отмечает: «Тяжело не прийти к заключению, что, по меньшей мере, некоторые струнные теоретики начали рассматривать себя как участников крестового похода, а не как ученых».

Последствия этого явления, описанного в литературе под названием групповое мышление, порой трагичны.

Участники группового мышления видят себя частью замкнутой группы, работающей против внешней группы, противостоящей их целям. Можно говорить, что  группа подвержена групповому мышлению, если она:

Похожая ситуация сложилась и в российской науке. Никто не выступает против людей, которые занимаются наукой как ремеслом, чей труд основан на мастерстве технических приемов. Это то, что делает нормальную науку столь влиятельной. Но неразумно представлять, что фундаментальные проблемы могут быть решены путем решения технических проблем в рамках существующих теорий.

Но кто такие пророки? Они по определению в высшей степени независимые и само-мотивированные индивидуальности, которые так преданы науке, что они будут делать ее, даже если они не смогут жить за ее счет. Таких должно быть несколько, даже если наша профессионализированная академия недружелюбна к ним. Кто они и что они ухитряются делать, чтобы решить великие проблемы?  Они скрыты, хотя находятся прямо перед глазами. Они могут быть распознаны по их отказу от предположений, в которые верит большинство  из нас.

В дополнении к перечисленным причинам я добавлю еще некоторые важные обстоятельства, которые, с моей точки зрения, играют важную роль при принятии решений по оценки вклада ученого в науку

3. Неправильная оценка работ по теоретической физике.

Я предлагаю классифицировать все теоретические работы в соответствии с таблицей, представленной на рис.1

Рис.1

Все физические теории можно разделить на 6 типов, из которых только фундаментальные (уровня 0) создаются навсегда. Остальные 5 типов теорий носят предварительный, временный характер. Фундаментальные теории никогда не отвергаются более общей фундаментальной теорией, а только расширяются.  Стратегические работы на уровне фундаментальных теорий обобщают теоретический базис физики и являются наиболее ценной и наиболее рискованной (социальном в смысле) работай, требующей знания внутренней логики развития науки и длительных размышлений. Стратегическая работа по созданию новой фундаментальной теории делается пророками. Эйнштейн потратил десять лет, размышляя над идеями, которые стали СТО, а затем потратил следующие десять для создания  ОТО. Так что время и свобода мыслей – это все, что необходимо пророкам, чтобы изменить теоретический базис физики.

Надо отметить, что никто из физиков, работавших и работающих на уровне фундаментальной теории, не получал, как видно из таблицы,  Нобелевские премии (нобелевские лауреаты отмечены красным шрифтом) выдаются за создание и разработку полуфеноменологических, феноменологических  и единых феноменологических теорий. Сам Эйнштейн (голубой шрифт) иронически воспринял свою Нобелевскую премию, полученную за теорию фотоэффекта, которая является тактической работой полуфеноменологической квантовой теории, в то время  как его несравненно более ценная для теоретической физики работа (работа Эйнштейна-пророка) осталась без Нобелевской премии.

Очень быстро и относительно молодым ученым выдавались Нобелевские премии за создание и разработку стратегических, тактических и оперативных работ по полуфеноменологической квантовой теории (уровень I).  Шредингер, Гейзенберг и Дирак,  создавшие основные уравнения квантовой теории уже в большей степени работают как мастера-ремесленники, чем пророки. Поэтому в первые годы после создания основ квантовой электродинамики (Дирак 1928)  в физике идет напряженная дискуссия между пророком Эйнштейном (и его сторонниками Планком, Шредингером, де Бройлем, Ланжевеном)  и полупророками мастерами-ремесленниками Гейзенбергом и Дираком (и их сторонниками  Паули, Бором, Борном) по поводу физического смысла основных положений квантовой механики.  Будучи пророком, Эйнштейн утверждал, что существующая квантовая теория неполна, не является фундаментальной и не может быть отправной точкой для дальнейшего развития физики. Однако в последующее время в физике победила прагматичная точка  зрения таких мастеров-ремесленников как Паули,  Фейнман и Дайсон, которая  и привела большинство теоретиков к методу работы – «Заткнись и вычисляй».

Наиболее широкое поле деятельности для мастеров-ремесленников появилось в связи с созданием  феноменологических  и единых феноменологических теорий (уровни  III, IV). Здесь вычисления становились все более сложными, поскольку  для подгонки под эксперимент требовалось вводить все большее число свободных параметров (в стандартной модели их 15) . Я помню шутливое замечание Д.Иваненко, который говорил, что: «Если ввести в квантовую электродинамику 1-2 свободных параметра, то можно родить ребенка».  Поэтому язык не поворачивается назвать стандартную модель  физической теорией.   Что касается полуфеноменологических и академических теорий (уровни V,VI), то  здесь можно вообще не знать физику. Достаточно владеть математическими приемами и уметь использовать их в приложениях к различным математическим проблемам в физике. Эти теории надо рассматривать как некий интеллектуальный тренинг,  позволяющий наращивать «интеллектуальные мускулы» у будущих теоретиков, что тоже полезно. В этих теориях работают исключительно мастера-ремесленники, претендующие на роль пророков. Работы на этих уровнях  генетически неспособны  решить проблемы, стоящие перед теоретической физикой.

Теория Физического Вакуума поставлена мной в разряд фундаментальных теорий. Я думаю, что 20 лет работы по созданию этой теории (1968-1988 гг.) и 21 год  ожидания (1988-2009 гг.) реакции научного сообщества (в это время опубликованы статьи и монографии  по Теории Физического Вакуума,  сделаны многочисленные выступления зарубежом и России), а так же впечатляющие результаты Теории Физического Вакуума теоретического, экспериментального и технологического плана,  дают мне моральное право рассматривать мою работу как новую фундаментальную теорию 0-го уровня без ложной скромности. Не моя вина, что, до сих пор, ответственные за развитие науки чиновники и ведущие физики за рубежом и в России «не замечают» достигнутых результатов. Боле того, в России  чиновники от науки не нашли ничего лучшего, чем подвергнуть Теорию Физического Вакуума  публичной обструкции, затормозив развитие  науки в России на десятилетия.

6. Что мешает продвижению вакуумно-торсионных экспериментов.

Если по поводу той или иной теории  научному сообществу необходимо приходить к согласию, то эксперимент является фактом, который говорит сам за себя. Тем не менее, физики из КБЛ игнорируют даже факты, считая, что все эксперименты,   проведенные без разрешения   РАН, не являются «научными фактами». Следующие причины заставляют не признавать экспериментальные факты:

1. 1. Человеческая зависть. Это то, что мы мягко называем «человеческий фактор», что было и будет всегда. Наглядным примером являются  отношения между двумя великими изобретателями – Теслой и Эдисоном. Эдисон не поддержал революционные планы Тесла относительно использования переменного тока. В конце концов, они полностью поссорились, когда Тесла заявил Эдисону, что сможет на практике подтвердить простоту создания новых машин и выгоду их использования. Эдисон пообещал ему 50 тысяч долларов за проведение таких работ на одном предприятии. Тесла подготовил двадцать четыре типа устройств и полностью преобразил завод. На Эдисона это произвело огромное впечатление, но денег он не заплатил, объявив свое обещание проявлением «американского чувства юмора».
   Эдисон – бросивший все усилия на создание энергосистем постоянного тока, не смог принять концепцию электромашин переменного тока, предложенных Тесла и Тесла ушел.

Когда появились первые торсионные генераторы, тот ими, прежде всего,  заинтересовались силовые структуры, которые предложили академику РАН В.Гинзбургу разобраться с физикой явления. Не зная подхода к решению поставленной задачи, В.Гинзбург обозвал все устройства очередной чушью  и от работы отказался. Однако, в конце 80-х годов прошлого столетия, когда А.Акимов с сотрудниками создал более совершенные электро-торсионные генераторы и получил убедительные экспериментальные доказательства [1] существования нового вида взаимодействия, В.Гинзбург (из чувства зависти) организовал травлю А.Акимова и возглавил  компанию по уничтожению торсионных исследований в России.

1. 2. Средневековое  мракобесие ортодоксов. В 1931 г. Тесла продемонстрировал публике удивительный электромобиль. Из обычной автомашины извлекли бензиновый двигатель и остановили электромотор. Потом Тесла на глазах y публики поместил под капот невзрачную коробочку, из которой торчали два стерженька, которые ученый подключил к двигателю. Сказав: «Теперь мы имеем энергию», Тесла сел на место водителя, нажал на педаль, и автомобиль поехал.
   Эта машина, приводимая в движение мотором переменного тока, развивала скорость до 150 км/ч, а главное, не требовала подзарядки. По крайней мере, в течение недели, что ее испытывали. Газеты того времени трубили об этом удивительном испытании. Все спрашивали Тесла: «Откуда берется энергия?» Он отвечал: «Из эфира вокруг всех нас». Люди стали поговаривать, что Тесла вошел в союз с нечистой силой (это сказано об экспериментальном факте в, почти середине 20 века!). Обвинения «в магии и колдовстве» сопровождали деятельность Тесла постоянно. Он демонстрировал эксперименты, которые даже сегодня могли бы вызвать удивление y студентов факультетов радиоэлектроники, не то, что y простых обывателей.
   Например, Тесла включал свой трансформатор, и обычная лампа начинала светиться в его руках.

С тех времен мало что изменилось. Правда, вместо обвинения в колдовстве, современные мракобесы из РАН предпочитают называть талантливых  экспериментаторов, демонстрирующих необъяснимые  современной наукой явления, жуликами и проходимцами, которых необходимо призвать к уголовной ответственности (Э.Кругляков).

3. Незнание  аномальных экспериментов (или нежелание их знать), которые происходят не в глубинах космоса или в ускорителях элементарных частиц, а, буквально, на столе в лабораторных условиях. В механике к таким экспериментам относятся неголономные  гироскопические явления, наблюдаемые в экспериментах с инерциоидами http://www.trinitas.ru/rus/doc/0231/004a/02311026.htm , а в электродинамике выдающиеся эксперименты Н.Тесла  со скалярными электромагнитными полями  http://e-science.ru/stars/Tesla/ и их развитие последователем Н.Тесла в России А.Б.Бережным http://img1.liveinternet.ru/images/attach/b/3/3665/3665909_Dinamicheskaya_sverhprovodimost.doc .   Могут ли академики РАН Э.Кругляков и Е.Александров дать научное объяснение экспериментам  Н.Тесала и А.Бережного? Нет, конечно. Зато они могут, скрываясь под именем  анонима Конкретного, оболгать славянского гения.

1. 7. Что мешает продвижению вакуумно-торсионных технологий.

Борьба  РАН с новой физикой оказывается всего лишь отголоском глубинных процессов, происходящих в современной жизни нашей цивилизации. Развитие торсионной физики и вакуумно-торсионных технологий  неизбежно приведет нас  к смене существующей в мире  неэффективной суммы технологий. Этот процесс  позволит решить многие проблемы, которые в настоящее время оказываются неразрешимыми (например, выпуск достаточного количества дешевых приборов для диагностики и лечения  почти с 100% положительным результатом большинства распространенных болезней). Понятно, что в развитии таких технологий  заинтересовано большинство населения Земли и не заинтересованы «сильные мира сего». Питер Лидерман указывает на 4 силы (его рассуждения изложены мной в сокращенном виде), которые тормозят развитие  новейших, в том числе и торсионных, технологий  http://www.trinitas.ru/rus/doc/0016/001c/00161555.htm .

Первой Силой, лишающей людей возможности использовать новые торсионные  технологии,  являются  «Богатейшие Семьи мира. Их план заключается в обладании контролем 100%  всех видов ресурсов, что позволит, в итоге, контролировать жизнь каждого человека, путем открытия (или закрытия) доступа ко всем товарам и услугам. Они руководствуются воображаемым «божественным правом вершить власть», алчностью и неутолимым желанием контролировать все, кроме самих себя. Средства, используемые ими в борьбе по запрету новых технологий, включают в себя запугивание, разоблачение «экспертами» (в нашем случае Комиссией по борьбе с «лженаукой»), покупка технологий с целью «похоронить» их, а также целый ряд финансовых стимулирующих и дестимулирующих мер, используемых для манипуляции возможными сторонниками. В крайних случаях, угрозы самим изобретателям и членам их семейств, их  убийства.  Также ими стимулируется насаждение постулатов научной теории, утверждающей, что получение, например,  «свободной энергии»,  изначально невозможно.

Второй Силой, препятствующей развитию новых технологий, являются Национальные Правительства. В данном случае речь идет не столько о конкуренции в сфере эмиссии денежных средств, сколько в обеспечении Государственной Безопасности. Дело в том, что мир «снаружи» представляется Правительствам  джунглями, а люди — жестокими, нечестными и коварными. «Обеспечение общественной безопасности» является делом Правительства. С этой целью Исполнительная Власть Правительства наделена особыми «полицейскими полномочиями» для поддержания «власти закона».    Большинство Национальных Правительств методом проб и ошибок пришли к выводу, что единственная политика в отношении других стран, которая действительно работает, это так называемая политика «Зуб за Зуб». Это значит, что правительства относятся к другим правительствам именно так, как те относятся к ним. В мировой политике постоянно идет гонка за обладание наибольшим влиянием в мире, что приводит к тому, что побеждает сильнейший! В экономике есть Золотое Правило, которое гласит: «У кого есть деньги, тот и пишет законы». Этот закон применим и к политике, в которой, однако, наблюдается более дарвинистский подход.

Ни одно из Национальных Правительств никогда ни сделает чего бы то ни было, что дало бы их соперникам какое-либо преимущество. Это бы являлось общенациональным самоубийством. Любая деятельность любого субъекта, совершаемая как в самом государстве, так и за его пределами, и трактуемая как направленная на достижение противником хотя бы минимального преимущества, всегда будет рассматриваться как угроза «Национальной Безопасности». Всегда!

Способы, используемые для воплощения в жизнь данных концепций, включают в себя: отказ в выдаче патентов, имеющих отношение к Национальной Безопасности, легальное и нелегальное правовое преследование изобретателей, проверки налоговыми службами, угрозы изобретателям и членам их семейств, их  убийства,  прослушивание телефонных разговоров, аресты, поджигательство, кража собственности в процессе ее транспортировки, а также множество других разнообразных способов преследования и запугивания, которые делают невозможным процесс создания и продвижения на рынке новых эффективных  технологий.

Третью силу, действие которой направлено на то, чтобы лишить людей возможности получить доступ к торсионным технологиям, составляет группа сумасшедших изобретателей, явных шарлатанов и мошенников. На периферии выдающихся научных прорывов в разработке торсионных технологий, находится сумрачный мир необъясненных аномалий, маргинальных изобретений и неразборчивых пропагандистов. Две первых Силы постоянно используют возможности средств массовой информации для того, чтобы показывать общественности худших представителей этой группы, отвлекать внимание общественности и дискредитировать реальные достижения, ассоциируя их с явным мошенничеством.

За последнюю сотню лет мир увидели десятки историй о необычных открытиях. Некоторые из этих идей настолько приковали к себе внимание общественности, что мифы о них продолжают существовать по сей день. В этой связи на память сразу приходят имена Кили, Хаббарда, Колера,  Хендершота, Тесла, Хатчисона, Бережного и многих других.  За этими именами, возможно, и скрываются реальные технологии, но техническая информация о них, которой обладает общественность, не позволяет прийти к какому-либо определенному выводу. Однако эти имена по-прежнему ассоциируются с мифологией о новой энергетики и постоянно приводятся «разоблачителями» как примеры мошенничества.

Многие изобретатели переоценивают свои достижения. В данном случае наблюдается комбинация «золотой лихорадки» и/или «комплекса мессии», которая бросает тень на все будущие работы этих исследователей. Поскольку нить исследований, ведущая их, сулит большие перспективы, изобретатели начинают выдавать энтузиазм за факты, от чего сильно страдает сам процесс научного исследования. Сильное и коварное искушение думать, что «мир покоится па твоих плечах» и что ты являешься спасителем человечества, которому могут поддаться изобретатели, может уничтожить их личность. С людьми, которые полагают, что вот-вот станут фантастически богатыми, творится что-то страшное. Требуется колоссальная внутренняя дисциплина для того, чтобы оставаться объективным и скромным в своих желаниях, находясь рядом с работающей машиной,  действительно вырабатывающей, скажем, «свободную энергию». Психика многих изобретателей не выдерживает только от одной мысли, что они изобрели подобную машину. С падением общего уровня науки у некоторых изобретателей вырабатывается «комплекс преследования» — они придерживаются защитной тактики и становятся неприступными. Причиной этому являются стремление к самовозвеличиванию, алчность, желание обладать властью над другими людьми, и ложное ощущение собственной значимости.

Четвертая Сила, лишающая людей возможности использовать  торсионные технологии — это мы сами и наше низкое сознание. Нам, возможно, легко осознать, насколько ограниченны и жалки по своей сути мотивы, которыми руководствуются остальные Силы, но, по сути, эта же мотивация присуща и многим из нас. Разве, подобно Богатейшим Семьям, каждый из нас не лелеет в тайне мечты о собственном превосходстве и о контроле над другими, вместо того, чтобы контролировать самих себя? И разве, не «продались» ли вы, если бы, скажем, вам заплатили миллион долларов наличными сегодня же? Или, подобно Правительствам, разве не хотим мы обеспечить свою безопасность? Разве, нaxодясь в здании горящего зaполнeннoгo до отказа театра, мы не расталкиваем в панике более слабых людей, в безумном порыве пробираясь к выходу? Разве, подобно сбитому с толку изобретателю, мы не занимаемся самообманом, оказавшись перед лицом «неудобного» факта? Не большего ли мы о себе мнения, являясь представлением о нас других людей, имеющих, зачастую, противоположную точку зрения. И разве не боимся мы неизвестного, даже если оно и сулит нам многое?

Момент, когда люди всего мира получат возможность использовать преимущества торсионных технологий, будет являться началом действительно цивилизованной эпохи. Это будет эпохальным моментом в истории человечества. Никто не сможет использовать преимущетсва торсионных технологий в своих корыстных целях. Никто не сможет «нажиться» на них. Никто не сможет «править миром» с их помощью. Они являются просто Подарком от Бога. Торсионные технологии вынуждают нас быть более ответственными за собственные поступки, а также вынуждают быть более сдержанными в нужных ситуациях. Мир с его нынешним устройством не может получить доступ к торсионным технологиям без того, чтобы полностью измениться, преобразовавшись во что-либо противоположное. Наша «цивилизация» достигла вершины собственного развития, поскольку сама же и посеяла зерна необходимости быть в конечном итоге преобразованной. Мы можем теперь общаться друг с другом легче и эффективнее, чем раньше. Интернет предоставляет нам, Четвертой силе, возможность преодолеть совместное сопротивление других Сил, препятствующих распространению торсионных технологий.

1. 8. Социально-правовая беззащитность творцов новой науки и техники

Моя более чем сорокалетняя работа в  науке и мои усилия  по внедрению   торсионных технологий  в жизнь позволили мне получить  жизненный опыт, который имеет много общего с судьбой многих ученых и изобретателей. Я хотел бы обратить внимание читателей на социальное явление, которое можно назвать «синдром Сократа». Вспомните, за что общество осудило Сократа на смерть – за то, что он просто ходил и разговаривал с людьми. Сократ не призывал к свержению существующей власти и не обличал в неблаговидных поступках влиятельного чиновника, он, обладая незаурядным умом,  показывал людям, что все в этом мире относительно, что все их «абсолютные истины» относительны и являются всего лишь предметом договоренности людей между собой. Человек уходил после разговора с Сократом  в состоянии растерянности, поскольку  начинал осознавать, что  все его жизненные ориентиры оказались основанными на «пустоте».  Для простого человека потеря твердых жизненных ориентиров  связано с потрясением его уверенного в себе существования, что социально недопустимо. Поэтому люди «сократовского типа» являются социально опасными «типами» и должны быть «наказаны». Кто такой Сократ – философ творец. Кто такой первопроходец в науке и технике – ученый творец и изобретатель творец. Тот, кто сотворил в науке и технике новое должен доказать, что он прав, поскольку  для  этого рода человеческой деятельности существует «презумпция виновности». Если творец проявил себя, то он уже «виновен»  и должен доказывать, что он прав. Это ставит творцов науки и техники в неравное  социальное положение (положение изгоя) по сравнению с другими людьми, участвующими в развитии науки и техники. В результате, творец нового оказывается социально незащищенным и подвергается нападкам всех, кому ни лень на любом уровне его социального продвижения.  Творчество невозможно без внутренней свободы, но именно это, в первую очередь,  общество (в лице  начальников по работе) старается лишить творца.

Предположим, что вы творец и вам (после многих лет «каторжной» работы)  на 100% удалось обобщить фундаментальную 0-го уровня теорию. Представляете ли вы, какая работа по внедрению новой теории в науку  предстоит вам после этого? Я думаю, что не представляете. Прежде всего, вы «затронете» интересы всех высокопоставленных ученых, которые работают в этом направлении и они сделают все, чтобы о вас никто не знал. Они не будут публиковать ваших статей, поскольку ваша работа «противоречит давно установленным и экспериментально проверенным фактам». Попытки объяснить этим «дядям», что все существующие теории описывают всего лишь модель реальности, а не саму реальность, и что любая модель, включая общепризнанную, ограничена и может быть обобщена,  в лучшем случае, приведет к требованию, чтобы вы предсказали новый эксперимент, который сами же должны провести. Предположим невероятное – вы это сделали (я опускаю историю о том, как вы – теоретик нашли время и деньги для создания экспериментальной установки, проведения эксперимента, обработки и осмысления экспериментальных   данных). Если вы думаете, что к вам после этого бросятся с криками восторга, то это напрасно. Лучше подумайте скольких «маститых ученых» вы потесните на социальной лестнице в случае признания вашей работы. Кто же на это согласится.  Да, я забыл сказать еще одну важную для вас «правду жизни». Когда вы, по наивности, будете ходить к разным академикам- специалистам по вашей тематике, с просьбой прокомментировать вашу работу и, по возможности, рекомендовать ее к публикации, то будет два исхода: либо вашу работу «потеряют» (обычно она всплывает в виде слегка переделанной статьи в иностранном журнале),  либо, что бы отвязаться, скажут, что не  являются специалистами в этой области.

Поняв, что результаты общения с научной общественностью нулевые, вы просто садитесь и пишите книгу (находите время и деньги на ее написание и издание),  считая, что с изданием книги на вашу работу  обратят внимание. И это действительно происходит. Вас заметила общественность, которая начинает беспокоить ответственных за науку чиновников, прося их дать оценку вашему труду. «Зажатые в угол» академики, наконец, замечают ваше существование в этом мире. Выбор у них невелик: да или нет. Догадываетесь, что они выберут?  Правильно. Но не просто «нет», а добавят к этому, не читая вашей книги,  такие эпитеты как: шарлатан, мошенник, лгун, неуч и т.д.  Вы один, а их много, вы никто, а они академики. Кому поверят? Правильно, поверят им, поскольку и те, кто спрашивают, и те, кто отвечает, подвержены «синдрому Сократа». Так проще.

Напомню, что вы сделали наиболее востребованную обществом 100% правильную научную работу. Со временем она начинает работать сама по себе, инициируя создание новых технологий. Люди начинают зарабатывать деньги на этих технологиях. Их становится все больше, но о вас уже забыли.  Теперь академики борются не с вами, а с новыми технологиями, которые вы инициировали. Дурдом какой-то. И это еще не все. Объективно ваша работа,  со временем, принесет обществу огромную прибыль. Например, уравнения Максвелла  позволили создать продукцию, стоимостью  несколько сотен триллионов долларов (порядка $). Поэтому фундаментальные 0-го уровня работы должны оцениваться обществом никак не меньше, чем заработок выдающихся спортсменов (боксеров, футболистов, хоккеистов) или звезд шоубизнеса уже при вашей жизни. Однако,  благодаря «усилиям академиков», вы не имеете ничего. Скажите, разве это справедливо и разве работающие  технологии не являются доказательством  важности вашей работы?

Не лучше дело обстоит с внедрением выдающихся изобретений. Гений изобретательства – Никола Тесла почти сто лет назад создал в электродинамике столько и такого, что до сих пор многое и повторить-то не могут. В силу социальной незащищенности и большого соблазна украсть выдающееся изобретение,  изобретатели находятся в   худших условиях, чем ученые. Я имел разговор на эту тему с бизнесменом из Америки, который откровенно сказал мне, что  может любой существующий  патент  запатентовать на свое имя, используя группу из наемных адвокатов. На него подавались иски в суд,  но он ни разу не проиграл  в судебном процессе, еще раз доказывая, что сила  в ресурсах,  а не в законе. А какие ресурсы у изобретателя, если он все свободные  ресурсы тратит на развитие своего детища?

К сожалению, в таких условиях шансов на «победу», даже при 100%  правильной научной или технической работе, у вас, почти,  нет.

Заключение

Древняя пословица гласит: «Предупрежден,- значит спасен». Эта статья была написана для тех, кто выберет тернистый путь поиска нового в науке и технике.    Я еще раз напоминаю читателю, что безуспешная борьба РАН с торсионной наукой ведется вот уже 19 лет!  За это время выросло новое поколение физиков, которому, рано или поздно, придется понять, что же происходит в науке?  По важности и по масштабам научных исследований торсионная физика сейчас намного превосходит  в прежние времена генетику и кибернетику, когда один или два недальновидных, но наделенных властью чиновника могли затормозить научные исследования малочисленной группы продвинутых ученых. Сейчас цитадель науки – РАН, вопреки здравому смыслу, выступает против своего будущего, применяя при этом самые отвратительные далеко не этичные приемы и  используя при этом  самую «базарную» терминологию,   которой могут позавидовать одесские торговки.

Чего добилась РАН за эти годы, так это отвращение молодежи к науке вообще и физике в частности. Молодежь прекрасно ориентируется в происходящем, видя, как  маразматического возраста академики, будучи у руля науки, жонглируют судьбой талантливых людей, зная, что им  «за это ничего не будет». Поэтому на физическом факультете МГУ число студентов на отделение «Менеджмент и физика» (руководить учеными)  превышает в несколько раз  число требуемых, а на кафедру теоретической физики (на «каторжную теоретическую работу» по выражению Д.Д.Иваненко) существенный недобор.

Если бы меня сейчас спросили, стал бы я заниматься теоретической физикой, зная,  с чем мне придется столкнуться?  Честно отвечу, – у меня нет уверенного ответа.

Литература

1. Акимов А.Е.  Эвристическое обсуждение проблемы поиска дальнодействий: EGS –концепция. М., 1991. 63 с. Препринт МНТЦ ВЕНТ, № 7А.
2. Cartan E. // Compt. Rend.1922. Vol. 174, p. 437.
3. Иваненко Д.Д., Пронин П.И., Сарданашвили Г.А. Калибровочная теория гравитации – М., Изд. МГУ, 1985.
4. Обухов Ю.Н., Пронин П.И. Физические эффекты в теории гравитации с кручением. Итоги науки и техники, Сер. Классическая теория поля и теория гравитации. Т. 2, Гравитация и космология, 1991, С. 112.
5. Шипов Г.И. Теория Физического Вакуума, теория эксперименты и технологии, М., Наука, 1997. 450 с.
6. Shipov G. Descartes’ Mechanics – Fourth Generalization of Newton’s Mechanics.  In  “7” Intern. Conference Computing Anticipatory Systems –HEC – ULg, Liege, Belgium, 2005. P.36.
7. Магнус К.,  Гироскоп теория и применение, . M.: Mир, 1974, 526  p.
8. Козлов С. //   Еще одна правда о тепловых генераторах. «ЖКХ: Технологии и оборудование»  № 6, 2006,  с.38.
9. Стребков Д.С., Некрасов А.И. // Резонансные методы передачи электрической энергии. М:, ГНУ ВИЭСХ, 2006, 304 с.
10. Roy R., Agraval D., Cheng J., Cedevanishvili S. // Nature, 399, 668 (1999).

Доклад, прочитанный на Международной научно-общественной конференции «130 лет со дня рождения Елены Ивановны Рерих» (8-11 октября 2009 г.).

Процесс ознакомления с Живой Этикой, как и со многими другими философскими системами, разумеется, связан, прежде всего, с текстами первоисточников. Вместе с тем, соприкосновение с идеями данной философской системы может происходить в разных формах, например, через художественные полотна Николая Константиновича Рериха, отобразившего, как известно, многие из этих идей в различных сериях своих картин. Но, кроме того, и сами залы музея, где размещены эти картины, могут также преобразиться в особое поле познания, в котором значительную роль играет глубоко внутреннее, интуитивное восприятие. Такое пространство знания и самого познания создано в зале Живой Этики в московском Музее имени Н.К.Рериха. В его музейной экспозиции в образно-художественной форме с помощью экспонатов и специального оформления подан ряд основных идей Живой Этики, предоставлена возможность в какой-то мере ощутить дух этой философской системы, за которой стоит целое мировоззрение. Сколь это было непросто, остается только догадываться. Родилась не только неповторимая, не имеющая аналогов экспозиция, но и был явлен новый, уникальный опыт в музейном деле в целом. Автором художественной концепции зала Живой Этики выступила Людмила Васильевна Шапошникова – генеральный директор музея, крупнейший исследователь той философской системы, которой посвящен данный зал.

Один из главных моментов, который, прежде всего, хотелось бы отметить, это то, что зал Живой Этики несет в себе смысл действия космической эволюции на нашей планете.

«Веления Космоса», «единство системы человек – планета – Вселенная», «воздействие и ведущая роль Высшего»… Все эти явления глубоко связаны, и в этой взаимосвязи во многом отражен смысл самой космической эволюции. Эта эволюция самым тесным образом связана с процессом, который именуется метаисторией. У любого явления на Земле есть причина более высокого плана, связанная с действием космической эволюции. Так, метаистория – причинна по отношению к истории земной.

Концепция метаисторического процесса раскрыта в работах Людмилы Васильевны Шапошниковой, из которых мы узнаем и об этой причинности (см.: [12, с. 29]), а также о том, что этот процесс полностью согласован с космической эволюцией [12, с. 34]. Кроме того, метаисторический импульс идет через человека, через конкретную личность [12, с. 29]. Великие Подвижники и Учителя – носители Знания – были главными действующими лицами в метаисторическом процессе. Через них шли необходимые человечеству знания, а в отдельных случаях личности высокого развития несли особую мощную энергетику для формирования самого метаисторического процесса.

Образно говоря, в зале Живой Этики представлена панорама метаистории; в зале присутствует дух вот этого невидимого потока, идущего, говоря словами Николая Константиновича Рериха, «помимо историков». И эту метаисторию человек ни в коем случае не должен отделять в своем сознании от земного исторического процесса. В противном случае человечество будет рассогласовано с действием самой космической эволюции, что несет в себе многие бедствия. К сожалению, современная историческая наука преимущественно изучает лишь малую часть общего потока истории, лишь видимую его вершину. Причем именно самая главная, причинная часть оставляется учеными в основном без внимания. Экспозиция же зала Живой Этики в образно-художественной форме обращает внимание на этот основной, внутренний поток истории в целом.

Надо сказать и о том, что через великие Облики, присутствующие в зале на полотнах и в виде скульптур, как бы просматриваются узловые моменты исторического процесса. Живая Этика помогает осмыслить суть этого процесса, выявить в нем глубокие причинно-следственные связи, так как рассматривает его, как и все явления, с позиции взаимодействия духа и материи. И если мы говорим об эволюции космических масштабов, тонко ощущаемой в зале Живой Этики, то, естественно, исторический процесс неотъемлем от нее, что раскрывается в данной философской системе. Например, центральная скульптурная композиция вызывает образ того, что у земного культурно-исторического процесса существует связь с высшими структурами Мироздания. Говоря языком Живой Этики, речь идет о взаимодействии этого процесса с ритмами такой высокой энергетической структуры одухотворенного Космоса, как Космический Магнит. Раскрытая в Живой Этике концепция космического единства основывается именно на существовании одухотворенного Космоса, на действии в нем разумных сил иных, более высоких, ступеней космической эволюции, которые составляют уходящую в беспредельность Иерархию. Речь идет о Космосе, в котором господствует не случайность, а определенные законы, по которым выстраивается развитие всего сущего, в том числе и человека.

Согласно Живой Этике, тот, кто отдал себя на великое Служение, неотъемлем от Космического Магнита, от его эволюционных ритмов (см.: [9, с. 350, п. 49]). Облики Великих Учителей, духовных водителей и подвижников, изображения которых находятся в зале, несут собой, своими деяниями смысл этой высокой связи, смысл неизбежности Велений Космоса в земном историческом процессе. Эти космические Веления, идущие из источника, сложенного материей высокого состояния, проявляются на Земле в виде определенного метаисторического импульса, который действует через великих личностей, тех, кого мы называем вестниками космической эволюции. Они были проводниками творчества этой эволюции на нашей планете (см.: [12, с. 29]). В целом, мы подошли к одному из важнейших законов Мироздания: лишь Высшее продвигает низшее, и другого пути, как показывает опыт веков, не существует.

Согласно Живой Этике, творчество духа человека очень обширно, оно протекает в контексте космического строительства. Человек по природе своей не должен обосабливаться от космического творчества в целом, так как он есть «творческий исполнитель Космической Воли». В Живой Этике говорится о необходимости развития в себе созвучия с Высшим, так как без устремления к этому созвучию нет и самого творчества (см.: [1, с. 45, п. 72]). В конце концов, перед человечеством стоит задача понимания реальности и, насколько позволяет сознание, сущности Высшего, самой его эволюционной необходимости. Зал Живой Этики с разных сторон подводит посетителя к этой проблеме.

В связи с этим необходимо сказать несколько слов о тех образах, которые несет в себе масштабная диорама. Прежде всего, – это образ Заповедной Страны – как духовно-культурного и энергетического сердца нашей планеты, единого источника Знаний, а также многообразной Помощи, в том числе в виде предупреждений или советов Учителей, о которых знает история. Та реальность, которая стоит за этим Источником и многие грани которой отражены в исторических текстах и преданиях различных народов мира, существующих на огромных пространствах евразийского материка, свидетельствует о необходимости ведущей роли Высшего начала в эволюции земного человечества.

Далее, – это образ устремления к Высшему, к Заповедной Стране – как важнейшего движущего эволюционного фактора. В диораме это устремление символизирует фигура Певца. В Живой Этике есть красивые слова: «Устремление – ладья Архатов. <…> Устремление – ключ от всех пещер. <…> Устремление – книга будущего. Устремление – мир явленный. Устремление – число звезд» [2, с. 35. Ч. 2, I, п. 2]. Согласно этой философской системе, устремление есть определенный закон (см.: [1, с. 140, п. 289]), с которым связан целый ряд важных явлений в эволюции человека.

Еще один яркий образ, который несет диорама, – это образ принесения новых знаний – как импульса космической эволюции в отношении земного человечества. Эти знания приносятся высоким духом, Учителем, являющимся субъектом этой эволюции. В диораме данный образ конкретизируется фигурой женщины с огнем, словно бы сошедшей с одной из картин Николая Константиновича Рериха. Картина называется «Агни Йога» и посвящена Елене Ивановне Рерих, открывшей человечеству новые эволюционные возможности. Наступавший новый виток эволюции будет напитан энергией женщины, а одной из важных особенностей Нового мира будет та ведущая роль, которую сыграют именно женщины в его становлении. Новая эпоха называется эпохой Матери Мира, возвышенный образ которой венчает композицию скульптур в центре зала. Образ Матери Мира, стоящей, как писала Е.И. Рерих, во главе Иерархии Света нашей планеты, может, в контексте осмысления упорядоченности Мироздания, представляться как Матерь Рождающая, или Пространство, которая есть вечная Причина, Корень всей Материи и Вселенной (см.: [5, с. 339]).

Сама центральная композиция скульптур, созданная в виде пятигранной пирамиды, также может вызывать целый ряд образов. Известно, что пирамида как таковая символизирует иерархию, которая существует во Вселенной. Если говорить о Живой Этике, то в ее системе познания раскрывается смысл Иерархии как одного из великих законов Космоса. Согласно этой философской системе, принцип Иерархии является ведущим в Мироздании. Конечно, к эволюционному процессу на нашей планете это имеет непосредственное отношение. Живая Этика содержит знания о том, что понимание и принятие закона Иерархии несет большие достижения в развитии человечества. Любое эволюционное строительство основано на данном законе (см.: [1, с. 45-46, п. 73]).

Кроме того, пирамида вообще – это глубокий символ единства: в продвижении от ее основания, представленного множественностью, мы приходим к вершине, сводящей многообразие и дифференциацию нижнего плана к великому единству в высших пространствах Космоса.

Также, надо сказать о том, что центральная скульптурная композиция вызывает некоторые ассоциации с таким описанным в Живой Этике явлением, как «узловые Учения». Речь идет о том, что между Знаниями ряда веков или меньших периодов существует связь, завершающаяся так называемой заключительной кульминацией, даваемой человечеству каждое столетие. В Живой Этике приводятся примеры таких отношений: христианство кульминировало мудрость классического мира, Заповеди Моисея кульминировали древний Египет и Вавилон. А сама Живая Этика, как сказано, заключает «Тайную Доктрину» Елены Петровны Блаватской. Причем, такая заключительная кульминация, как отмечается в Живой Этике, «фактически движет миром по линии человечности» (см.: [8, с. 27, п. 79]). По существу, все даваемые человечеству высокие знания неизбежно ведут к этому движению мира по линии человечности. Обращаясь к скульптурной композиции, можно уловить в ней мировое развитие этики, все той же человечности, или культуры. Причем это развитие представлено в окружении Космоса, что очень символично, так как Елена Ивановна и Николай Константинович Рерихи подняли явление культуры на новый уровень осмысления, рассматривая его как важную составляющую процесса космической эволюции.

Число граней центральной композиции, а этих граней пять, также можно рассмотреть с точки зрения символики. Например, согласно пифагорейской теории чисел, число пять – пентада – символизировало победу духовной природы над материальной: пентада формировалась таким действом как победа героя над драконом (элемент земли) тело которого (его символизировало число четыре – «тетрада») поражалось мечом (число один – «монада»). Также, согласно описанию пифагорейских чисел, пентаде, или числу пять, соответствуют определенные ключевые слова, среди которых «примирение», «бессмертие», «сердечность», «провидение», «звук». Также данное число несет в себе смысл равновесия и выступает символом природы. Кроме того, пентада символизирует пятый элемент, то есть эфир – основу жизни и жизнеспособности. По учению пифагорейцев элементы земли, воды, воздуха и огня проницаемы для эфира. Поэтому для них пентаграмма была символом жизненности, здоровья и проницаемости (см.: [10, с. 314-315]). В доктрине пифагорейцев число пять соединяет в себе тройку как знак Неба и число два как знак Земли, оно объединяет законы природы и человеческого творчества. Пять граней пирамиды несут в себе великие Образы тех, кто в веках нес человечеству знания, раскрывающие смысл единства законов земных и небесных, Макрокосма и микрокосма. Эти знания входили в человека одновременно с происходившим в нем сложнейшим процессом обретения власти духа над плотно-материальной природой. Не случайно число пять есть символ человека-микрокосма. Над пирамидой – Космос, под ней – Земля, и человек здесь является как бы соединительным звеном между небом и землей.

В сущности, все великие Учения, принесенные в мир тем или иным Учителем, способствовали развитию связи Макро- и микрокосма, так как восприятие человеком этической стороны Учений имело своим следствием энергетический аспект процесса. Иными словами, в человеке накапливалась так называемая психическая энергия; ее развитие происходит в результате сердечного устремления к высшему качеству жизни, совершенствованию, благодаря выработке и применению всех лучших качеств – любви, добра и т.д. (см.: [6, с. 148]). Согласно Живой Этике, психическая энергия сосредотачивается в сердце, являясь его энергией (см.: [7, с. 103, 106, п. 2, 14]). В то же время, психическая энергия выступает высшим аспектом всеначальной огненной энергии, которая, в свою очередь, наполняет все Сущее [3, с. 51, 52]. Само же сердце человека находится в неотъемлемой связи от его духа, который, будучи самоорганизующейся системой, приводит нас к понятию культуры. В итоге, именно через постижение сущности культуры можно подойти к осмыслению тех аспектов, которые раскрывают эволюционную связь человека с Мирозданием. Психическая энергия – это, конечно, лишь один из таких аспектов.

Также надо сказать о том, что само расположение именно в зале Живой Этики скульптурных портретов десятков великих Подвижников всех времен, свидетельствует о том, что у Живой Этики, у знаний, которые она несет, есть мощный фундамент в мировой мысли и культурной истории. Е.И. Рерих отмечала, что Учение, идет «от древнейших времен, от самых Истоков Знания Света» [4, с. 347]. В связи с этим хотелось бы привести следующий фрагмент из книги «Сердце»: «Во все времена, беспрерывно, Учение Жизни проливается на землю. Невозможно представить себе земное существование без этой связи с Невидимым Миром. <…> Но среди ливня Благодати, как в морских волнах, можно усмотреть ритм с особыми разрешительными нарастаниями, тогда появляются Учения. Так можно уяснить ритм всего мира сего с нарастанием и нырянием, словом, начертить эволюцию Сущего» [7, с. 107, п. 17].

Этот единый мировой ритм, в котором складываются особые условия для возникновения на протяжении веков целого ряда Учений, можно уловить в сюжетах картин Н.К.Рериха, которые присутствуют в зале и которые несут в себе важные вехи духовного развития земного человечества и, в частности, его пятой расы. В этих полотнах, говоря языком Живой Этики, начертана эволюция Сущего, идущая как бы волнами, или, другими словами, по спирали, в которой есть участки нарастаний, когда человечеству предоставляется возможность подняться на новую ступень.

Важно то, что это есть единый процесс, все это – единое ожерелье Учений, пронизанное одной целью – продвинуть эволюцию человечества и усовершенствовать то состояние материи, в пространстве которой это человечество действует. Живая Этика находится в данном процессе, поэтому ее нельзя рассматривать в отрыве от этого мирового ритма, который можно ощутить с помощью полотен Н.К.Рериха и особой атмосферы зала.

Далее, как следует из приведенного фрагмента, источник единого и необходимого для развития человечества знания находится в области иного, более высокого состояния материи по сравнению с материей нашего земного, плотного, мира. И принесение на протяжении веков эволюционных знаний является результатом соответствующей связи с этой иной материей. Здесь мы снова входим в область метаисторического процесса, который протекает на нашей планете, и в котором в веках участвовали выдающиеся исторические личности.

Если опять же говорить о центральной скульптурной композиции, то она в определенной мере может отображать некоторые важные моменты, связанные с таким явлением, как миф. Если рассматривать пирамиду в целом, то нельзя не заметить, что само ее основание, или первая ступень, (а выше уже был отмечен особый символизм множественности, присутствующий в этом основании) расположено на специальном возвышении, несущем на своих гранях подсвеченные изображения мифологических божеств древнейших культурных регионов планеты: Кетцалькоатль, Афина и т.д. Известно, что из мифологии проистекают все, развившиеся позднее, формы познания – философия, наука, искусство и др. Отображение этого можно найти в самом расположении первой ступени, или основания пирамиды – символа множественности – на возвышении с изображениями мифологических божеств. И именно в основании пирамиды в лице выдающихся философов, ученых, художников, музыкантов и поэтов как бы отображен результат произошедшего в более поздние века дробления когда-то единого знания. Конечно, в то же время, эти великие творцы, как правило, обладали глубокими познаниями и во многих других областях, неся в себе необходимый для эволюции синтез.

Точно так же, если рассматривать данную пирамиду сверху вниз, можно заметить, что ее верхняя часть представлена Учителями и древними вождями того периода, когда еще царствовал миф: Риши Вьяса, Эхнатон, Моисей и др. Продвигаясь вниз, мы приходим опять же к множественности основания, то есть к множественности знаний, источником которых когда-то был миф.

Итак, с одной стороны – эпоха мифа вверху пирамиды, а с другой – миф под ее основанием. Думается, что это не случайно. Во-первых, выше мы уже говорили о метаистории. И мифология – это яркое проявление метаистории, ибо миф – это знание, причем специфическое, это информация, которая шла из глубин Космоса, из областей иной, высокой по своему состоянию, материи. А метаистория связана с таким высоким знанием. И, во-вторых, как известно, именно мифологическое мышление явилось тем источником, из которого вышли два направления человеческого познания – научное и метанаучное (см.: [13, с. 7]). Сама же сущность мифа лежит в пространстве великого космического закона двойственности, иными словами, двойственность всегда была присуща мифу (см.: [11, с. 170]). Закон двойственности находит проявление во взаимодействии духа и материи (по сути, неразделимых явлений). Это взаимодействие, эту двойственность несет в себе и сам человек (см.: [11, с. 170], [13, с. 51-52, 59]). В конечном итоге мы приходим к необходимости осмысления существования материи (или духо-материи) иного состояния, иных измерений, или инобытия, с которым тесно связаны и духовное пространство человека, и, соответственно, мифология, и метанаучное познание (см.: [11, с. 170]).

В заключение хотелось бы отметить, что духовный контакт посетителя с экспозицией зала Живой Этики, с его многочисленными образами, которые вызывают соответствующие ассоциации – это тоже способ познания. И каждый пришедший в этот зал будет в своей мере осмысливать то, что в нем заложено, ибо его экспозиция имеет ряд уровней постижения, которые поднимаются, как по спирали, все выше и выше. И в этом постижении будет все более ощущаться дух героического творчества Елены Ивановны Рерих, посвятившей свою жизнь Живой Этике, а также созданию самих условий для будущего развития человечества. Этот дух присутствует в зале, придавая особую торжественность каждому его экспонату.

Международный Центр Рерихов

Л И Т Е Р А Т У Р А

1. Иерархия. Учение Живой Этики. – Рига: Угунс, 1992. – 218 с.

2. Община (Урга). – М.: Международный Центр Рерихов, 2004. – 304 с.

3. Рерих Е.И. Беседы с Учителем / Е.И. Рерих // Новая эпоха. – 1999. – № 1. – С. 49-56.

4. Рерих Е.И. Письма: в 9 т. Т. 2 (1934 г.). – М.: Международный Центр Рерихов, 2000. – 576 с.

5. Рерих Е.И. Письма: в 9 т. Т. 3 (1935 г.). – М.: Международный Центр Рерихов, 2001. – 768 с.

6. Рерих Е.И. Письма: в 9 т. Т. 5 (1937) / Е.И. Рерих. – М.: Международный Центр Рерихов, 2003. – 384 с.

7. Учение Живой Этики: в 6 т. Т. 3. [Сердце] [гл. ред. серии А. Жуков]. – М.: Русский Духовный Центр, 1992. – 384 с.

8. Учение Живой Этики: в 3 т. Т. 3 [Мир Огненный. Ч.1] / [сост. Г.Е. Чирко]. – СПб.: Отд-ние изд-ва “Просвещение”, 1993. – 814 с.

9. Учение Живой Этики: в 3 т. Т. 3 [Мир Огненный. Ч.3] / [сост. Г.Е. Чирко]. – СПб.: Отд-ние изд-ва “Просвещение”, 1993. – 814 с.

10. Холл Мэнли П. Энциклопедическое изложение масонской, герметической, каббалистической и розенкрейцеровской символической философии / Пер. с нем. С. Целищева. – М.: Эксмо; СПб.: Мидгард, 2007. – 1008 с.

11. Шапошникова Л.В. Великое путешествие: в 3 кн. Кн. 3. Вселенная Мастера / Л.В. Шапошникова. – М.: Международный Центр Рерихов, 2005. – 1088 с.

12. Шапошникова Л.В. Земной маршрут космической эволюции // Культура и время. – 2008. – № 4. – С. 28-55.

13. Шапошникова Л.В. Философия космической реальности [вступ. ст.] / Л.В. Шапошникова // Учение Живой Этики. Листы Сада Мории. Кн. 1. Зов. – М.: Международный Центр Рерихов, 2003. – С. 5-165.

Маленький шедевр природы: мозг пчелы объёмом всего 1 мм3 содержит зрительные доли (участки LA, ME и LO), обладающие схемами для опознания цвета, детекции движения, определения граней и фиксации поляризации, грибовидное тело (MB), отвечающее за обучение и память, чашечки (Ca), включающие нейроны, необходимые для восприятия механических воздействий, антеннальные доли (AL) и ряд других специализированных отделов (иллюстрация Current Biology).

Насекомые могут быть практически столь же умны, как крупные животные. Об этом говорит исследование, проведённое специалистами из Лондонского университета королевы Марии (Queen Mary, University of London) и Кембриджа (University of Cambridge).

Один миллиграмм веса и менее миллиона нервных клеток — таков мозг пчелы. Сложно представить, что на этой базе можно «выстроить» сколь-нибудь развитый ум. Для сравнения: у взрослого человека мозг весит примерно 1,3 килограмма и содержит 85 миллиардов нейронов.

Однако британцы полагают — размеры решают далеко не всё. Они составили компьютерные модели на основе информации об анатомии и физиологии нервных систем насекомых с главным упором на пчёл, а также учли в своей работе сведения о нескольких десятках умений данных созданий, их сложном поведении и обучении.

Смоделировав работу нейронных цепей, авторы работы высчитали, что для способности к простому счёту животному достаточно нескольких сотен нервных клеток. А для того чтобы обладать сознанием, нужно несколько тысяч клеток, добавляет Mail Online. Тут, правда, следует сделать оговорку, что сам термин «сознание» — довольно широкий и нечёткий, особенно если говорить о его философском аспекте. Но будем считать, что речь идёт в первую очередь о познавательной деятельности.

Собиратели нектара умеют считать и различать лица людей. А вот с известными пчелиными танцами всё оказалось сложнее, чем представлялось. В то же время колоссальных излишков клеток для исполнения массы отличных действий у них нет. Неудивительно, что пчёлам приходится перестраивать мозг под разные миссии внутри улья (фото M.F. O'Brien).

Также авторы исследования провели параллели между насекомыми (на примере всё тех же пчёл) и крупными позвоночными. Сформировалась следующая картина: способности к обучению, категоризации, ассоциативным воспоминаниям присущи и пчёлам, и большим животным, хотя и в разной степени.

Когда эту разницу биологи попробовали определить численно, получилось, что перечень выполняемых сложных последовательностей действий у млекопитающих лишь втрое длиннее, чем у пчёл. При том что разница в числе нейронов — в десятки тысяч раз. Такую избыточность и «переразмеренный» мозг у крупных животных авторы объясняют не столько большим интеллектом (хотя и этот фактор присутствует), сколько более развитой сенсорной системой и рядом физиологических ограничений.

Например, большее число светорецепторов в зрительной системе приводит к существенному росту числа нейронов в зрительной коре, что просто необходимо для обработки информации. Получается большее разрешение зрения, большая чёткость, большая способность идентифицировать объекты и движение, лучшее различение оттенков и тому подобные усовершенствования.

Или, к примеру, моторные отделы мозга. Существенно большее число нейронов в них необходимо для тонкого управления большим числом мышц (а также — для управления большей массой мышц, что требует определённой энергетики).

Есть и другие примеры, когда увеличенный по массе и сложности строения мозг даёт живому существу преимущества, напрямую с интеллектом не связанные (число распознаваемых запахов, скажем). Потому-то, рассуждают британцы, на несколько порядков большее количество нервных клеток у крупных животных по сравнению с насекомыми вовсе не приводит к такому же по масштабу росту ума, способности к хранению воспоминаний и так далее.

«Животные с большим мозгом не обязательно умнее, — говорит Ларс Читтка (Lars Chittka) из университета королевы Марии, опубликовавший в Current Biology совместно с Джереми Нивеном (Jeremy Niven) из Кембриджа результаты данного исследования.

- В большом мозге мы часто находим не большую сложность, но просто бесконечное повторение одних и тех же нейронных цепей. Это может добавить подробности воспоминаниям, изображениям или звукам, но не добавляет степени сложности. Если использовать аналогию с компьютером, большие мозги могут во многих случаях означать больше жёстких дисков, но не обязательно лучшие процессоры».

Далее исследователи поясняют, что для уровня интеллекта, по всей видимости, куда большее значение имеет не число нейронов в мозге, а их «продуманные» взаимосвязи, модульность мозга.

Грубо говоря, пчёлы выжимают всё возможное из тех крох нейронов, что у них есть, в то время как большие животные могут позволить себе роскошь избыточности. А отсюда становятся понятными удивительные данные об интеллекте пчёл.

MEMBRANA
Люди. Идеи. Технологии.

Община. 114. Люди изучают жизнь пчел, муравьев, обезьян; люди изумляются перелетными птицами, их порядку, их стройности, но все же не делают соответственных выводов для улучшения жизни земной. Естественная история должна быть преподана в школах как можно полнее и увлекательнее. Нужно на примерах растительного и животного царства дать понять, какие сокровища заложены в человеке. Если сравнительно низшие организмы чуют основы бытия, то тем более человек должен приложить усилия к преуспеянию. Много ценных показаний проявлено всюду.

С самых первых уроков учащиеся пусть порадуются чудесами жизни. Также пусть они поймут, как обращаться с полетами и яснослышанием. Так яснослышание будет естественным условием. Также и Тонкий Мир будет изучаем наряду с тонкими энергиями.
Не будет деления на физическое и метафизическое, ибо все существует – значит все ощутимо и познаваемо. Наконец, сокрушатся суеверия и предрассудки.

Парапсихология и психофизика. – 1997. – №1. – С.44-46.

О способе поиска нового понятийного аппарата для психофизики и парапсихологии

Ю.П.Карпенко

Попытки описать параявления в терминах физических теорий показали, что они недостаточны для этого. Причина состоит в том, что ключевой для психофизики феномен активности сознания в этих теориях отсутствует. В связи с этим утверждается, что для адекватного описания параявлений необходим концептуальный сдвиг, оснащенный новым понятийным аппаратом [1,2]. В этой ситуации теоретическая деятельность состоит не только в том, чтобы строить новые физико-математические конструкции, но и в работе с основополагающими представлениями. Нетрудно видеть, что результаты такого рода деятельности не выражаются ни в формулах, ни в экспериментах, ни в приборах. В условиях нормальной по Т.Куну науки этот род деятельности относится к философии науки, но в условиях необходимости концептуального сдвига эти границы размываются. Искусственное их поддержание вряд ли перспективно.

Однако хотя образцы физико-математического знания и недостаточны для описания параявлений, но до тех пор, пока полагается, что в параявлениях задействованы физические силы, эти образцы знания будут необходимы для их описания. С чисто психологической точки зрения эта противоречивая ситуация подобна адаптации к новым условиям, когда ясно, что хотя привычные образцы мышления и поведения недостаточны для эффективных действий в этих условиях, но в то же время без них просто непонятно, что делать. В этой ситуации можно попытаться как можно более полно осознать привычные образцы мышления и поведения и их соотношение со спецификой новой ситуации. Обозначим эту процедуру осознания по отношению к физико-математическим образцам знания рефлексивной позицией по отношению к ним (рефлексия здесь понимается в традиционном смысле. т.е. не по В. Лефевру). Иными словами, как и в [3], речь идет о том, какие именно минимальные шаги нужно предпринять для того, чтобы осуществить необходимый для психофизики концептуальный сдвиг.

Первый же шаг в этом направлении приводит к сферам деятельности двух различных научных сообществ: а) сообщества философов и историков науки, которые занимаются экспликацией наиболее общих предпосылок научного (в первую очередь естественнонаучного) знания и проблемой рациональной реконструкции его роста и б) сообщества специалистов в конкретных областях физики, представления из которых используются для интерпретации параявлений. В данном сообщении будет рассмотрен только один результат методологии науки: теоретическая нагруженность экспериментальных фактов. Упрощая, можно сказать, что методы, теории, концепции – это те «очки», через которые научное сообщество смотрит на мир. Что это за «очки»?

Анализируя причины общезначимости, строгости и высокой достоверности теоретических знаний, Кант пришел к выводу о том, что такой характер этих знаний объясняется их укорененностью не в объекте, а в субъекте. В теоретическом знании «откристаллизовались формы, характеризующие способ функционирования познавательных способностей, изначально присущих самому субъекту познания.»(4, с. 27). Необходимо по-иному взглянуть на эти способности [4], имея в виду, что «в реальной истории науки речь, конечно, не может идти о различии способов чувственного восприятия. Люди, создававшие науку на всем протяжении ее истории мало чем отличались друг от друга.» (4, с.30). Если попытаться посмотреть на эту ситуацию с позиций специфики эмпирии психофизики и парапсихологии, для которой существенна активное влияние сознания на физические процессы [1,2], то можно отметить как минимум два момента. Во-первых, специфику форм чувственного восприятия, характерных для эмпирии психофизики и парапсихологии. Речь не идет об иных формах чувственного восприятия: то или иное восприятие пространства, времени, причинности в наличии, но они часто отличны от доминирующих в физике. Во-вторых, если это так, а также справедливо то, что, как полагал Кант, априорные формы чувственного восприятия предшествуют теоретическим конструкциям, то правомерен вопрос о том, в какой мере учет иных типов восприятия может быть существенен для описательных научных схем? Можно ли в истории видеть конкретный пример, когда привлечение к описанию мира иных типов чувственного восприятия уже приводило к построению альтернативных современной науке описательных схем?

Представляется, что такой пример указать можно. Он обнаруживается благодаря современным исследованиям по лингвистике и филологии измененных состояний сознания [5,б]. Последние, как известно, существенны для реализации тех специфических форм чувственного восприятия, которые типичны для эмпирии психофизики и парапсихологии. Предполагаемая альтернативность предлагаемого примера в наиболее показательном случае древнекитайской философии может быть описана как альтернативность логики и нумерологии (китайская доминанта в описании мира и социума, которая отлична от европейской логической доминанты и которая просуществовала вплоть до начала интенсивных контактов с европейцами уже в новое время [7]) (подробнее об этом см.[8]).

Литература

1. Московский А.В., Мирзалис И.В. Сознание и физический мир.// Сознание и физический мир.-М.,1995,вып.1.

2. Jahn R.G., Dunne B.J. On quantum mechanics of consciousness with application to anomalous phenomena.//Foundations of physics. 1986,Vol.16, n.8.

3. Московский A.B. Сознание в современной научной картине мира.// Тезисы докладов на международной конференции «Биоэкстрасенсорика и научные основы культуры здоровья на рубеже веков». Москва, 26.11-29.11.96, с.11-15.

4. Гайденко В.П., Смирнов Г.А. Западноевропейская наука в средние века. – М., 1989.

5. Спивак Д.Л. Лингвистика измененных состояний сознания. – Л., 1986.

6. Спивак Д.Л. Язык измененных состояний сознания. – Л. 1989.

7. Кобзев А.И. Учение о символах и числах в китайской классической философии. – М., 1994.

8. Карпенко Ю.П. О способах передачи веры в знания. 1. «Канон».// «Философия». – М., ИНИОН, в печати.

Ю.П.Карпенко – механико-математический факультет МГУ, н.с. теоретического сектора отдела полимеров ИХФ АН СССР (12 лет) (нелинейные явления в физике и механике полимеров и металлов); 1 обзорная и 2 оригинальные публикации за 3 последних гола в сб. «Философия»(ИНИОН РАН) по тематике психофизики и философии науки.

117437, Москва, ул.Волгина, 25-1-28, тел.330-4791

Опубликовано: Объединенный Научный Центр проблем космического мышления. – М.: МЦР, 2005. – С. 5 – 41.

Л.В. Шапошникова

ИСТОРИЧЕСКИЕ И КУЛЬТУРНЫЕ ОСОБЕННОСТИ

НОВОГО КОСМИЧЕСКОГО МЫШЛЕНИЯ

Перерождение мышления должно утверждаться как основа лучшей Эпохи. Мышление – залог преуспеяния, залог нового строительства, залог мощного будущего. Претворение жизни, именно, утверждается трансмутацией мышления. На каждом проявлении можно проследить, как мышление эволюционирует или инволюционирует. Кроме устремленного мышления, действует импульс зажигания мышления. Потому закон устремления дает то соответствие, которое сближает Миры, насыщая творческим огнем. Дать себе отчет в направлении мышления уже поможет сдвинуть сознание.

Мир Огненный. Ч. III, 262

Научно понять – значит установить явление в рамки научной реальности Космоса.

В.И. Вернадский

Лучшие умы обращаются к факторам взаимодействия Космических Сил с судьбами земных народов.

Н.К. Рерих

Наука и метанаука

Знание и познание есть основные составляющие обширного про­странства человеческой культуры.

В XIX – XX веках сформировались и получили относительное завершение два главных направления в познании: научное и вненаучное. Под научным имеется в виду прежде всего эмпирическая материалистическая наука и ее экспериментальный способ познания. Так называемое вненаучное направление объединяет самые разные пути познания, но имеющие общие принципиальные особенности. Вненаучный способ познания формировался в течение ряда тысячелетий и развивался через человека, через его внутренний мир. Иными словами, он существовал в духовном пространстве, границы которого много обширнее, чем те, которые имела эмпирическая наука, действовавшая в трехмерном поле плотной материи. Природа духовного пространства определила и особенности этого способа познания, основным методом которого было умозрение или умозрительное действие. Научный же способ познания всегда ограничен экспериментом. И хотя тот и другой имели общий источник возникновения и как бы дополняли друг друга, наука не брала в расчет вненаучный способ и подчас высокомерно отворачивалась от него, забывая о том, что оба были птенцами, вылетевшими из одного и того же гнезда. И если продолжить это «птичье» сравнение, то следует сказать, что вышеупомянутая птица познания со временем разделилась надвое и у каждой из них оказалось по одному крылу. Поэтому ту и другую порой уносило с правильного пути, и однокрылый их полет был драматичен и мучителен.

До сих пор в нашем образованном и грамотном мире этот вненаучный способ познания метится такими определениями, как эзотерика, оккультизм, мистика и прочее. Ни одно из них не дает ясного представления о самих знаниях и путях их получения, а скорее, способствует различного рода непониманию и мифам. Если отбросить эти архаические термины и взять понятие «наука» в качестве основного, то такую систему познания можно было бы назвать сверхнаукой, или метанаукой. Этот метанаучный способ познания весь пронизан космизмом. И мифологическое сознание, и религиозное имели связь с Высшим, с Космосом. Слова могут быть самыми разными, но космическое содержание их остается одним и тем же. Пришедшее им на смену научное мышление было лишено подобных связей, а следовательно, и соответствующих методологических установок.

Идущая из глубины веков метанаучная система познания сохранила свои накопления в основном на Востоке, наиболее древней части нашей планеты, и укрепилась затем и на Западе. Она не имела отношения к эксперименту, как таковому, а пользовалась свидетельством или информацией, шедшей через духовный мир человека из инобытия, или, другими словами, из пространства материи иных состояний и измерений. Информация эта обладала одним важным качеством – она намного опережала сведения, получаемые в результате эксперимента, и во многих случаях имела профетический, или пророческий, характер. На основе этого создавалась философия, в которой метод свидетельства имел концептуальное значение и нес в себе формообразующее начало. Такие явления, как сны, видения, информационные образы, идущие из Космоса, относились к свидетельствам, ибо, несмотря на субъективный канал взаимодействия, вполне объективны и даже применимы на практике. Подобные знания отрицались не только наукой, но и церковью, несмотря на то, что последней были хорошо известны видения и пророчества святых. К свидетельству Высшего мира следует также отнести и искусство. Являясь самой таинственной из областей человеческого творчества, искусство более, чем другие, связано с инобытием, откуда, собственно, и идут к человеку импульсы красоты и образы гносеологической информации.

Уровень свидетелей и их работ был разный, но среди них хотелось бы отметить труды немецкого философа Якоба Бёме (1575 – 1624). Его книга «Аврора, или Утренняя заря в восхождении» дала пример смелой диалектики (мир как движение и соединение противоречий), улучшила понимание реального Космоса и была впоследствии использована представителями немецкой классической философии Гегелем и Фейербахом. Ф. Энгельс назвал Бёме «предвестником грядущих философов»1.

Несмотря на это, произведения Бёме в советское время были запрещены, а церковь еще при жизни философа прокляла его «Утреннюю зарю».

Свидетельства Бёме об устройстве Вселенной намного обогнали не только тогдашнюю, но и современную нам науку. Из того, что он увидел духовным взором, следовало, что человек идентичен Космосу, а человеческое сердце – центр Мира. В то время ни наука, ни теология подобного не утверждали. И можно удивиться проницательности Ф. Энгельса, который, нисколько не сомневаясь, включил умозрительные знания Бёме в будущую философию, наступление которой, по всей видимости, интуитивно предчувствовал. Бёме дал уникальные свидетельства о важнейшем месте человека во Вселенной. Как свидетель Космоса Бёме был намного выше современников, которые, возможно, и не подозревали о существовании подобных свидетельств.

Разъединение систем познания на научную и вненаучную, или метанаучную, было столь же неплодотворным, как и отделение духа от материи, хотя бы и условное. К XX веку такие разделения если не полностью заблокировали движение науки, то, во всяком случае, закрыли дорогу к правильному осмыслению открываемых явлений.

Три культурно-исторических вида мышления

Общепризнано, что человечество в своей истории прошло три вида мышления, или сознания. Точнее, два первых вида прошло, а в конце третьего находится сейчас. По времени он оказался самым коротким. На подходе четвертый. Какой именно – это как раз и предстоит нам выяснить. Три вида мышления – мифологический, религиозный, научный, каждый из которых имел свои особенности, свою культуру, свою эпоху. Каждый вид формировался в глубинах предыдущего. У мифологического же сознания не было «опоры» или предыдущего системного мышления, в недрах которого бы оно зародилось. В этом состоит одна из его загадок. Все в нем представляется тайной: и его целостность, и образность, и мудрая глубина этой образности, и загадочный язык символов, которыми пользовался человек, действуя и творя в пространстве мифологического мышления. И еще: в самой мифологии заключается ряд труднообъяснимых особенностей. Знания, которые содержатся в мифах, начинаются, как правило, с космогонических представлений. И второе. Мифологические знания оказались общими для народов, удаленных друг от друга на большие расстояния. Эта общность создавала впечатление – как будто кто-то неизвестный и вездесущий бросил на Землю горсть волшебных зерен и они проросли мудрыми мифами, в которых было все и от которых пошли все наши знания и умения. Мексиканский ученый Ф.Д. Инфанте пишет: «Религии, философские системы, искусство, общественные формы бытия примитивного и современного человека, первые научные и технические открытия, даже мучительные сновидения – все это вытекает из единого мифологического источника»2.

В пространстве мифологического мышления возник интересный культурно-исторический парадокс. С одной стороны, мифологическое мышление не имело своего предшественника в земной истории или, по крайней мере, мы об этом не знаем. С другой – оно оказалось наиболее универсальным по сравнению с двумя последующими. В этом парадоксе нарушена культурно-историческая логика настолько, что в пределах земной информации мы не можем получить ему объяснения. Все в мифологии удивительно и неправдоподобно. Ее герои действуют в обстоятельствах, где время и пространство иные, а сами эти герои обладают качествами, не присущими земному человеку. Тексты метанаучных знаний наводят нас на мысль, что источником земной мифологии был Космос, где существуют миры с более тонким состоянием материи и более высоких измерений, чем наш плотный мир. Иными словами, изначальная мифологическая информация по происхождению – космическая, пришедшая на Землю из инобытия и заложившая таким образом фундаментальные наши знания и основные виды мышления, развившиеся потом из той же мифологии. Меньше всего можно считать, что мифология могла быть плодом человеческого воображения. Но то, что мифология инициировала человеческое воображение как способ познания, сомневаться не приходится.

В мифологии субъектом, или правящим началом, выступает Космос и процессы, происходящие в нем. Человек же – лишь объект всех действий персонифицированного Космоса. Проблема же субъект–объект, которую мы рассматриваем в пространстве мифологического мышления, может быть поставлена лишь условно. Дело в том, что мифологии как целостному явлению чужд так называемый разделительный, или аналитический, подход. И поэтому субъект и объект не разделены, а настолько тесно связаны между собой, что отделить одно от другого крайне трудно. Начало правящее и начало подчиненное и в пространстве, и во времени представляют собой единое целое, дополняют друг друга. И лишь следующее за мифологическим религиозное мышление отделяет одно от другого, в результате меняет качество и того и другого. Это обстоятельство немало повлияло на формирующееся в недрах религиозного мышления научное мировоззрение.

Крайне негативную роль в этом отношении сыграла инквизиция, не только олицетворявшая борьбу церкви за веру и ее чистоту, но и ведшая настоящую войну против всего нового и, в первую очередь, против новой мысли. Инквизиция безжалостно преследовала всех тех, кто нес новые знания. Немало выдающихся ученых Средневековья прошли через пыточные камеры, сгорели на кострах, кончили свою жизнь в заточении. Всевластие церкви и феодальный гнет в светском обществе усугубляли тенденции свободолюбия. Свобода и научное мышление шли рука об руку. Свободомыслие французских энциклопедистов, их антицерковный настрой, а затем и Великая французская революция положили начало освобождению научного мышления от тяжелых пут Средневековья и, в первую очередь, от церковного надзора над мыслью. Искажения, которые возникли в духовном пространстве европейской мысли в результате клерикального фанатизма, создали ряд отрицательных черт в изначальном слое научного мышления. Оно вышло из религиозного Средневековья механистически-материалистическим, атеистическим и эмпирическим. Церковь сама «обезбожила» новое мышление, отрезав его от связи с Высшим. Молодая наука поставила на место Бога свободномыслящего человека, сделав его субъектом и правящим началом. Что же касается самого Бога, то он в науке был упразднен. Когда, например, выдающийся астроном Лаплас объяснял заинтересовавшемуся Наполеону принципы небесной механики и когда последний спросил о месте Бога во всем этом, то Лаплас ответил: «Сир, я не нуждаюсь в такой гипотезе». Откровенный атеизм, механистический материализм, отсутствие космической концепции в теории познания составили не лучшие особенности европейского научного мышления.

Зарождение и становление нового космического мышления

В конце XIX – начале XX века началась Духовная революция в России, приведшая к явлению Серебряного века в ее культуре и философской мысли. Серебряный век принес с собой ослепительные вспышки расцвета искусства, философии, а также зарождение новой научной мысли. К сожалению, в трудах по истории России и ее культуры Духовная революция, так много давшая России в целом, не удостоилась упоминания. Причиной этому служат различные исторические обстоятельства, сложившиеся в России к началу XX века. Главное из них состоит в том, что Духовная революция совпала в определенной степени с революцией социальной, произошедшей в 1917 году и получившей название Октябрьской. И тогда началось то великое противостояние двух революций, которое привело сначала к замедлению, а затем и вовсе к затуханию Духовной революции. Однако последняя, в основе которой лежала энергетика духа и культуры человека, не могла полностью исчезнуть с исторической арены страны, ибо несла в себе потенциал дальнейшего развития. Опираясь на непреходящие ценности, связанные с творческой деятельностью человека, Духовная революция была запрограммирована на долгое время, и остановить совсем ее ход было невозможно. В отличие от социальной революции Духовная была связана с духовно-энергетическими процессами, происходящими внутри самого человека. Социальная же революция занималась лишь внешней стороной человеческого бытия, выдвигая на первый план проблемы классовой борьбы, экономического благоденствия угнетенных классов и передачу власти от господствующих классов к угнетенным. Мировоззренческой платформой социальной русской революции являлось социологическое мироощущение XIX века, в основе которого лежала социально-экономическая доктрина крупнейшего ученого Германии Карла Маркса. Эта доктрина и стала фундаментом идеологии русской социальной революции. Если диапазон действия социальной революции ограничивался историческими рамками земной страны, то Духовная революция простирала свои крылья в Космос, действуя в пространстве энергетических коридоров космической эволюции и связывая воедино земное и небесное. Она заложила основы космической переориентации важнейших форм познания, таких как философия, наука, искусство, религиозный опыт.

Духовная революция XX века, в пространстве которой формировалось новое мышление космического мироощущения, несла в себе тенденцию к синтезу научного и метанаучного способов познания. Наиболее яркое выражение эта тенденция получила в трудах философов Серебряного века, тесно связанных с проблемами культурно-духовной эволюции человека.

Среди этих философов были такие высокие умы, как В.С. Соловьев, П.А. Флоренский, С.Н. Булгаков, Н.А. Бердяев, И.А. Ильин и другие. В их трудах мы находим мысль и религиозную, и философскую, и научную. Работы философов Серебряного века, такие как «Чтения о Богочеловечестве», «Оправдание Добра. Нравственная философия» В.С. Соловьева, «Философия свободы», «Смысл творчества», «Судьба России», «Творчество и объективизация», «Царство Духа и царство кесаря» Н.А. Бердяева, «Столп и утверждение истины», «Мнимости в геометрии», «Обратная перспектива», «Общечеловеческие корни идеализма» П.А. Флоренского, «Свет невечерний», «Два града» С.Н. Булгакова, «Путь к очевидности» И.А. Ильина и другие, были самобытны, в них отсутствовало традиционное подражание западным школам. Отойдя от мелких политических моментов, от вопросов рутинного бытия, русские философы поместили в центр своих исследований человека, особенности его духа, эволюционную его судьбу и роль Высшего во всем этом. Социологическое мышление с его традиционными односторонними подходами не могло ответить на многие вопросы, которые ставили перед Россией и миром события космического масштаба. Русские мыслители интуитивно ощущали те энергетические изменения, которые несла в себе эволюция Космоса и человека XX века. Они, эти мыслители, переходили, по выражению Н.А. Бердяева, в «иное идейное измерение», прозревая энергетическую целостность Мироздания и его неразрывную связь с человеческим бытием.

Научный взрыв 20-х годов XX века в значительной степени способствовал развитию такого процесса. Естественные науки, и в первую очередь физика, методологически оказались в критическом положении. Материя в заданных обстоятельствах эксперимента начинала вести себя непредсказуемым образом. Неделимое становилось делимым, в невидимых пространствах обнаруживалась бурная энергетическая деятельность, на «чистые» эксперименты в атомной физике стала влиять тонкая энергетика самого экспериментатора, в материи появились какие-то «нематериальные» структуры и частицы. Новое мышление, складывавшееся в пространстве Духовной революции, ставило перед научной мыслью новые задачи, за решение которых взялись самые выдающиеся ученые. Накопления «вненаучных» областей человеческого знания вновь оказались востребованы. Нахождения великих ученых, таких как В.И. Вернадский, К.Э. Циолковский, А.Л. Чижевский, П. Тейяр де Шарден, Нильс Бор, Альберт Эйнштейн, соединили в себе науку и метанауку. В их работах формировался целостный подход к явлениям природы и человеческого общества.

Ученые обратили внимание на забытые мысли древних мудрецов о тесном взаимодействии человека, планеты, Космоса, о фундаментальном единстве макро- и микрокосмоса. Эти мысли находили подтверждение в научных открытиях. Особенно много для осмысления новых открытий дала умозрительная философия Востока. Новое космическое мироощущение вводило в науку категорию духа, приближало ученых к изучению иных состояний материи и заставляло их искать экспериментальные подтверждения существованию такой материи.

Резкие границы между научным и метанаучным методом стали как бы размываться, направляя поток научной мысли к синтезу в пределах различных явлений космопланетарного характера. Учение В.И. Вернадского о биосфере и ноосфере, изложенное им в уникальном труде «Научная мысль как планетное явление», было одним из первых научных плодов нового космического мышления на уровне «эволюции, осознавшей себя» (П. Тейяр де Шарден).

Ноосфера, или сфера разума, следующий, высший этап в развитии биосферы Земли, есть результат, утверждал В.И. Вернадский, сознательной мыслительной деятельности человека. Он был убежден в необходимости новой науки, «более современной, чем современная, более терпимой к новым идеям и новым завоеваниям человеческого гения»3.

Гениальный К.Э. Циолковский в тихой провинциальной Калуге писал и говорил об одухотворенном Космосе, о разумных силах в нем, необоримой воле Вселенной, иерархии высокоразвитых существ. «Воля человека, – утверждал он, – и всяких других существ – высших и низших – есть только проявление воли Вселенной. Голос человека, его мысли, открытия, понятия, истины и заблуждения есть только голос Вселенной»4.

Выдающийся ученый XX века А.Л. Чижевский экспериментально открыл взаимодействие человеческого организма и человеческого общества с деятельностью Солнца и, в частности, с ритмом солнечных пятен. Исходя из концепции единства человека и Космоса, взаимодействия человека и Солнца, он установил циклы и ритмы влияния Солнца на здоровье, общественную деятельность человека и на земной исторический процесс в целом. Эти исследования ломали границы между науками естественными и гуманитарными, оставляя причинные приоритеты за естественными. В своих трудах ученый писал о великой электромагнитной жизни Вселенной, закладывая первые кирпичи в фундамент энергетического мировоззрения XX века. Подводя итоги своих необычных исследований, Чижевский продвигался все дальше и дальше в космическом поиске. «Из сказанного следует заключить, что есть некоторая внеземная сила, воздействующая извне на развитие событий в человеческих сообществах. Одновременность колебаний солнечной и человеческой деятельности служит лучшим указанием на эту силу»5.

Многие научные открытия XX века имели прямое отношение к «вненаучной» информации, касающейся в первую очередь проблем пространства, в котором и были заключены основные тайны Мироздания. Первые шаги в этом направлении были сделаны еще в XIX веке русским ученым Н.И. Лобачевским, разработавшим теорию неевклидовой геометрии, перевернувшую представления о самой природе пространства, которое оказалось не таким плоским и однозначным, как у Евклида. За пределами механистически-материального мира обнаружилось нечто, недоступное обычному зрению, но тем не менее реально существующее, поддающееся исследованию научной мыслью. Невидимое пространство несло в себе новые измерения, информация о которых пришла из области метанаучной.

Вслед за Лобачевским немецкий ученый Герман Минковский в 1907 – 1908 годах заговорил не о пространстве, как таковом, а о пространстве-времени как о целостном явлении. В результате Минковский пришел к выводу о том, что существует некая четвертая пространственно-временная координата. То, что возникало в духовных озарениях метанауки, оказалось реальностью сегодняшней науки. Теория относительности Альберта Эйнштейна утвердила эту координату как четвертое измерение.

Учитывая, что скорость света 300 000 км/с имеет материальные границы, Эйнштейн подошел вплотную к гипотезе существования сверхсветового пространства.

В науку, в ее парадигму, постепенно, вместе с невидимыми пространствами и мирами иных состояний материи входило реальное понятие духа и предощущение революционных изменений в самой науке. Космическая эволюция востребовала тех мыслителей и ученых, которые обладали чувствознанием и способностью к синтезу. Таким был П.А. Флоренский – великий ученый, священнослужитель, уникальный философ, хорошо понимавший искусство как важнейший способ познания и широко использовавший иномирные свиде­тельства.

«В геометрии, – писал он в «Мнимостях в геометрии», – изучаем мы пространство, – не линии, точки и поверхности, как таковые, а именно свойства пространства, выражающиеся и в этих частных пространственных образованиях»6. Он ставил перед собой задачу «расширить область двухмерных образов геометрии так, чтобы в систему пространственных представлений вошли и мнимые образы. Короче говоря, необходимо найти в пространстве место для мнимых образов, и притом ничего не отнимая от уже занявших свои места образов действительных»7. Ученый выполнил эту задачу, постиг свойства пространства, использовав при этом не только геометрию, но, казалось бы, совсем неожиданный для науки источник – «Божественную комедию» Данте. Данте был не только великим поэтом, но и крупным эзотериком, обладателем тайных знаний, причастным к «свидетельскому» направлению метанаучного знания. Описания Данте строения Мироздания в «Божественной комедии» были настолько реальны, что послужили Флоренскому основанием для его анализа «мнимостей в геометрии». В космологии Данте ученый обнаружил «предвосхищение неевклидовой геометрии»8.

В заключение исследования Флоренский делает вывод: «Область мнимостей реальна, постижима, а на языке Данта называется Эмпиреем. Все пространство мы можем представить себе двойным, составленным из действительных и из совпадающих с ними мнимых гауссовых координатных поверхностей, но переход от поверхности действительной к поверхности мнимой возможен только через разлом пространства и выворачивание тела через самого себя. Пока мы представляем себе средством к этому процессу только увеличение скоростей, может быть, скоростей каких-то частиц тела, за предельную скорость [света]; но у нас нет доказательств невозможности каких-либо иных средств»9. Эта мысль Флоренского, связывающая напрямую устройство Мироздания с внутренним пространством самого человека, была столь смела и парадоксальна, что не могла быть воспринята ни идеологами, ни учеными. Опережение своего времени, которое присуще свидетелям иного мира, обладающим духовным зрением, стоила Флоренскому жизни.

Флоренский подтвердил, что в традиционной науке чисто научных (как это мы себе представляем) методов исследования нет. В нее все время вторгается так называемая метанаучная, не основанная на традиционном эксперименте информация, но тем не менее приносящая важные результаты. Ибо в конечном счете наукой занимается все тот же человек, энергетическая структура которого намного богаче, чем себе представляет традиционная наука, полная предрассудков и самоограничений. Именно богатство внутреннего мира и энергетики самого человека, занимающегося научными исследованиями, и обусловливает во многих случаях отклонение от механис­тически-материального экспериментаторства в сторону метанаучных методик и информации.

Известный философ К.А. Кедров пишет, что, соединив Эйн­штейна с Данте, «Флоренский создал свой неповторимый образ Вселенной. Здесь дух является причиной возникновения света, а мысль летит по Вселенной быстрее всех скоростей. Границы же нашего земного мира очерчивает радиус светового луча, пробегая свой путь за одну секунду <…> Получается, что физически мы пребываем здесь, в пределах скорости света, а мысленно проникаем во все измерения Мироздания; свернулось в клубок наше земное время, вмещая прошлое, будущее и настоящее. Это есть реальная вечность»10.

И «Обратная перспектива», и «Иконостас» Флоренского содержат научные доказательства существования миров иных состояний материи и иных измерений. Флоренский убеждался в этом, изучая художественное пространство, где отражен религиозный опыт постижения инобытия. Речь идет об иконах, на которых представлены сюжеты, связанные с Высшими мирами. Флоренский считал икону окном или даже дверью в мир иной, откуда на молящихся в зависимости от состояния их духа могли даже сходить видения святых. Тех святых, по свидетельству которых и писались иконы. Иконы давали ему возможность провести научный анализ мира более высокого измерения, что и было сделано Флоренским в его «Обратной перспективе».

В.И. Вернадский также прибегал к метанаучному способу познания, чтобы доказать научные положения своей теории ноосферы. «Художественное творчество выявляет нам Космос, проходящий через сознание живого существа»11, – писал ученый. Занимаясь самым серьезнейшим образом историей науки и научного мировоззрения, Вернадский как бы ощущал в себе ток эволюции, ведущей не только к созданию космического мироощущения, но и к новой системе познания, в которой так нуждалась бурно развивающаяся в начале XX века наука. Он был одним из первых, кто понял несоответствие старой системы научного познания современному процессу развития науки и поставил в своих философских трудах проблему иных взглядов на теорию научного познания. Он как бы снял антагонизм, существовавший в связке «наука – не-наука», и даровал равные права науке и другим способам познания, прекрасно понимая, что, если такого не сделать, это скажется самым роковым образом, в первую очередь, на самой же науке. «Научное мировоззрение, – писал он в 1902 году, – развивается в тесном общении и широком взаимодействии с другими сторонами духовной жизни человечества. Отделение научного мировоззрения и науки от одновременно или ранее происходившей деятельности человека в области религии, философии, общественной жизни или искусства невозможно. Все эти проявления человеческой жизни тесно сплетены между собою – и могут быть разделены только в воображении»12. И еще: «При изучении истории науки легко убедиться, что источники наиболее важных сторон научного мировоззрения возникли вне области научного мышления, проникли в него извне, как вошло в науку извне всеохватывающее ее представление о мировой гармонии, стремление к числу. Так, столь обычные и более частные, конкретные черты нашего научного мышления, как атомы, влияние отдельных явлений, материя, наследственность, энергия, эфир, элементы, инерция, бесконечность мира и т.п., вошли в мировоззрение (научное. – Л.Ш.) из других областей человеческого духа; они зародились и развивались под влиянием идей и представлений, чуждых научной мысли»13.

Вернадский считал, и вполне справедливо, что в современном научном мировоззрении невозможно разделить то, что пришло в него от чисто эмпирической науки, а что от метанауки. И если вопреки здравому смыслу это вдруг произойдет, от научного мировоззрения останутся лишь осколки.

Сама научная революция XX века была неотъемлемой частью Духовной революции, в которой были тесно переплетены ее составляющие: философия космического мироощущения, научные достижения, нахождения религиозной и гностической мысли и озарения поэзии и искусства. В активном синтезе перечисленных явлений должна была возникнуть, как Афродита из морской пены, новая система познания, проникнутая вся идеями космизма, но более высокого уровня, нежели изначальный космизм древней мысли.

«Живой, смелый молодой дух, – писал Вернадский в 20-е годы XX века, – охватил научное мышление. Под его влиянием гнется и трясется, рушится и изменяется современное научное мировоззрение. Впереди, на далеких высотах, открываются негаданные горизонты. К ним стремится в настоящее время великий порыв человеческого творчества. Этот исторический перелом должен быть пережит смелой и свободной мыслью. Нужно далеко отбросить от себя старые «истины», быстро на наших глазах превращающиеся в старые предрассудки. Надо расчистить почву от накопившихся от прошлого ненужных теперь подпорок и построений»14.

Этот «исторический перелом» в научной мысли ощущал не только В.И. Вернадский, но и те русские ученые, которые обратили внимание на Космос, идущие в нем процессы, и соотнесли все это с главными направлениями развития не только самой науки, но и со знаниями, которые были получены из метанаучного пространства, пронизанного космическими идеями.

Предчувствуя переломные события в поле научного мировоззрения, Вернадский отмечал: «Итак, современное научное мировоззрение – и вообще господствующее научное мировоззрение данного времени – не есть maximum раскрытия истины данной эпохи. Отдельные мыслители, иногда группы ученых достигают более точного ее познания, но не их мнения определяют ход научной мысли эпохи. Они чужды ему. Господствующее научное мировоззрение ведет борьбу с их научными взглядами, как ведет оно ее с некоторыми религиозными и философскими идеями. И это борьба суровая, ярая и тяжелая»15.

Борьба действительно оказалась «ярой и тяжелой», ибо это была борьба старого с новым, старого мышления с новым. Но процесс становления нового мышления, несмотря ни на какие препятствия, через которые проходили его приверженцы, жертвуя своей свободой и жизнью, продолжал развиваться и вовлекал в ряды борцов все новых и новых последователей. «…Рушатся вековые устои научного мышления, срываются покровы, принимавшиеся нами за законченные создания, и под старыми именами перед удивленным взором современников открывается новое, неожиданное содержание»16. Это опять Вернадский.

Предвидение нового космического мышления, новой систе­мы познания владело не только Вернадским, но и Чижевским, Циол­ковским, Флоренским. Теми учеными, которые обогнали свое время и приняли на себя всю тяжесть противоречия между уровнем сознания современников и развитием передового научного мышления.

Новое мышление, которое начало развиваться в XX веке в пространстве Духовной революции в России, было более серьезным и глубоким процессом, нежели мы себе это можем представить. Происходит смена одного вида мышления другим. Этот процесс носит, несомненно, эволюционный характер. Мы оказались свидетелями событий космического масштаба, всей их грандиозности и роковых столкновений, суть которых нами еще до сих пор до конца не осознана.

Великий русский поэт Ф. Тютчев писал:

Блажен, кто посетил сей мир

В его минуты роковые.

Его призвали всеблагие

Как собеседника на пир.

Не все «собеседники всеблагих» вынесли этот пир. Не все, посетившие этот «мир в его минуты роковые», смогли постигнуть всю важность времени, в котором они оказались.

К сожалению, до сих пор мы рассматриваем космическое мышление как одно из направлений в современной мысли, забывая о том, что каждый вид мышления формировался в недрах предыдущего и затем складывался как господствующее направление. В космизме XX века мы имеем не частное направление, а начало (а может быть, уже и не начало) общего процесса замены одного вида глобального мышления другим видом. Мнение о том, что космизм есть только часть научного мышления, в самой своей сути неверно. Космизм, или космическое мышление, по своим концепциям много шире современного научного мышления. Нам предстоит еще уразуметь, что последнее лишь часть уже формирующегося нового мышления, из которого в будущее перейдут его лучшие познавательные элементы. Думать, что новое, космическое мышление наступит сегодня или завтра, значит плохо ориентироваться во времени процесса. Завершающий период формирования нового мышления может занять не менее двух веков, если не больше. Время процесса становления космического мышления зависит от самого человека. Чем выше уровень сознания людей, тем быстрее и плодотворнее скажутся его результаты.

Каждый из видов мышления имел свое пространство и свое время. Каждому из них предшествовали революционные изменения в духовно-культурном поле, или, коротко говоря, – Духовные революции.

Первым, самым древним видом мышления, как известно, было мифологическое. Крайне трудно сейчас определить время его возникновения, по всей видимости, оно исчисляется несколькими тысячелетиями до нашей эры.

Религиозному виду мышления предшествовала Духовная революция, давшая миру учение Христа. Само же мышление, как таковое, в пространстве Европы возникло в начальные века нашей эры.

Научный вид мышления сохранил за собой Европу. Революция духа также предшествовала зарождению этого мышления и проявила себя наиболее ярко в мысли французских энциклопедистов, а затем и в Великой французской революции 1799 года. Полагаю, что XVII – XVIII века были временем формирования научного мышления и его главной основы – эмпирической науки.

И наконец, четвертый вид мышления, появившийся в России в результате Духовной революции в конце XIX – начале XX века, имеет полное право на название – космическое мышление. Исторические обстоятельства этого пространства и времени сложились так, что мы можем считать новый вид мышления чисто российским явлением, но имеющим тенденцию к глобализации. Наши великие ученые приняли самое активное участие в формировании этого нового мышления. Не остались в стороне русские философы Серебряного века, а также представители искусства и религии.

В результате уже в начале XX века в сфере космического мышления сформировались основные идеи:

1. Новое космическое мышление требует иной системы познания и иных основных методологических положений, нежели те, которые содержатся в «старых» теориях познания. Осмысление и становление новой системы есть крайняя необходимость для дальнейшего развития космического мышления.

2. Космос рассматривается в новом мышлении не только как астрономическое понятие, а во всем его энергетическом богатстве и многообразии состояний материи.

3. Целостный подход к изучению Мироздания необходим для его правильного осмысления.

4. Взаимосвязь между космическими процессами и бытием человека должна учитываться при исследовании человека и Космоса.

5. Влияние на человека и земные процессы материи более высокого состояния имеет причинный характер.

6. Единство макро- и микрокосма есть одна из важнейших особенностей Мироздания.

7. Человек – часть Космоса, несущая в себе этот Космос.

8. Дух – одно из важнейших явлений, связывающих внутренний мир человека с глубинным Космосом.

9. Человек является субъектом и сотрудником космических сил, что нашло яркое отражение в теории теургии В.С. Соловьева и во вв­еденном им понятии богочеловека, а также во взглядах Н.А. Бердяева («восьмой день творения»).

10. Космическое мышление – это не только научная концепция, но и практическое преображение сознания и жизни человека.

11. Новому мышлению соответствует новая система познания, представляющая собой синтез основных способов познания, научных и метанаучных, который приведет к восстановлению на более высоком уровне связи с Высшим.

12. Такая система познания будет теснейшим образом связана с нравственными и этическими моментами.

13. Космическое мышление содержит новый подход к исследованию проблем человека как космической структуры, в котором явление сознания составляет важнейшую эволюционную суть.

Неизбежность Живой Этики

В начале 20-х годов XX века произошло событие важного эволюционного значения – из духовного пространства на русском языке была передана система знаний, связанная самым тесным образом с теми процессами космизации мышления, которые имели место в России.

Система была оформлена в книги Еленой Ивановной и Николаем Кон­стантиновичем Рерихами, которые в то время жили в Индии и были напрямую связаны с теми, кто стоял у истоков подобных знан­ий.

Книги имели не совсем обычные названия – «Зов», «Озарение», «Община», «Аум», «Беспредельность», «Сердце», «Агни Йога», «Мир Огненный», «Братство». Столь же необычным был и стиль их изложения, напоминавший спираль, по которой как бы поднималось сознание читателя. Они имели общее название – Живая Этика. В них повествовалось о космической эволюции человечества, ее особенностях, причинах и роли человека в ее сложнейших процессах. На первых читателей эти книги произвели необычное впечатление своей смелостью и новыми подходами к проблемам, казалось бы, уже раз и навсегда оформленным и канонизированным наукой. Некоторые полагали, что читают научно-фантастические произведения, которые в те годы стали появляться в большом количестве на мировом книжном рынке. Трудно было поверить в то, что Мироздание представляет собой грандиозную энергетическую систему, в которой происходит интенсивный энергоинформационный обмен между составляющими ее структурами различных состояний и измерений материи. Человек оказывался сам такой структурой. Живая Этика сообщала о Великих законах Космоса, о которых не знала наука. И лишь немногие, а точнее, единицы, ознакомившись с книгами Живой Этики, осознали, что пред ними изложение нового космического мышления, а упомянутые анонимными авторами Живой Этики Великие космические законы составляют гносеологический каркас этой удивительной философии, в которой была отражена Космическая Реальность…

Живая Этика давала тот необходимый эволюционный импульс, к которому Космические Сущности, стоящие на эволюционной ступени много выше человечества, прибегали не раз. Если мы исследуем историю человеческой мысли, то увидим в ней немало таких моментов.

В Живой Этике мы находим созвучие идеям русских ученых, философов, художников, музыкантов и поэтов, творивших в пространстве российской Духовной революции, где шел эволюционный процесс созидания новой системы космического мышления.

Елена Ивановна, которая провела титаническую работу с сообщаемыми ей текстами, и Николай Константинович Рерих, воплотивший эволюционно-космические идеи Живой Этики в прекрасные художественные полотна и научно-литературные очерки, внесли великий вклад в формирование нового планетарного мышления и нового сознания современного человечества.

«Что такое эволюция – теория, система, гипотеза? – пишет крупнейший французский ученый и мыслитель Тейяр де Шарден. – Нет, нечто гораздо большее, чем все это: она – основное условие, которому должны отныне подчиняться и удовлетворять все теории, гипотезы, системы, если они хотят быть разумными и истинными. Свет, озаряющий все факты, кривая, в которой должны сомкнуться все линии, – вот что такое эволюция»17. Именно закономерностям космической эволюции, в которой смыкаются «все линии» человеческого существования, и посвящена Живая Этика. Идеи Живой Этики – не отвлеченные, не абстрактные. Сложившись в природном космическом потоке, вобрав в себя самое ценное из прошлого и настоящего человечества, объединив в себе мысль Востока и Запада, научное и метанаучное знания, они несут огромный энергетический заряд действенности, устремляя человечество к будущему, к духовному совершенствованию и эволюционному продвижению. Охватывая широчайший диапазон космических процессов, Живая Этика способствует такому пониманию человеком событий, которое бы, по словам Н.К.Рериха, «отражало суть и основу всей Вселенной». Осмысливая место человека в системе космической эволюции, создатели Живой Этики утверждают, что «человек является источником знания и самым мощным претворителем космических сил»18, что он есть «часть космической энергии, часть стихий, часть разума, часть сознания высшей материи»19.

Человек в своем бытии не может быть отделен, обособлен от энергетической структуры Космоса. Он несет ее в себе и поэтому живет по тем же законам, что и Космос. Взаимодействие энергетических структур Мироздания в процессе энергообмена с человеком является главной движущей силой его космической эволюции. Сам этот процесс обширен, сложен и мало изучен современной наукой. Однако лишь в результате него происходят те вспышки энергии, которые продвигают человечество. Человек вступает в энергообмен с себе подобными, с объектами, находящимися на поверхности планеты, с самой планетой, а также с различными космическими телами, в первую очередь с Солнцем, планетами Солнечной системы, созвездиями Зодиака, созвездием Орион и, наконец, с мирами иных измерений и состояний материи. В результате такого обмена энергетический потенциал человека и космических тел меняется и создает условия для их эволюционного продвижения. Сама же энергетика есть первопричина всех процессов, происходящих в Космосе. Она играет основную роль и в переходе сознания человека от состояния объекта эволюции к ее субъекту. Расстояние, отделяющее объект эволюции от ее субъекта, есть путь духовно-культурного совершенствования человека, в итоге которого происходит переход от пассивного и неосознанного участия человека в эволюции к активному и осознанному. Человек обретает знания и способности влиять, соблюдая Великие законы Космоса, на ход и качество эволюции. Из тех, кто стал сознательным субъектом эволюции, и состоит Иерархия одухотворенного Космоса, представленная на Земле Учителями, в том числе и авторами Живой Этики. Эволюционные процессы Космоса развиваются согласно его объективным законам. Эти же законы определяют общие и частные цели эволюции и свидетельствуют о приоритете духа, который авторы Живой Этики рассматривают как силу природы и энергетическое явление. Искра такого духа находится в каждом человеке и живет и действует в нем согласно Великим законам Космоса, с одной стороны, и его, человека, свободной воле – с другой.

Главная цель эволюции – одухотворение материи, повышение ее энергетики и последующее ее изменение и утончение. Этого можно достигнуть с помощью такой силы, как дух. В процессе одухотворения и утончения материи направление синтеза служит магистральным путем. Культура же и возникающие в ее пространстве Любовь и Красота, несущие в себе тонкую высоковибрационную энергетику, и, наконец, сама психическая энергия человека – устои эволюции и определяют ее качество. Отсутствие какого-либо из этих устоев прерывает путь космической эволюции и уводит процесс в воронку инволюции.

Живая Этика рассматривает любое земное явление с точки зрения взаимодействия духа и материи и энергетики этого взаимодействия. Такой подход дает возможность выявить реальный смысл явления, установить его причинные связи и его энергетические взаимодействия. В Учении Живой Этики самым широким образом поставлена проблема Культуры как средства спасения планеты от грядущих гибельных катаклизмов. Авторы Учения аргументированно и убедительно показали, что регулярное нарушение человечеством Великих законов Космоса уже завело его в тупик, чреватый гибельными энергетическими взрывами.

Перед тем как перейти к подробностям общей методологии Живой Этики, необходимо остановиться на явлении двойственности – важной или, скорее, важнейшей особенности этой методологии. Без постижения смысла двойственности очень многое в самой методологии Живой Этики будет неясным. Явление это носит универсальный характер, представляя собой Великий космический закон, которому подчиняются любые процессы, идущие в Космосе.

Идея двойственности проходит через образы мифологии, через различные системы философии Востока и древнейшие верования.

Двойственность, или дух–материя, дает возможность определить особенности реальности чувственной, или эмпирической, с одной стороны, и реальности сверхчувственной, или внеэмпирической, – с другой. Последняя свидетельствует со всей убедительностью о существовании миров иных, более высоких состояний материи, с которыми человек входит в соприкосновение своей внутренней структурой. Таким образом, двойственность (дух–материя), заключенная в человеке, приводит к выводу о существовании не только внешней Вселенной, но и Вселенной внутренней, познаваемой нами не эмпирически, а интуитивно, сверхчувственно.

Отбрасывая внутреннюю Вселенную, в основе которой дух, мы тем самым выводим себя из поля, влияющего самым определенным образом на нашу внешнюю и внутреннюю жизнь, и лишаемся источника самой разнообразной информации, помогающей нам познавать не только себя, но и процессы космической эволюции, в которой мы участвуем всегда (в значительной мере неосознанно). Именно человек, осознавший себя, в состоянии понять свою двойственность, в которой заключены не только дух и материя, но и небесное и земное, мир плотный и мир тонкий, мир Высший и мир низший. В данном случае именно он, человек, есть главный инструмент эволюции, без него были бы невозможны одухотворение материи, переход ее в более высокое состояние, достижение миров иных измерений. Для того чтобы все это понять, необходимо осознать относительность энергетического взаимодействия в рамках явления «дух–материя» в бесконечной цепи космической эволюции. Именно Живая Этика дает нам возможность постичь подобный процесс. И то, что мы называем духом, и то, что определяем как материю, есть различные состояния материи. С этой точки зрения Живая Этика есть наиболее материалистическая философская система. Для нее не существует «невещественного начала». Дух, сказано в Живой Этике, есть энергия. Энергия же, являющаяся в структуре Мироздания главным компонентом, не может существовать без материи. Состояние материи, в конечном счете, обусловливается уровнем вибрационности энергии, связанной с данным видом материи. И дух и материя составляют единое целое, которое Живая Этика называет духо-материей.

В этом двуедином явлении – дух–материя – должна всегда сущест­вовать разница потенциалов, подобная той, какая существует в батарее, вырабатывающей электроэнергию. Если эта разница по каким-то причинам будет отсутствовать, то энергия исчезнет и эволюционная цепь распадется, что приведет, в свою очередь, к катастрофическим последствиям. Ведет же за собой эволюционные изменения материи дух, как энергия, имеющая причинный характер. Дух одухотворяет материю, представляя собой особый вид тонкой материи, обладающий высоковибрационной энергетикой. И, как любая материя, он способен эволюционировать и создает на основе двойственности явление относительности, благодаря чему Космос наполнен бесчисленным количеством различных состояний материи. И в то же время, будучи высокоэнергетическим видом материи, которая противостоит материи плотной, поддающейся эмпирическому исследованию, дух обладает рядом особенностей; не учитывать их в познании любого явления или любого вида творчества нельзя. Пренебрежение этими особенностями духа, которые мы находим в системе познания Живой Этики, может завести в тупик современную науку и наделать немало бед в общем духовно-культурном пространстве.

Мост человеческой связи с мирами иного состояния материи и параллельными вселенными выстроен из духа, энергией которого держатся все космические тела.

Наш внутренний мир – это мир энергетики в самых разных сочетаниях качеств энергии – от тонкого до грубого. В нашем дифференцированном мире мы всегда стремимся найти место того или иного явления. Согласно системе познания Живой Этики место связи с иными мирами, откуда идет к нам не только энергетика, но и познавательная информация, находится в нашем сердце. Именно оно – центр нашего сознания человека и носитель двойственности. Еще в древности сердце отождествляли с Солнцем. Сердце – перекресток, где сходятся дух и материя, инобытие и наш мир, небесное и земное. Из этого вытекает, что и наше сознание формируется во взаимодействии надземного и земного. В Живой Этике есть специальный том, посвященный сердцу. Он так и называется «Сердце», и та часть системы познания, которая относится к духовно-энергетической роли сердца, представлена там во всем богатстве древнего и современного опыта и знания.

Двойственность есть важнейшее методологическое положение новой системы познания Живой Этики. И по мере проникновения в глубины космического закона двойственности мы начинаем понимать, что без него не может существовать никакая система познания. Ибо это положение убеждает нас, что есть два источника знания – земной, который имеет дело с плотной материей, и надземный, тонкоматериальный, обладающий высокой энергетикой инобытия. Первый источник тесно связан с экспериментальной наукой и материалистической философией, возникшей на основе этой науки. Второй связан с метанаучными способами познания, основанными на интуиции, способности видеть невидимое и умении получать информацию из миров иных состояний материи и более высоких ее измерений. В истории человечества с древнейших времен метанаучный способ познания играл большую роль, нежели научный, или экспериментальный. Материалистическая философия и экспериментальная наука на долгое время вывели из системы познания метанаучный способ, ограничив познание лишь внешней, материальной стороной человеческого существования, упустив из виду внутренний мир человека и тонкоматериальный, высокоэнергетический источник познания.

Новое мышление, основой которого стало космическое мироощущение, нуждается в новой системе познания, представленной в настоящее время Живой Этикой, философией Космической Реальности, в которой парадигма двойственности играет главенствующую роль. «Советую очень усвоить, – писала Е.И.Рерих, – первоосновы восточной философии – существование Единой Абсолютной Трансцендентальной Реальности, ее двойственный аспект в обусловленной Вселенной и иллюзорность или относительность всего проявленного.

Лишь при сопоставлении этой двойственности или пар противоположений высекаются искры познания и возможно совершенст­вование или эволюция»20.

Нижеследующие методологические положения Живой Этики дают нам возможность понять то новое, что она внесла в философскую мысль XX века, и те подходы к космической эволюции человечества, которые становятся неотъемлемой частью концепции нового мышления.

1. Мироздание – целостная энергетическая система, состоящая из различных энергетических структур, включая человека, которые взаимодействуют между собой в грандиозном энергоинформационном обмене. Последний рассматривается как одна из движущих сил космической эволюции. «Космос существует, – пишет Е.И.Рерих, – лишь взаимопрониканием и взаимодействием пространственных энергий, исходящих из неисчислимых миллиардов фокусов или центров, наполняющих его и непрестанно образующихся в нем»21.

Подобные центры представляют собой пространственные магниты, энергетика которых управляет всеми творческими процессами, идущими в Космосе.

2. «Взаимопроникание и взаимодействие пространственных энергий» обусловливают существование и развитие самых разных состояний материи с различными измерениями, которые и составляют множественность миров в Космосе.

3. Дух является тонкоматериальной и высоковибрационной энергетикой и занимает в Мироздании главенствующее положение, выступая в качестве основы самого космического творчества. Дух как тонкоматериальная энергия в процессе эволюции одухотворяет материю, создавая более высокие ее формы.

4. Человек как энергетическая структура является не только частью Космоса, но и несет этот Космос в своем внутреннем мире. Последнее обстоятельство позволяет человеку влиять на эволюционное творчество Космоса посредством энергетики духа, содержащегося в человеке.

Разъясняя это положение методологии Живой Этики, Е.И.Рерих пишет: «…в каждом созидании необходимо участие энергий человека как носителя высших принципов Космоса. В Сокровенном Учении сказано – «миры, не населенные человеком, не могли развиваться и потому разрушились». Таким образом, становится ясной зависимость миров или планеты от человека и его духовного и морального уровня»22.

5. Человек, в свою очередь, также зависит от миров более тонкого состояния материи и более высоких ее измерений.

То, «чем человечество обладает, – сказано в Живой Этике, – оно черпает из Сокровищницы Космоса»23. Иными словами, информация, получаемая человеком в результате энергетического обмена с более высокими мирами, по своему эволюционному значению важнее, нежели та, которая добывается средствами эмпирической науки. Без энергоинформационного потока, идущего к человеку из Высших миров, не может существовать творчество космической эволюции, а человек не мог бы продвигаться по ее спирали вверх, совершенствуя свой дух и утончая свою материю.

В эволюции, как это понимают авторы Живой Этики, только Высшее может продвинуть низшее. Это одно из главных методологических положений философии Живой Этики.

Поэтому так важны для человека и в жизни, и в эволюции Высшие миры и взаимодействие с ними. Мир более высокого состояния материи будет всегда причинным явлением для более низкого. «…Мир невидимый не отклоняйте от жизни, потому в духотворчестве нужно понимать невидимую силу как главный импульс»24. Миры иного состояния материи играют в нашей жизни более значительную роль, чем многие предполагают.

6. Необходимость расширения сознания человека есть главное условие усвоения новой модели Мироздания, которую мы находим в системе познания Живой Этики.

Расширение сознания ведет к новым научным парадигмам, к открытиям и снятию противоречий на определенных ступенях познания. Например, энергетическое мировоззрение дает нам возможность понять, а также увидеть тонкоматериальные процессы, идущие в плотных слоях материи. Один из крупнейших английских философов Фрэнсис Бэкон писал, что «Вселенную нельзя низводить до уровня человеческого разумения, но следует расширять и развивать человеческое разумение, дабы воспринять образ Вселенной по мере ее открытия»25. Научные открытия и нахождения умозрительной мысли – это все результат расширения сознания. То, что человек не видит и не воспринимает сегодня, при расширении сознания завтра станет для него видимым и постижимым. История науки – это не только история человеческого гения, его интеллекта, усилий и труда, но это и отражение процесса расширения сознания, развивающегося в ходе энергоинформационного обмена на всех уровнях Космоса. «…Есть лишь единый путь перерождения мышления, – сказано в Живой Этике. – Именно, нужно будить сознание. Именно, когда дух может уже оглядываться назад, зная, что день вчерашний со своим мышлением уже миновал, то происходит трансмутация распознавания»26.

Ни одна материалистическая система философии последнего времени еще не указывала в своей методологии на необходимость учета в научных исследованиях расширения сознания как важнейшего условия в системе познания. Не интеллект сам по себе, а расширенное сознание есть причина научных открытий. Каждое научное достижение – это результат синтеза интеллекта и сердца, являющегося вместилищем сознания. Проблема расширения сознания человека есть важнейшая и главная проблема в системе познания.

7. Расширение сознания обусловливает и эволюционный процесс, идущий на энергетической дистанции «объект – субъект» эволюции. Путь от объекта к субъекту эволюции – это путь совершенст­вования человека, он включает последнего в цепь космической Иерархии, без духовного творчества которой была бы невозможна эволюция ни Космоса, ни человечества. Наука и метанаука, естественное и сверхъестественное, реальность и мистика лежат в простран­стве процесса расширения сознания. Каждая ступень такого процесса меняет точку зрения человека на окружающую действительность, делает понятным сегодня то, что было непонятным вчера. Вся история науки, ее достижений и открытий, идет по вехам процесса расширения сознания. И, как правило, каждая такая ступень или веха сопровождается противостоянием узкого, неразвитого сознания, и последнего, особенно на первых порах, оказывается обычно больше, чем расширенного.

8. С процессом расширения сознания и проблемой «объект – субъект» тесно связано одно из важнейших положений системы познания Живой Этики – «Учитель – ученик». Этот ведущий прин­цип космической эволюции далеко не нов. Он возник еще с незапамятных времен в культуре и философии Востока. В методологии Живой Этики он расширен до универсальных масштабов как космический принцип обучения и познания в процессе эволюции, без которого невозможно какое-либо продвижение человечества. Если в древности в качестве Учителя выступал мифологический культурный герой, то в современной теории познания он представлен космическим Иерархом, влияющим на эволюционные процессы. Иерархическая цепь «Учитель – ученик» состоит из многочисленных звеньев, уходящих в Беспредельность, но она имеет и свою земную часть – своих земных Учителей и учеников. Таким образом, земное и надземное смыкаются в этой цепи, следуя закону двойственности, согласно которому любое явление в Космосе предполагает часть земную и надземную, или плотноматериальную и тонкоматери­альную.

Вся методология Живой Этики связана тесно с действием законов Космоса, без учета решающего значения которых не может существовать в современном мире ни одна система познания. Ибо действуют они лишь в рамках таких законов.

Влияние космических законов, как Великих, так и частных, распространяется не только на Космос, но и на земной план, и на развитие человеческого общества. Их проникаемость универсальна. Космические законы, отмечает Е.И.Рерих, соединяют «мир физический с миром тонким или потусторонним»27. Человек, действующий согласно космическим законам, становится творцом, постепенно достигая уровня субъекта эволюции. Если он сознательно или бессознательно пренебрегает этими законами, то идет по пути разрушений и бедствий. В наше время мы имеем такие примеры в массовом масштабе.

Некоторые из этих законов были уже открыты наукой, но трактовка их была не столь широкой, как в Живой Этике, которая распространила их на все уровни космического бытия. Эти законы действуют и в пространстве нравственности, и в поведенческих нормах человека. «Когда Мы настаиваем на полезности нравственной жизни, – сказано в Живой Этике, – Мы, прежде всего, оберегаем основные законы Вселенной»28.

На первом месте среди Великих законов Космоса стоит, как уже было сказано, закон двойственности.

Затем следуют: закон энергоинформационного обмена в Космосе, закон смещения энергий, закон сохранения и превращения энергий, закон Космического Магнита, закон Космической Иерархии, закон Высшей Воли, закон единства Космоса, закон соответствия миров, закон космического сотрудничества, закон циклического развития Космоса, закон причинно-следственных связей, закон противодейст­вия непроявленного проявленному, закон свободной воли, закон неповторимости, закон расширения сознания, закон Духовного преображения через Красоту, закон единства макрокосма и микрокосма, закон учительства и многие другие.

Все вышесказанное дает основание утверждать, что Живая Этика как философия Космической Реальности заключает в себе систему познания нового космического мышления. В ней синтетически объединились знания древние и современные, мысль Востока и Запада, нахождения эмпирической науки и метанауки, способы познания различных областей творчества, таких как наука, философия, религиозный опыт, искусство. Явление Живой Этики еще раз подтверждает Великий закон Космоса – Высшее продвигает низшее, высокое сознание содействует развитию расширенного сознания на более низких уровнях. Космическое мышление объединяет в себе мысль надземную и земную. Тот же синтез мы находим в Живой Этике. До сего дня мы не имели ничего, подобного Живой Этике. Она позволяет нам увидеть реальный Космос, его сложные процессы, его разнообразную материю и то вечное движение, которое складывает новые комбинации и новые формы Бытия.

Знаменательным представляется и то, что Живая Этика появилась в переломный момент нашей космической эволюции, сменявшей один вид мышления другим. И это другое есть космическое мышление, не просто космизм как часть эмпирической научной мысли, а космическое мышление, часть которого составляет и научное мышление. Основные положения Живой Этики как системы познания направлены на укрепление и усовершенствование духовных основ нашего Бытия, преодолевающих сейчас пространство кризисов: науки, культуры, нравственности и т.д.

Теперь дело остается за малым – осознать в полном объеме духовно-культурное значение философии Космической Реальности под названием Живая Этика. «За малым» – легко сказать, но трудно сделать. На протяжении человеческой истории каждый вид нового мышления утверждался в сознании людей в условиях борьбы и сопротивления: в первые века христианства – мышление религиозное; в недрах Средневековья – мышление научное. И вот теперь то же происходит с растущим и развивающимся космическим мышлением. Состав врагов нового не меняется от тысячелетия к тысячелетию. Это невежество, низкий уровень сознания, тоталитарная претензия на истину и властное стремление подчинить себе свободную мысль человека.

Извечна борьба света с тьмой, добра со злом, нового со старым. Но извечны и их защитники. И постоянна проблема – чью сторону мы выбираем. И только крепость нашего духа, ясный ум и достаточный уровень нашего сознания диктуют нам верный выбор на этой космической дороге в темный предрассветный час нашей истории и нашей эволюции.

1 Маркс К., Энгельс Ф. Сочинения: В 50 т. – Т. 18. – С. 574.

2 Портильо Х.Л., Соди Д., Инфанте Ф.Д. Кецалькоатль. – М., 1982. – С. 174.

3 Вернадский В.И. Размышления натуралиста: Научная мысль как планетное явление. – М., 1977. – Кн. 2. – С. 23.

4 Циолковский К.Э. Воля Вселенной: Неизвестные разумные силы. – Калуга, 1928. – С. 14.

5 Чижевский А.Л. Физические факторы исторического процесса. – Калуга, 1924. – С. 52.

6 Флоренский П.А. Мнимости в геометрии. – М., 1991. – С. 12 – 13.

7 Там же. – С. 11 – 12.

8 Там же. – С. 44.

9 Там же. – С. 51.

10 Кедров К.А. Параллельные миры. – М., 2001. – С. 140.

11 Цит. по: Кедров К.А. Параллельные миры. – С. 235.

12 Вернадский В.И. Труды по философии естествознания. – М., 2000. – С. 31.

13 Там же. – С. 29 – 30.

14 Там же. – С. 57.

15 Там же. – С. 43.

16 Там же. – С. 56.

17 Тейяр де Шарден П. Феномен человека. – М., 1987. – С. 175.

18 Мир Огненный. Ч. III, 306.

19 Беспредельность, 155.

20 Письма Елены Рерих: В 2 т. – Рига, 1940. – Т. 2. – С. 422 – 423.

21 Письма Елены Рерих: В 2 т. – Рига, 1940. – Т. 1. – С. 445 – 446.

22 Там же. – Т. 2. – С. 288.

23 Беспредельность, 46.

24 Беспредельность, 298.

25 Цит. по: Кедров К.А. Параллельные миры. – С. 119.

26 Мир Огненный. Ч. III, 264.

27 Письма Елены Рерих: В 2 т. – Рига, 1940. – Т. 2. – С. 329.

28 Надземное, 350.

Источник:

Международный Центр Рерихов

Введение

Наступление XXI века является историческим событием, которое знаменует собой огромную веху в развитии человечества и в смене научной парадигмы в естествознании. Основой для смены парадигмы явились фундаментальные открытия, сделанные в парапсихологии и гомеостатике за этот период времени [1-4,13,17,37,38]. В течение всей истории человечества происходит смена ведущих научных дисциплин, раскрывающих и определяющих взгляд общества на природные закономерности и мироздание в целом. Такими главными науками были: в 17 веке – химия (алхимия), 18 веке – механика и астрология, в 19 – физика и генетика, в 20 веке – энергетика и кибернетика. В XXI веке основное место займут информатика и психология, если судить по той значимости, которую они уже сейчас играют в естествознании и в определении тенденций развития научной парадигмы, выдвигая значение СОЗНАНИЯ и ИНФОРМАТИЗАЦИИ ЗНАНИЯ, как ведущих сил.

Особенностью прогресса науки в XXI веке будет то, что он разовьется на интегративной основе – то есть он пойдет за счет синтеза знаний разных научных дисциплин и развития, благодаря этому, синтезных наук, куммулирующих опыт и достижения разных научных дисциплин, по-добно синергетике, биосимметрике, эволюционике, парапсихологии и гомеостатике [1,13,36,37]. Вот на такой сложной основе подготавливается переход к новому естественнонаучному взгляду на мир и происходящие в нем процессы и закономерности.

1. Парапсихология и гомеопатия

Парапсихология до сих пор с трудом воспринимается классическими учеными, поскольку она утверждает ведущую роль психики, в особенности СОЗНАНИЯ, для всего естествознания. Правда, следует отметить, что ведущие специалисты-физики, определившие развитие научной парадигмы ХХ века, как Макс Планк, Нильс Бор, Вернер Гейзенберг, Вольфганг Паули, Луи де Бройль, Эрвин Шредингер, Альберт Эйнштейн и другие, рассматривая философские основы физики отмечали важную роль СОЗНАНИЯ в проведении и интерпретации физического эксперимента [4].

Многочисленные наблюдения и эксперименты в биологии и медицине привели к четкому пониманию значения слабых, порой трудно уловимых на уровне современной техники, но очень важных, ЭНЕРГОИНФОРМАЦИОННЫХ ВЗАИМООТНОШЕНИЙ в Природе и человеческом организме. Для медицины и биологии определяющим стало введение понятия БИОПОЛЯ, поскольку оно дает фундаментальную основу для понимания онто- и морфогенеза организма и для развития экспериментальных методов диагностики и лечения, использующих явление БИОРЕЗОНАНСА [5,6,18-21]. Резонансно-полевой тип взаимоотношений в биологии стал основополагающим в современном понимании функционирования организма и связей между организмами [3,16,17].

Следует заметить, что биологические поля обладают рядом характерных особенностей, отличающих их от физических полей [7,17]: 1. Динамическая системность со свойством избирательности (например, клетки коры больших полушарий по-разному взаимодействуют между собой); 2. Информативность биополя возникает и функционирует только в связи с процессами генерации и передачи биоинформации, то есть с процессами жизни их биосистем; 3. Резонансно-полевой тип взаимодействия как основа проявления биополей и возможность информационного взаимодействия изолированных систем без передачи энергии [7].

Логичным выводом из сказанного о биополе является признание существования особого типа ПСИ-поля, ПСИ-энергии и ПСИ-частиц, поскольку весь исторический опыт парапсихологии и развитие психофизики приводят к такому заключению [3,17]. Парапсихологические исследования показали, что в Природе существуют и в человеческом организме реально проявляются особые способы дистантной передачи информации, особые виды силовых полей, связанные с сознанием, и даже возможности образований самой материи «de novo» благодаря действию мысли, сознания [3,17]. Поэтому сознание следует признать одним из основных факторов существования и развития человечества на Земле. Становится ясным, что без учета этих новых видов полей, энергий и частиц нельзя построить общую теорию поля в физике, ибо они органично входят в новую парадигму естествознания XXI века. Космическая же роль сознания давно уже утверждена в йоге и является ее основополагающей доктриной.

Наряду с парапсихологией и психофизикой, большой вклад с смену научной парадигмы внесла гомеопатия, показавшая экспериментально наличие устойчивых информационно-энергетических свойств молекул воды («память» воды) в системе таких информационных матриц как «лекарство-вода», действующих даже при огромных разведениях, когда в растворе физически не остается реальных молекул вещества [8,9]. Установление таких новых фактов в гомеопатии привело к появлению совершенно новых медицинских технологий, как например, перенос на воду лекарственных свойств вещества – так называемый «трансфер» или «импринтинг» лекарственных средств [18-22] и особых информационно-активных препаратов. В механизме трансфера лекарственных средств участвуют переменные электромагнитные поля и магнитный вектор-потенциал, несущий специфическую биоинформацию, поскольку водные молекулы и образующиеся из них кластеры структурно устойчивы. На этой основе может быть объясненно известное в пси-терапии явление «заряжения» воды или каких-либо других веществ с помощью энергии целителя, используемых для лечения пациентов. Как и в случае с трансфером лекарств, вода поглощает резонансные частоты целителя и становится целебной, благодаря именно таким энергоинформационным взаимодействиям [9,12].

Наряду с парапсихологией, психофизикой, гомеопатией в развитие новой парадигмы знаний большой вклад вносит гомеостатика, изучающая регулирующие системы в организме и принципы их работы и управления [13,36].

2. Гомеостатика

Медицина, как наука о лечении человека и сохранении его здоровья, существует на протяжении тысячелетий. За длительное время разработаны различные методы и способы лечения пациентов, но в последнее время важное значение придается холистическому подходу в медицине [10]. Он включает в себя учет личностных, семейных, социальных факторов и окружающей среды, способствующих выздоровлению, профилактике заболеваний. При этом подходе пациент рассматривается как личность в целом, а не как человек с симптомом той или иной болезни, и поэтому используется широкий арсенал средств для диагностики и лечения, включающий в себя апробированные лекарственные средства и методы альтернативной медицины [12]. Таким образом, холистический подход означает целостный взгляд на личность, интегративный подход к лечению человека. Но такой подхд требует обширных знаний о гомеостазе человека и его связях с окружающей средой [12-13].

2.1. Резонансно-полевой тип взаимодействия и его значение для медицины

Живые организмы реагируют на внешние воздействия специфическими реакциями, поскольку у них имеются органы и рецепторы – зрительный, слуховой, тактильный, обонятельный, вкусовой и другие. В тоже время известно, что живые организмы способны отвечать неспецифической реакцией на самые разные воздействия. Следовательно, в живых организмах есть система с механизмом неспецифической рецепции этих разнообразных факторов.

На основании проведенных нами экспериментальных работ по биологическому действию ультрафиолетовых лучей, геомагнитобиологии, функциональной симметрии и анализу работ различных исследований, был сделан вывод, что в биологии имеется вид общей неспецифической рецепции, названный резонансно-полевым типом взаимодействия (РПТВ). Название РПТВ связано с тем, что в нем существенную роль играет резонансные явления и полевой характер, присущий биологическому объекту, как целостной биоэлектромагнитной системе [14-16]. Этот тип рецепции, принадлежит организму как единой функционирующей биополевой системе, связан с центральной нервной системой на основе «полевого» восприятия внешних сигналов и объектов. Отличительной чертой РПТВ является дистантный характер его связи и взаимодействия. Известные ранее механизмы рецепции в организме основываются на непосредственном (прямом) контакте структур чувствительной клетки (например, зрительные, вкусовые рецепторы) с физическим или химическим агентом (свет, вещество), а при РПТВ процессы взаимодействия могут происходить дистантно, то есть на разном расстоянии агента или фактора от организма.

При изучении особенностей РПТВ в электромагнитном диапазоне частот была выявлена следующая общая закономерность, важная для фотобиологии, биоэлектромагнитной биологии и медицины: например, для понимания фотореактивации (восстановления) клеток после УФ облучения, электроакупунктуры, электромагнитной анастезиологии и анальгезии, физиотерапии, и т.д. Открытая закономерность биологического действия электромагнитных частот состоит в следующем: «Близко расположенные по частоте виды электромагнитного излучения оказывают на живой организм ПРОТИВОПОЛОЖНОЕ влияние (то есть действуют антагонистически), а удаленные друг от друга электромагнитные частоты действуют на организм синергично, одинаково» [16], Например, губительное действие УФ лучей на клетки и ткани можно устранить, если воздействовать синефиолетовыми лучами (явление фотореактивации) и, наоборот, можно усилить действие сублетальных доз Х-лучей на живые организмы, если после рентгеновского облучения осветить биообъект красными или инфракрасными лучами.

В последнее время гипотеза о РПТВ нашла свое развитие в создании и применении различных приборов для так называемой биорезонансной терапии [6,9,17-20] и в том числе биорезонансного радиэстезического метода диагностики и гармонизации организма с помощью спектрального анализатора ауры П.Шмидта [21]. В МОРА – терапии для биорезонансного лечения используются собственные электромагнитные колебания, исходящие от тела пациента в широком диапазоне частот. Аппарат МОРА снимает биорезонансные колебания органов тела с помощью разного типа кожных электродов. Полученный от пациента спектр сигнала усиливается, фильтруется, преобразуется в инвертную форму и подается на другом участке тела.

Прибор BICOM является дальнейшим развитием биорезонансной терапии. Для лечения используется собственные электромагнитные колебания от тела пациента, которые преобразуются в приборе и вновь поступают к пациенту. Указанный процесс повторяется несколько раз в секунду, подавляя патологические колебания и восстанавливая гомеостатическое нормальное функционирование организма. Терапевтическое воздействие осуществляется на любые органы и системы организма и особенно эффективно при невралгических болях, хронических дегенеративных заболеваниях, ревматизме и других болезнях.

2.2. Медицинские аспекты геомагнитобиологии

При изучении влияния геомагнитного поля (ГМП) на человека исследователи неизбежно сталкиваются с необходимостью нового взгляда на энергоинформационные взаимоотношения и процессы в Природе. Например, отличительными особенностями биогеомагнитной рецепции являются всеобщая распространенность этого свойства (от бактерий до человека), низкий порог чувствительности, селективность реакции на отдельные параметры ГМП и, самое интересное, отсутствие видимого рецептора на этот вид поля [22-25]. Это указывает на то, что геомагнитное поле может восприниматься организмом в целом через механизм резонансно-полевого взаимодействия. Показано, что на атомарном и субклеточном уровне воздействие ГМП на биологические объекты может осуществляться через примесные атомы (медь, цинк, селен, кобальт, марганец), содержащиеся в клетках живых организмов [26]. На клеточном уровне ГМП оказывает свое действие, изменяя величину мембранного потенциала и проницаемость биомембран и оболочек для ионов, газов, солей и органических веществ [22,25]. Установлена общебиологическая закономерность: проницаемость биомембран контролируется и регулируется суточными изменением векторных составляющих ГМП – наклонения и склонения (I и D). В целостной реакции организма человека на ГМП важную роль играет кожный покров, тесно связанный с интерорецепторами внутренних органов, и система акупунктурных точек, меридианов и чакр, выполняющих особую энергетическую роль в системе гомеостатического регулирования. Необходимо также отметить мутагенное действие ГМП на бактериальную флору и клетки разных организмов, что имеет важное значение в медицинской микробиологии и эпидемиологии [25,27].

2.3. Влияние ГМП на здоровый организм

Действие ГМП на здоровый организм достоверно установлено в лабораторных, клинических и медико-статистических исследованиях [28-30]. При увеличении возмущенности ГМП отмечаются общие реакции организма – повышение эмоциональной напряженности, активация мышечной, дыхательной, имунной систем. Происходят также изменения в системе гомеостаза и нейрогуморальной регуляции в системе «гипофиз-надпочечники», отмечается усиление симпатотонуса и активизация вегетогуморальной регуляции – возрастает экскреция с мочой кортикостероидов, адреналина, а в центральной нервной системе изменяются характеристики электрической активности головного мозга (альфа- и тета-ритма) и т.д.

Одновременно с этим наблюдаются изменения сердечно-сосудистой системы и гемостаза: уменьшается сопротивление периферических сосудов, повышается внутриглазное и пульсовое давление, изменяются цитохимические свойства лейкоцитов. Реакции организма на ГМП бывают разными у людей, находящихся в различных климато-географических условиях, и они имеют индивидуальный характер и компенсируются за счет гомеостатических и адаптационных реакций, обычно не выходящих за пределы физиологической нормы.

2.4. Действие ГМП на больной организм

Больной организм становится очень чувствительным к действию геофизических факторов среды в связи с нарушением его гомеостатической регуляции. Считается, что изменения возмущенности ГМП не вызывают специфических заболеваний, а лишь отягощают состояние здоровья людей с измененным гомеостазом и осложняют протекание уже имеющегося заболевания, усугубляют течение патологического процесса в организме.

Отмечено, что геомагнитные бури с постепенным началом у больных ишимической болезнью сердца вызывают прежде всего изменения деятельности симпато-адреналовой системы: снижается уровень экскреции адреналина и норадреналина, увеличивается число случаев нарушений сердечного ритма, повышается вязкость цельной крови, плазмы, агрегация эритроцитов и, как следствие этого, возрастает число случаев внезапной смерти.

Необходимо отметить, что не получено прямой корреляционной связи между активностью ГМП и частотой первичных инфарктов миокарда (ИМ). Но обнаружено увеличение частоты повторных ИМ и осложнений (кардиогенный шок, пароксизмальная тахисистолия, острая левожелудочковая недостаточность) и увеличивается смертность от ИМ [29]. Интересно, что и при снижении возмущенности ГМП (К=О) также увеличивается число осложнений у больных ИМ: у них отмечается первичная фибрилляция желудочков, параксизмальная тахикардия, атрио-вентрикулярные блокады и увеличивается число цереброваскулярных нарушений (инсульты, нарушение мозгового кровообращения и т.д.). Исследования показали, что в развитии психических заболеваний особое значение имеет смена секторов межпланетного магнитного поля [30].

Приводимые сведения указывают на важную роль гелио-геофизических факторов в жизнедеятельности здорового и больного организма и поэтому внимание врачей должно быть привлечено к изучению биотропного действия этих факторов в конкретном регионе и различные сезоны года, когда усиливается действие местных метеофакторов и условий.

3. Медицинские аспекты селенобиологии

Влиянию Луны и приливо-отливных явлений на живые организмы (селенобиологии) посвящена обширная научная литература [31]. Внимание большинства исследователей привлечено к медицинским аспектам селенобиологии [32]. Проведенные исследования показывают, что геомагнитное и гравитационное поля могут быть синхронизаторами биологических ритмов и приливо-отливные явления играют важную роль в эволюции. В то же время как геомагнитное поле оказывает сильное влияние на суточную биоритмику (циркадианные ритмы), гравитационное поле, через посредство приливо-отливных явлений и смену лунных фаз, сказывается на динамике более крупных периодов биологических ритмов – семидневных, 28-дневных.

Организм человека тесно связан с окружающей средой и геофизическими факторами, оказывающими на него сильное влияние через механизмы, которые рассматривались выше. Обширные медико-статистические исследования показали, что овуляция и оплодотворение, длительность менструального цикла, частота родов, послеоперационных кровотечений, а также психические нарушения связаны со сменой фаз Луны. Поэтому необходимо знать о важной роли этого фактора во врачебной практике.

4. Медико-экологическое значение геопатогенных зон

Геопатогенные зоны (ГПЗ) являются локальными географическими аномалиями, связанными с геологическими разломами и пересечением подземных водных потоков, а образующееся в результате этого специфическое по своим свойствам земное излучение опасно для здоровья человека, находящегося длительное время в зоне его действия [33-35]. Многолетние исследования, выполненные в разных странах врачами в содружестве с физиками и специалистами по биолокации, указывают на то, что ГПЗ являются фактором повышенного риска, провоцирующим возникновение онкологических, сосудистых и нервно-психических заболеваний.

Исследования показали, что ГПЗ играют важную роль в возникновении вялотекущих воспалительных процессов и хронических дегенеративных заболеваний, поскольку земное излучение постепенно подрывает иммунитет организма человека. Как следует из сказанного выше, спектр заболеваний, вызываемых геопатогенными зонами, очень широкий и поэтому врачи должны знать о их существовании и о том, что они могут быть провоцирующим фактором онкологических и хронических заболеваний разной этиологии.

Лечащие врачи районных поликлиник и диспансеров должны учитывать возможное опасное действие ГПЗ, поскольку пребывание пациентов в таких зонах дома или на работе сводит на нет усилия врачей вылечить больных, так как возвращаясь из больницы или принимая лекарство, рекомендованное врачем, пациенты вновь попадают в опасную геопатогенную зону. Врачам, экологам, работникам детских, школьных, лечебных учреждений, следует обратить внимание на проблему геопатогенных зон и совместно со специалистами по биолокации принять меры для их быстрого обнаружения и ухода из опасной зоны, чтобы уменьшить риск различных заболеваний.

5. Значение функциональной симметрии для гомеостатической медицины

Функциональная симметрия (ФС) представляет собой новое научное направление, объединяющее в себе закономерности биоритмики и биосимметрики. ФС рассматривает и изучает индивидуальные различия организмов в биоритмах и их ответных реакциях на любые факторы физической или химической природы [36,37]. ФС показывает причины индивидуальных различий медико-биологических свойств, параметров и показателей функционирования организмов. На ее основе создана новая классификация биоритмических и реактивных типов, помогающая понять общебиологические закономерности функционирования живых систем и человека в особенности.

Указанная классификация, в основе которой лежит векторный анализ биоритмов и реактивности организма, является метаклассификацией, то есть универсальной, обнимающей собой все другие, как-то: тип нервной системы, конституциональные, наследственные, возрастные, половые или видовые свойтсва. ФС представляет собой теоретическую основу холистической медицины и гомеостатического регулирования.

ФС имеет большое значение для теоретической и практической медицины. Это связано с тем, что она, во-первых, объясняет различия в ответных реакциях у людей, потому что они зависят от формы и степени функциональной симметрии; во-вторых, объясняет особенности различий гомеостатического регулирования у людей, показывая, что их гомеостаты (солевой, температурный, гормональный и другие) могут отличаться по своим свойствам вплоть до полной противоположности; в-третьих, указывает на строгую индивидуальность нормы реакции у каждого человека и неприменимость усредненных статистических показателей. Это ставит перед медициной необходимость учета индивидуальных возрастных функциональных показателей и создания специального банка данных для каждого человека, в-четвертых, ФС показывает пути к пониманию оптимального регулирования и гармонизации организма, поскольку в основе их лежит так называемая «золотая» пропорция, «золотое» сечение (число Ф = 1,618 и его преобразования).

В работах по биосимметрике показано, что эта пропорция соблюдается в здоровом, нормально функционирующем организме, например, в объеме циркулирующей крови и соотношение в ней компонентов (плазма и форменные элементы), деятельности сердца, электрической активности головного мозга, электрических свойствах точек акупунктуры и т.д. Очень важно, что ФС открывает перспективы в новом понимании механизмов лекарственной устойчивости микроорганизмов. Как следует из положений ФС, в любой популяции бактерий, вирусов и фагов уже изначально есть такие функциональные типы клеток, которые реагируют на определенные антибиотики не так, как все остальные – вместо гибели при максимальных концентрациях, они выживают, не требуя для этого периода адаптации, и размножаются. ФС показывает тесную связь существующую между гомеостазом живого организма и геофизическими факторами, поскольку организм находится в тесном единстве с окружающей средой.

ЗАКЛЮЧЕНИЕ

Проблема гомеостаза живых систем является многогранной и разносторонней, связанной с фундаментальными закономерностями физики, и, прежде всего, с принципом симметрии, лежащей в основе строения и функционирования организмов.

Гомеостаз организма в целом и его отдельные гомеостаты представляют собой слаженную гармоничную систему, основанную на принципе симметрии и ее нарушении – диссимметрии, благодаря которой в организме образуются и проявляются зеркальные (взаимопротивоположные) формы физиолого-биохимических процессов и реакций, составляющие основу нормально функционирующего организма. Исследования показывают, что гомеостаз каждого человека (его функциональный стереотип) складывается из сочетанного действия и влияния эндогенных факторов, главным из которых является функциональная диссиметрия с ее многообразием реактивных форм, и экзогенных факторов (гелио-геофизических) определяющих фенотип человека и его реактивность и биоритмику.

Литература

1. Дубров А.П. Парапсихология и интегративное знание: смысл главных проблем. Парапсихология и психофизика, N 2, 1992, c. 11 – 16.

2. Дубров А.П. Биогравитация – биопритяжение? Парапсихология и психофизика, N 1, 1992, c. 2 – 10.

3. Дубров А.П. Биогравитация, биовакуум, биополе и резонансно-полевой тип взаимодействия как фундаментальные основы парапсихологических явлений. Парапсихология и психофизика, N 2, 1993, c. 15 – 23.

4. Jahn R.G., Dunne B.J. Margins of Reality. The Role of consciousness in the Physical World. New York etc. Harcourt Brace Jovanovich, Publ., 1987.

5. Evans J. Mind, Body and Electromagnetism. Second ed., D.A.P.A., Cambridge, 1992.

6. Bruegemann H. Diagnose – und Therapie – Verfahren im ultrafeinen Bio-Energie-Bereich. Heidelberd, Hand-Verlag, 3 Auflage, 1989.

7. Авраменко Р.Ф., Николаева В.И., Пушкин В.Н. К вопросу об информационном взаимодействии изолированных систем без передачи энергии. Сб-к.: Вопросы психогигиены, психофизиологии, социологии труда в угольной промышленности и психоэнергетики. – М., НТО Горное, 1980, с. 341 – 357.

8. Benveniste J. et al., Human basophil degranulation triggered by very dilute antiserum against IgE. – Nature, vol. 333, June 30, 1988, p. 816 – 818.

9. Смит С. Электромагнитная биоинформация и вода. Вестник биофизической медицины, N 1, 1994, c. 3 – 13.

10. Hastings A., Fadiman J., Gorden J.S.(eds). Health for the whole person. Westview Press Ins., Colorade, USA, 1980.

12. Дубров А.П. Пси-терапия: Теоретические и экспериментальные основы; «Парапсихология и психофизика», N 5, 1992, с. 3 – 18.

13. Горский Ю.М. (отв. ред) Гомеостатика живых технических, социальных и экологических систем. Новосибирск, «Наука», 1990.

14. Dubrov A.P. Space, Life and Health. De Natura Rerum (Brussel), vol. 5. n. 4, 1991, p. 284 – 290.

15. Дубров А.П. Генетеческие и физиологические эффекты действия ультрафиолетовой радиации на высшие растения. – М.: «Наука», 1968.

16. Дубров А.П. О новом (резонансно-полевом) типе взаимодействия в биологии. В Сб.: Вопросы психогигиены, психофизиологии, социологии труда в угольной промышленности и психоэнергетики. – М., НТО Горное, 1980, с. 377 – 388.

17. Дубров А.П., Пушкин В.Н. Парапсихология и современное естествознание. – М.: «Соваминко», 1989, с. 200 – 209.

18. Людвиг В. Научные и физические аспекты МОРА-терапии в акупунктуре. Вестник биофизической медицины, N 1, 1992, c. 28 – 34.

19. Аноним. Ультратонная резонансная терапия при помощи прибора BICOM. – Вестник биофизической медицины, N 1, 1994, c. 53 – 57.

20. Morell F. MORA – eine neue Therapie. K. Haug Verlag, Heidelberg, 1987.

21. Danze J.-M. Le systeme MORA ou le rationell rn medecine energetigue. Edition Encre / Ste ARYS, Paris, 1992.

22. Кемпе Н. Биорезонансные радиэстезические методы диагностики и целенаправленная гармонизация. Доклад на Международном конгрессе «Народная медицина и питание». Москва, 26 – 29 июля 1994 г. (Project GZ 602. 506/6 – 11.6/93 BMWF, GRAZ, Austria).

23. Дубров А.П. Геомагнитное поле и жизнь: – Л.: Гидрометеоиздат, 1974.

24. Киршвинк Дж. и др. (ред). Биогенный магнетит и магниторецепция. Новое о биомагнетизме. – т. 1 – 2, 1989. – М. Мир.

25. Dubrov A.P. Geomagnetic Field and Life. Geomagnetobiology. – New-York, Plenum Press Corp., 1978.

26. Данилов В.И., Зинченко С.Ю. О чувствительности биологических объектов к воздействию геомагнитного поля. – Биофизика, т. 37, вып. 4, 1992, с. 636 – 642.

27. Чернощеков К.А. Развитие идей А.Л.Чижевского в эпидемиологии. Томск, ТГУ, 1992 г.

28. Моисеева Н.И., Любицкий Р.Е. Воздействие гелио-геофизических факторов на организм человека. – Л.: Наука, 1986.

29. Ганелина И.Е., Чурина С.К., Якушкене Т.С. Инфаркт миокарда и электромагнитное поле Земли. – Сб.: Управление деятельностью висцеральных систем. Л.: Наука, 1983, с. 12 – 23. (отв. ред. Г.Г. Костюк).

30. Красногорская Н.В. (ред.) Электромагнитные поля в биосфере. т. I и II, M.: Наука, 1984.

31. Нейман Д. Приливные и лунные ритмы. Биологические ритмы. – М.: Мир, т. 2, 1984, с. 5 – 43.

32. Дубров А.П. Лунные ритмы у человека. М.: Медицина, 1990.

33. Hartmann E. Kranmkheit als Standortproblem. – K. Haug Verlag. Heidelberg, 1976.

34. Bergsman O. Risikofactor Standort. Rutenganger – zone und Mensch. – Facultas – Universitatverlag, wien IX, 1991.

35. Дубров А.П. Земное излучение и здоровье человека. – М.: Аргументы и Факты, 1992 г.

36. Дубров А.П. Симметрия биоритмов и реактивности. – М.: Медицина, 1987 г.

37. Dubrov A.P. Symmetry of Bioryhthms and Reactivity. -London – New-York, Gordon and Breach, 1989.

38. Симеонова Н.К. Гомеопатия – астрохимия. – Изд-во «Северный Кавказ,1993 – 202с.

Парапсихология и психофизика. – 1993. – №4. – С.3-30.

Сознание и физический мир

А.В.Московский, И.В.Мирзалис

Введение. Если не быть слишком точным, можно сказать, что проблемы «сознание и физическая реальность» в современной науке как бы и не существует. Не существует потому, что естествознание с самого начала стремилось к созданию объективной картины мира, то есть к такой его модели, которая по возможности была бы инвариантна к любой локальной, «личной», привязанной к какому-то определенному наблюдательному пункту точке зрения. Тенденция избавиться от всего субъективного, «человеческого – слишком человеческого» чрезвычайно важна, она заложена в самом, так сказать, генотипе европейской науки.

Последовательное проведение этой линии потребовало гигантских интеллектуальных усилий, но в конечном счете принесло многочисленные и впечатляющие плоды. Неудивительно поэтому, что все, что может быть теперь истолковано как попытка вернуться к темам, навсегда, казалось бы, оставленным в непролазных дебрях разного рода архаических, донаучных, «оккультных» построений, вызывает острую реакцию отторжения и зачастую оценивается как несомненный признак социального, культурного, научного и т.д. и т.п. – декаданса.

Между тем возможная связь сознания и материи обсуждается сейчас довольно активно [1-14], и мы выделим два наиболее важных аспекта этой темы.

1. Проблема редукции. Первый из них связан с проблемой так называемой редукции волновой функции в квантовой механике. Это очень старый вопрос, который стоял особенно остро в процессе становления теории, продолжая привлекать внимание физиков и в настоящее время [15-17].

Принято считать, что эволюция квантовой системы, описываемая уравнением Шредингера, имеет вполне детерминированный характер. Но в момент измерения, при переходе системы в одно из конечных состояний, невозможно указать заранее, какой выбор будет сделан. Более того, считается, что причины, влияющие на исход этого события, не только неизвестны, но попросту отсутствуют (квантовый индетерминизм). Иными словами, в такой момент состояние мира на мгновение как бы перестает подчиняться законам природы, в непрерывной цепи причин и следствий возникает неустранимый разрыв. С самого начала было ясно, что эта на первый взгляд локальная проблема есть основательная брешь в самих концептуальных основах не только физики, но и всего естествознания. Поэтому на протяжении десятков лет она служит предметом оживленных дискуссий.

2. Принцип суперпозиции и виртуальный мир. В квантовой физике действует принцип суперпозиции, согласно которому, если сиcтема может находиться в состояниях, описываемых функциями J₁,J₂,…J_k…, то она может находиться и в состоянии, соответствующем линейной комбинации этих функций. Поскольку коэффициенты в комбинации суть комплексные числа, данная композиция не есть чисто механическая смесь, а результат особого рода интерференции потенциальных возможностей.

Наглядной иллюстрацией свойства интерференции потенциального служит хрестоматийный пример интерференции частиц, например фотонов, на экране с двумя щелями. Распределение отсчетов таково, как если бы поведением каждого фотона управляла волна, взаимодействующая сама с собой по законам волновой оптики. В таком взаимодействии участвуют альтернативные, исключающие друг друга возможности («фотон может лететь только через одну щель»). Следует отметить, что свойство квантовой суперпозиции лишено наглядности, поскольку здесь складываются не вероятности, а волновые функции – пример с дифракцией фотонов лишь один из очень немногих, который можно хоть как-то изобразить.

Таким образом, если буквально следовать структуре квантового формализма, то весь мир как бы распадается на два. Первый – своего рода квантовое зазеркалье, где одновременно существуют и по своеобразным законам взаимодействуют потенциально возможные состояния Вселенной. Эволюция этого мира описывается, например, уравнением Шредингера, так что можно говорить о непрерывном потоке интерферирующих потенциальных возможностей, «виртуальных путей», «теней», «облаков вероятности» и т.д. и т.п. – набор метафор можно продолжить, но главное здесь в парадоксальном, невозможном в классическом мире взаимодействии того, чего как бы и нет. Второй план – это реальный, макроскопический мир, пространство действительных событий, в котором нет места неопределенности, двусмысленности, а если это и возможно, то лишь благодаря нашему незнанию того, что происходит на самом деле.

Мы видим, что виртуальный мир разительно отличается от реального. Прежде всего он неизмеримо мощнее, богаче. Так, если последовательность реальных событий уподобить соло на музыкальном инструменте, то квантовый аналог подобен симфонии, партитура которой содержит бесчисленное множество мелодий.

Где же проходит граница между двумя мирами? Что превращает потенциальное в реальное? Есть ли такое превращение некий физический процесс, который существующая теория не в состоянии описать? – Здесь целый круг вопросов, группирующийся вокруг проблемы редукции волновой функции. Подавляющее число теоретиков считают, что граница между виртуальным и реальным должна проводиться из масштабных соображений. Грубо говоря, классический мир – это мир больших макроскопических тел, для которых квантовые эффекты несущественны, а переход из потенциального в реальное происходит, например, при взаимодействии микрочастицы с прибором.

3. Подход Вигнера. Между тем ряд теоретиков, такие, как Ю.Вигнер, Д’Эспанья и др., считают эту точку зрения недостаточно последовательной и, с точки зрения квантовой идеологии, внутренне противоречивой. По их мнению, логически завершенная система взглядов требует считать, что и макроскопический прибор после взаимодействия с квантовым объектом также должен быть описан суперпозицией несовместимых состояний (сюжет, блестяще обыгранный Э.Шредингером в его знаменитом «парадоксе кота»). Окончательное «схлопывание» волнового пакета происходит только в сознании наблюдателя. Только сознание обладает уникальным свойством – сознавать самое себя. Именно способность к интроспекции и служит стартовым механизмом для перехода всей системы микрообъект-прибор-сознание в определенное состояние [10-14].

Аналогично тому, как экран дает возможность фотонам из светового потока приобрести определенное место в пространстве (которого они до взаимодействия с ним просто не имели), сознание наблюдателя останавливает виртуальный поток, внезапно замораживает его.

С этой точки зрения «принцип реальности» содержится не в физическом мире, а в плоскости сознания. Линия демаркации между потенциальным и реальным проходит не по масштабной (микро-макро) оси, а между физическим (эфемерным!) и, так сказать, психическим, сознательным (реальным!). Философская позиция прямо противоположная, как мы видим, той, с которой стартовала европейская наука.

4. Мир Эверетта. Не менее радикальный подход развивается в концепции Эверетта. До сих пор естественным, как бы само собой разумеющимся свойством Вселенной предполагалась ее единственность, уникальность – никому из физиков не приходила мысль усомниться в этом. Между тем, исходя из весьма глубоких соображений, Эверетт пришел к выводу, что некоторые проблемы теоретической физики получают неожиданное решение, если предположить, что наш мир не уникален, но существует в бесчисленном множестве равноправных копий [18-20]. Мы наблюдаем лишь одну из них. Роль сознания в таком мире – кардинальна. Оно выбирает один сценарий мира из сонма возможных. Благодаря такому подходу появляется, в частности, оригинальный способ устранения квантового индетерминизма. Согласно Эверетту, в каждом квантовом переходе реализуются сразу все возможности – мир расщепляется на столько копий, сколько вариантов есть у данного квантового перехода. Копии идентичны (за исключением одной детали), существуют самостоятельно и во всех отношениях равноценны. Возникает вопрос: почему же мы не видим расщепления мира – ведь наблюдается только одна копия из многих.

Ответ таков: сознание не расщепляется, но оказывается в одной из возможных ветвей. Эверетт предложил остроумную аналогию: наблюдатель, находящийся в закрытой каюте равномерно движущегося судна, не замечает его движения. Согласно принципу относительности с равными основаниями можно говорить как то, что корабль равномерно приближается к берегу, так и что берег движется к кораблю.

Подобно этому с равным основанием «то, что происходит» можно трактовать и как движение событийного ряда мимо неподвижного сознания, и как переход сознания с одной ветви мира на другую.

Следует отметить характерную особенность эвереттовской картины мира: в ней также появляется и служит существенно необходимым элементом всей конструкции столь необычный для физической теории объект как сознание.

Следует, конечно, иметь ввиду, что при всей своей кажущейся экстравагантности идея, что сознание участвует в редукции волновой функции, не есть нечто случайное. Появление этой идеи обусловлено весьма и весьма глубокими причинами. Речь здесь вовсе не идет о непосредственном давлении каких-то необъясненных экспериментальных фактов, но скорее о внутренней логике квантовой теории, в контексте которой позиция Вигнера (и Эверетта) не только не выглядит абсурдной, но есть всего лишь достаточно последовательное ее развитие. И все же человеку далекому от фундаментальных проблем квантовой механики эта тематика может показаться несколько схоластической, оторванной от действительных проблем современной науки.

5. Данные парапсихологии. Между тем существует огромный массив экспериментальных данных, который можно рассматривать как прямое и недвусмысленное свидетельство, что проблема «сознание и физический мир» не есть нечто эфемерное, а имеет серьезные фактические основания. Речь идет о результатах многочисленных парапсихологических исследований.

Вопрос об их научной ценности, пожалуй, один из самых болезненных. Казалось бы, до благополучного и окончательного разрешения этого вопроса нельзя в своих рассуждениях опираться на результаты этих экспериментов.

Скептики говорят, что парапсихология еще не скоро получит право считаться полноценной наукой, поскольку ее результаты недостоверны, зачастую невоспроизводимы, и всегда остается возможность объяснить их ошибками эксперимента или преднамеренным обманом. Согласно другой точке зрения, уже проведено достаточное количество экспериментов, удовлетворяющих общепринятым научным стандартам, а упорство скептиков объяснимо лишь консерватизмом официальной науки.

Может быть, «консерватизм» здесь не самое удачное слово. Ведь способность науки объяснять новые факты или самой пластично адаптироваться к ним – поразительна. Ее концептуальная мощь и методическое богатство кажутся почти безграничными. Ею были решены проблемы такой глубины, сложности и красоты, на фоне которых занятия всякого рода «паранауками» кажутся детскими играми в песочнице.

Наука может отвечать только на те вопросы, которые сама признает осмысленными. В чем смысл жизни? Какого цвета флогистон? Действует ли сознание на материю? Это темы одного ряда, одного сорта. Они может быть и имеют какой-то смысл, но все же за пределами научного дискурса. Наука затрудняется дать на них ответ вовсе не потому, что они неразрешимо сложны, а потому, что их как бы не понимает. Смысл жизни, флогистон, сознание – таких слов нет в словаре естественных наук.

Легко, казалось бы, возразить: наличие сознания абсолютно достоверный, непосредственно данный, несомненный факт любого субъективного опыта. Не трудно предвидеть и ответ. Самое слабое звено в этом аргументе – слово «субъективный». Наука стремится иметь дело только с объективными фактами, утверждениями, старательно изгоняя из своего материала всякий субъективный элемент («субъективно ясно», что Солнце вращается вокруг Земли – «объективно», «на самом деле» все наоборот).

Можно понять поэтому тех, для кого парапсихологическая деятельность лишена реального предмета. Известный критик парапсихологии М.М.Бонгард даже сформулировал нечто вроде методологического «принципа вытеснения». Он рассуждал примерно так: данные парапсихологии настолько чужды его научной интуиции, представлению о том, как устроен мир, что если однажды ему представят протокол успешного телепатического эксперимента, он будет готов допустить наличие сколь угодно замысловатых и маловероятных артефактов, но только не признать реальность явления.

Хотя такая позиция и выглядит несколько крайней, живо напоминая сюжет с эпициклами в системе мира Птоломея, ей не откажешь в последовательности и, самое главное, в ясном понимании того, насколько материал парапсихологии чужероден современной науке.Для адаптации его придется заплатить цену, размеры которой трудно даже приблизительно оценить. Значит то, что кажется удручающим консерватизмом, есть на самом деле совершенно нормальная реакция отторжения чужеродного материала, своего рода борьба за чистоту идейного генофонда. «Боюсь данайцев, дары приносящих»…

Тогда становится понятно, почему оживленные дискуссии по пси-исследованиям имеют печальную особенность, возникая с известной периодичностью, кончаться как бы ничем: их обычный результат – отсутствие такового. Начиная с прошлого века, можно указать несколько подобных циклов. Легко также сделать и прогноз: эти хождения по кругу будут повторяться и в будущем с тем же приблизительно исходом [21].

Все сказанное дает нам основания воздержаться от детального обсуждения вопроса о достоверности пси-феноменов, и в последующих рассуждениях мы просто будем исходить из тезиса об их реальности. Занять именно такую позицию нам позволяют и выводы нескольких недавних работ, в которых приведены результаты обобщенного анализа огромного массива данных парапсихологии [22-27].

Читатель может сказать, что даже если пси-феномены и имеют место, они очень малы или редки, а потому их признание не требует существенных изменений в сложившейся модели мира. Как бы самое большее, что следует сделать – это добавить несколько курьезных деталей к карте, главные контуры которой давно и хорошо известны.

Такой подход кажется вполне разумным, в самом деле, легко привести много примеров, когда ядро истины содержится уже в первом, линейном приближении, а все последующие уточнения не меняют его.

Но все же возникают ситуации, когда обнаружение количественно малых эффектов служит признаком того, что существующая модель нуждается в качественном изменении. Открытие Беккереля, как известно, состояло «лишь» в том, что атомы некоторых (очень немногих) элементов радиоактивны, то есть иногда, крайне редко, но распадаются.

Тогда мы оказываемся в позиции следователя (или адвоката), который опираясь лишь на два-три достоверных факта, пытается добраться до сути дела и стремится при этом как можно дольше обходиться лишь логическими аргументами.

6. Психофизический парадокс. В своих дальнейших рассуждениях мы будем исходить из тезиса о реальности двух таких фундаментальных пси-явлений, как прекогниция и психокинез. Нет особой нужды доказывать, что их объяснение в рамках современной физики, по крайней мере, затруднительно. Поэтому поставим вопрос иначе: в какой из существующих физических концепций эти явления имеют относительно высокие шансы на объяснение?

Начнем с прекогниции. Прежде всего отметим, что уже само ее существование представляется тяжелым, почти неразрешимым парадоксом. Даже если мы как-то сможем объяснить ясновидение, введя, например, понятие о каких-то необычных способах передачи информации, пользуясь которыми оператор «считывает текст» с неких информационных матриц, – даже и в этом случае существование прекогниции есть абсурд, поскольку будущее это то, что еще не произошло. Очень трудно объяснить получение информации от того, чего еще нет.

Дело, однако, не так безнадежно, как может показаться на первый взгляд. Начиная с тридцатых годов в физике существуют и успешно развиваются так называемые теории прямого взаимодействия частиц (они также имеют название современных теорий дальнодействия) [28-32]. Их принципиальная новизна состоит в предположении о формальном равноправии запаздывающих и опережающих решений волнового уравнения. Фактически это означает, что в такого рода теориях наряду с обычным, привычным нам причинным потоком – от прошлого к будущему, вводится в игру и обратный во времени – от будущего к прошлому.

Конечно, самый первый вопрос, на который должен быть получен ответ, почему же несмотря на формальную симметрию двух компонент, в действительности наблюдается лишь запаздывающая. Эта ключевая проблема была решена Уилером и Фейнманом [28-29]. Согласно их подходу, ускоряющийся заряд порождает как опережающие, так и запаздывающие волны. Окружающие частицы (абсорбер) также приходят в движение и в свою очередь излучают поля с аналогичной структурой. Исходная и вторичная волны интерферируют, причем исход интерференции кардинально зависит от того, в какой мере данный сорт излучения интенсивно взаимодействует с абсорбером, в роли которого выступает все вещество Вселенной. Убедительно показано (теоретически и экспериментально), что для всех четырех известных видов взаимодействий должна наблюдаться только запаздывающая волна. Но из этих же соображений следует, что для излучения с качественно иным механизмом взаимодействия с веществом можно ожидать наличия опережающей компоненты.

Итак, признавая реальность прекогниции, мы склоняемся к тому, что наша Вселенная имеет существенное сходство с моделью Уилера-Фейнмана. Это мир, в котором уже все произошло, даже будущее, которое в известном смысле уже существует.

Здесь все жестко связано, причем «жесткость» такой связи гораздо больше, чем в мире лапласовского детерминизма, поскольку она скреплена двумя причинными потоками – прямым и обратным. В нем нет места ни для слепого случая, ни для свободной воли, но есть лишь иллюзия такой свободы, причем в соответствии с духом теории, мы также должны полагать, что причина этой иллюзии также неодолима, как и все причины в этом предвечно-состоявшемся мире.

Эта особенность модели была осознана уже на первых этапах формирования теории. Один из ее создателей – немецкий физик Тетроде – подчеркивал: «Солнце не излучало бы, если бы оно было одно в пространстве, и никакие другие тела не смогли бы поглотить его радиацию…» [30]. Другой автор, ничего однако не знавший ни о теории дальнодействия, ни о физике вообще, написал в те же годы нечто очень похожее [33]:

Быть может, прежде губ уже родился шепот

И в бездревесности кружилися листы,

И те, кому мы посвящаем опыт,

До опыта приобрели черты.

Между тем психокинез есть влияние волевого усилия оператора на удаленные от него объекты и процессы. Психокинетическое воздействие как-бы вторгается в причинно обусловленный ход событий. Поэтому для объяснения психокинеза предпочтительна такая модель мира, которая больше похожа на квантовомеханическую. В такой модели есть место и для представления о свободе воли. Когда нет жесткой предопределенности, фатальной предрешенности, понятие это не кажется абсурдным.

Итак, разным пси-феноменам соответствуют принципиально отличные по своим качествам модели: предельно детерминистическая – предвидению и индетерминистическая – психокинезу. Получается, что искомая картина мира должна совмещать несовместимое: быть одновременно и достаточно пластичной, допускать возможность зазоров в причинных цепях, но вместе с тем и предельно жесткой, застывшей. (Читатель может напомнить нечто аналогичное: дуализм волновых и корпускулярных свойств микрочастиц. Здесь также приходится говорить о неких «кентаврах». Разница конечно в том, что у нас речь идет о конструкции мира в целом).

Таким образом всякая будущая теория, претендующая на объяснение пси-явлений, должна иметь также и способ разрешения этого серьезного противоречия. Мы будем называть его его «психофизическим парадоксом».

7. Синтетическая модель. Такими ресурсами, по-видимому, обладает рассмотренная нами ранее «синтетическая модель» [34]. Она сочетает два подхода – эвереттовский и развиваемый в современных теориях дальнодействия. Множество возможных состояний Вселенной образует континуум (потенциально) равноценных эвереттовых копий, каждая из которых есть мир Уиллера-Фейнмана. Внутри каждой из копий все события уже предрешены, состоялись. Внутренняя жесткость конструкции реализуется, как мы видели, двойной причинно-следственной связью (два потока причинности).

Что же порождает иллюзию течения событий? Возможны два равноправных и, по сути дела, неотличимых подхода: движение мировой линии мимо «неподвижного» сознания, и движение сознания вдоль мировой линии. (Эти две равноправные точки зрения соответствуют двум сосуществующим в европейской традиции концепциям времени. Первая наиболее ясно сформулирована в специальной теории относительности. Здесь под временем понимают то и только то, что показывают различного рода часы. Другой подход развит, например, в философских системах А.Бергсона [35,36], М.Хайдеггера [37]. Согласно ему переживание времени («временность») – фундаментальный феномен сознания, одна из важнейших компонент его сущности).

Но тогда и квантовый скачек можно объяснить не только как «предъявление» наблюдателю одной из возможных копий, но и как смещение сознания с одной ветви на другую. Нам остается добавить «очень немного»: предположить, что сознание до некоторой степени способно влиять на направление такого смещения и его, так сказать, интенсивность.

Тогда и психокинез можно трактовать не только как воздействие волевого усилия на ход объективных событий, но и как целенаправленное перемещение внутри «каталога возможностей» к тем копиям, которые соответствуют желаемому исходу.

Тогда сознание можно уподобить легкой частице, увлекаемой потоком жидкости: здесь «естественный ход вещей» соответствует движению по ламинарным линиям, а попытки перехода с одной траектории на другую должны сопровождаться импульсом, перпендикулярным потоку. Если такой импульс невелик, будущее более-менее предсказуемо, но и «волевые усилия» не приводят немедленно к заметным изменениям: «каталог возможного» устроен так, что копии образуют непрерывное и достаточно плотное множество, а, значит, лишь продолжительные и однонаправленные усилия могут дать результат.

Авторы хорошо понимают, что рассмотренная здесь модель весьма неортодоксальна, но у нее есть, на наш взгляд, два важных преимущества. Первое мы уже обсудили – возможность разрешения психофизического парадокса. Второе – здесь находит достаточно естественное объяснение так называемый феномен ретроактивности. Его можно рассматривать как разновидность психокинеза, но в данном случае речь идет как бы о влиянии на события, происходившие в прошлом!

8. Феномен ретроактивности. Возможность ретроактивного, то есть обратного во времени действия дискутируется в связи с работами Г.Шмидта. Теоретические и экспериментальные исследования феномена были начаты свыше двух десятков лет тому назад и продолжаются до настоящего времени [38-47].

В 1971 году Г.Шмидт впервые поставил опыт, исход которого являет дерзкий вызов не только основам всей современной науки, но, казалось бы, и самому здравому смыслу [38]. Вот его схема: генератор случайных событий выдает последовательность бинарных чисел, скажем, из нулей и единиц, которые регистрируются на перфоленте или магнитофоном. Как генерация, так и фиксация числовой последовательности производится автоматически без участия наблюдателя. По условиям эксперимента никто не имеет доступа к данным до тех пор, пока они не будут предъявлены испытуемому в ситуации психокинетического эксперимента. Ранее зафиксированная, но никому не известная случайная последовательность предъявляется оператору, например, в виде слабых/сильных щелчков или же вспышек красного/зеленого света. Задача состоит в том, чтобы «волевым усилием» добиться превышения количества, скажем, сильных щелчков над слабыми.

В контрольном эксперименте половина ранее записанной последовательности предъявляется испытуемому, между тем, вторая, играющая роль фоновой, оценивается только компьютером. Предполагается, что в контрольной половине должны отсутствовать именно те аномальные особенности распределения случайных событий, которые наблюдаются в части, подвергающейся воздействию. Этот контрольный тест и служит доказательством существования эффекта. Он также снимает гипотезу, что свойства случайной последовательности известны испытуемому посредством внечувственного восприятия.

Здравый смысл показывает нам, что усилия испытуемого получить то или иное превышение, например, числа единиц над числом нулей, заранее обречены на провал: ведь события, от которых зависело, каково должно быть превышение и должно ли оно быть вообще, уже состоялись. Это произошло, например, тогда, когда был включен генератор случайных чисел и результаты его работы были зафиксированы. Изменить это уже состоявшееся решение выше человеческих сил…

Между тем, образ физической реальности, рисуемый квантовой физикой, заставляет, как мы уже видели, усомниться в абсолютной истинности вывода, основанного на здравом смысле – проблема измерения в квантовой механике и возможная роль наблюдателя служат источником таких сомнений.

Как мы подчеркивали, до сих пор нет ясного и простого ответа на вопрос, в каком случае результат случайного процесса можно считать состоявшимся: когда он уже зарегистрирован макроскопически или же только тогда, когда наблюдатель сделал его частью своего сознания.

Мы видим, что благодаря работам Г.Шмидта появляется шанс придать этому казалось бы безнадежно-метафизическому вопросу вполне конкретный экспериментальный смысл. Возникает прямой и наглядный способ его решения: попытаться посредством психокинетических воздействий влиять на случайные процессы, исход который, с классической точки зрения, уже определен.

Шмидт понял, что если вигнеровская интерпретация квантовой теории верна, то и результаты психокинетического воздействия на мишень уже после ее объективной фиксации могут быть не менее успешными, чем в традиционном психокинетическом опыте. Поскольку даже на этой стадии природа еще как бы не приняла решения об исходе случайных событий.

Уже в первых предварительных экспериментах, выполненных Г.Шмидтом в 1971 году в Институте парапсихологии (США), были получены результаты, свидетельствующие о возможности психокинетического воздействия на уже зарегистрированные числовые последовательности [40]. Исследования были продолжены в следующем году двумя другими исследователями, которые также получили обнадеживающие результаты [ibid]. В этих опытах генератор случайных чисел выдавал случайную последовательность цифр 1, 2, 3 и 4, фиксирующуюся на перфоленте, к которой никто не имел доступа до момента психокинетического воздействия. Во время эксперимента испытуемый («наблюдатель») сидел перед панелью с четырьмя лампами, каждой из которых соответствовали цифры 1, 2, 3, 4. Его задача состояла в том, чтобы заставить лампу, соответствующую цифре 4, вспыхивать чаще, чем три другие лампы. Результаты его «попаданий» в мишень, то есть вспыхивания нужной лампы, фиксировались автоматически.

Один из экспериментаторов взял в испытуемые оператора, ранее показавшего хорошие результаты в других пси-тестах. Этот испытуемый и в тестах с психокинетическим воздействием на уже записанные последовательности, сделав 4100 попыток включить нужную лампу, сумел заставить лампу номер 4 включиться на 72 включения больше, чем это следовало бы ожидать по теории вероятности. Между тем группа наугад взятых испытуемых в 4700 аналогичных попытках получила лишь случайные результаты. В обоих случаях мишени поступали с одной и той же перфоленты. Ее неиспользованная в экспериментах часть была затем просчитана на компьютере, но значительного превышения цифры 4 также найдено не было [40].

Еще один экспериментатор, работая по той же схеме, но с использованием другого одаренного испытуемого, также получил заслуживающие внимания результаты: из 8930 попыток зажечь лампу номер 4 успешных оказалось на 158 больше, чем следовало бы по теории вероятности [ibid].

В последующие годы Г.Шмидт развил и углубил свои исследования: сначала в Институте парапсихологии, а с 1975 года в Mind Science Foundation. Основная схема экспериментов оставалась неизменной, варьировались лишь способы предъявления мишени испытуемому, способ фиксации последовательностей и некоторые другие условия.

Г.Шмидт нашел, что для психокинетического воздействия несущественно, генерируются ли мишени одновременно с воздействием, или такому воздействию подвергается предварительно уже зарегистрированные, но никому не известные мишени [ibid].

Можно ли в таком случае говорить об абсолютной физической реальности, независимой от «наблюдателя»? Согласно вигнеровской интерпретации квантовой теории абсолютной физической реальности, как таковой, не существует, вещи становятся реальными только тогда, когда привлекают к себе внимание человека-наблюдателя.

Тогда и в психокинетическом эксперименте с заранее зарегистрированными мишенями решение о том, быть «орлу» или «решке», выносится не тогда, когда мишень генерируется и эти результаты фиксируются, а лишь тогда, когда испытуемый, получив сигнал о степени успешности своего психокинетического усилия, видит «орла» или «решку».

Что же будет, если на одну и ту же предварительно зафиксированную последовательность мишеней поочередно воздействуют два испытуемых? Эксперимент показал, что психокинетическое воздействие первого испытуемого -»преднаблюдателя»- блокирует такое же усилие второго испытуемого [45].

Обсуждая полученные результаты, сам Г.Шмидт рассматривает две гипотезы: возможность обратного во времени психокинетического воздействия и вигнеровскую концепцию квантового коллапса, склоняясь ко второй точке зрения [44,45].

Ясно, что результаты опытов Г.Шмидта находят и в нашей модели естественное объяснение, поскольку эвереттовский подход можно рассматривать как одну из конкретных реализаций общей идеи Вигнера.

Невозможно изменить содержание уже отснятого фильма. Никто не мешает нам, однако, выбрать кинофильм с заданным содержанием, ведь вариантов их бесчисленное множество. Тогда нет принципиальной разницы, по какому критерию – соответствие прошлых и будущих событий – делается выбор. В рамках одной копии события принципиально не отличаются друг от друга, ведь отличие прошлого от будущего в цепях причинности весьма условно.

9. Проблема соответствия. Фактор времени. Ясно, что рассмотренная здесь модель мира не только открывает перспективу решения каких-то вопросов, но и порождает много новых. В данной статье мы не будем подробно их обсуждать, ограничившись лишь самыми краткими замечаниями.

Читатель прежде всего может сказать, что нарисованная нами картина выглядит слишком фантастической. Ведь не только в научной парадигме, но и с позиции нормального здравого смысла сознание и материя – вполне автономные сущности.

Всем ясно, что сознание – пассивный наблюдатель того, что происходит вне него. Это как бы зритель, сидящий в зале кинотеатра. Здесь наблюдаемое и наблюдающий разделены пространством кинозала, а объединены только потоком фотонов из проекционного аппарата. Лишь когда художественный уровень фильма достаточно высок, может возникнуть иллюзия соучастия. Впрочем это своего рода фокус, мираж. Вот сеанс окончен, в зале зажигается свет и публика направляется к выходу, навстречу, так сказать, объективной реальности…

Для сторонника философского реализма данная схема абсолютно верна. Для авторов – верна, но лишь как первое и, пожалуй, второе приближение. Когда же речь заходит о третьем порядке, то тут уместно вспомнить, что нам известно из области парапсихологии и квантовомеханических аргументов, короче говоря то, о чем написана статья.

Для восточного мудреца – все мы профаны, поскольку весь мир в действительности есть иллюзия, «майя», иными словами, на каком-то фундаментальном (и недоступном нашему разумению) уровне наблюдаемое и наблюдающий совпадают.

Как же нам быть с этой множественностью подходов? Можно, конечно, твердо занять одну из крайних позиций и держать круговую оборону. Но хотелось бы иметь более широкий взгляд, при котором все точки зрения находят свое законное место.

Будем опять рассуждать по аналогии. Свет – волна или частица? – ответ на этот вопрос зависит от конкретных условий проведения эксперимента, то есть от сочетания неких параметров, определяющих, какие свойства доминируют. Значит и для обсуждаемого нами вопроса было бы хорошо понять, какие же факторы существенны для выбора разумной позиции.

Можно предположить, что при прочих равных условиях таким параметром является время. Не существует абсолютно замкнутых систем, но с другой стороны, для двух частей единой системы можно указать такой промежуток времени, в течение которого их допустимо считать автономными. Чем меньше интервал, тем точнее «адиабатическое приближение».

Чем меньше рассматриваемый промежуток времени, тем предпочтительнее позиция философского и физического реализма. Весьма слабая, но экспериментально обнаруживаемая зависимость хода физических процессов от сознания может быть найдена за время, характерным масштабом которого служит, например, продолжительность серии опытов Шмидта или Джана и Дюнне, то есть несколько месяцев. Чем больше рассматриваемый период, тем более верно то, что сознание не только пассивный наблюдатель, но все в большей степени и, так сказать, автор сценария. Здесь, видимо, масштабы заведомо больше времени человеческой жизни. Нетрудно привести много свидетельств в пользу справедливости такого взгляда, но все они потребуют от нас выхода за жанровые рамки статьи. Читатель, знакомый с соответствующей литературой, без труда может сделать это.

10. Коллективное сознание? Если мы предположим, что сознание – активный участник формирования физической реальности, с неизбежностью возникает и вторая проблема. Одно из ее проявлений – известный «парадокс друга Вигнера». Суть его очень проста: почему разные наблюдатели, исходя из разных, так сказать, центров наблюдения имеют дело с общей физической реальностью? Подобный же вопрос возникает в эвереттовской модели мира: можно ли считать, что разные наблюдатели существуют в одной ветви множества возможных исходов? Ясно, что эти и множество подобных вопросов должны возникать как только мы переходим от позиции добротного физического реализма к модели вигнеровского типа.

Есть несколько возможностей решения этой проблемы – укажем две, в известном смысле, предельно различных. Первая может состоять, например в том, что поставленный в парадоксе Вигнера вопрос трактуется в духе квантовой идеологии, не имеющий прямого экспериментального смысла и, следовательно, метафизический. Вторая – принять в качестве гипотезы, что отдельные, кажущиеся автономными сознания, автономны лишь в известных пределах, но составляют части некого единого поля сознания. Ясно, что такой подход обещает объяснить многое, хотя и выходит далеко за пределы не только физической теории, но и философствования, опирающегося на естественнонаучный материал. Этот не вполне приемлемый в рамках научной статьи ход мыслей интересен тем, что здесь видны точки наибольшего естественного сближения подходов, вырастающих из европейской научной традиции и восточных метафизических концепций. Сделаем еще несколько осторожных шагов в этом направлении…

Мир Эверетта – это мир, в котором есть все. Но там, где есть все, по сути нет ничего. Определенность, уникальность мира, требует существования какого-то выбирающего или конструирующего принципа, рассекающего весь мир на тот, который «есть», и тот, который лишь мог бы быть. Это соразмерное «всему миру» сознание и есть тогда действительный источник времени мира и его законов. Движение мира есть движение этого глобального сознания (см. также [13]).

Бесконечный скачек от него к отдельным индивидуальным сознаниям кажется не столь непреодолимым, если допустить, что пропасть отнюдь не пуста, а заполнена нисходящим током сознания.

Такое внутреннее родство индивидуальных сознаний позволяет нам понять, почему же миры, в которых находят себя отдельные индивидуальные сознания, оказываются частями одного большого мира.

Тогда Мир, в котором мы себя обнаруживаем со всем комплексом физических, астрономических, геометрических и т.д. и т.п. законов, «начальных и граничных условий» – это не только результат эволюции этого мира, но итог движения по некой траектории коллективного сознания в фазовом пространстве возможных миров.

11. Три программы. Становится ясно, что парапсихология – это не столько учение о «резервных возможностях человеческой психики», сколько своего рода экспериментальная метафизика, источник уникальной информации о свойствах мира в целом.

В последние годы усилия выдающихся теоретиков направлены на создание такой всеобъемлющей модели мира, в которой все многообразие законов природы выводилось бы из минимального числа универсальных постулатов. Эмпирической основой здесь служат, главным образом, данные астрофизики и физики элементарных частиц. Закономерен вопрос – может ли будущий «Великий Синтез» быть успешен при игнорировании психофизической проблемы?

Сейчас мало кто сомневается в этом – ведь вся история, причем не только физики, но и науки в целом, может служить предельно ясной демонстрацией того, что такой подход не только допустим, но и плодотворен. Однако, ясно и другое: рано или поздно должна обнаружиться его ограниченность.

Изолированная система, абсолютно твердое тело, плоское пространство – понятия вполне законные, но лишь в пределах определенного круга проблем. Вселенная, в которой нет того, что мы называем сознанием – такая же теоретическая абстракция, как и все перечисленные.

Нетрудно понять, почему тогда не кажется абсурдной задача построения естественнонаучной картины мира, в которой материя и сознание образовали бы такое же органическое единство, как поля в электродинамике. В настоящее время сформулированы идейные основы трех относительно независимых научно-исследовательских программ, для которых решение этой задачи, если не главная, то одна из перспективных целей.

Первая связана с направлением, реализуемым в международном Университете Махариши. Вторая представлена циклом теоретических и экспериментальных работ, проведенных в Принстонском университете под руководством Р.Джана. И, наконец, третья развивается как существенная часть исследований спин-торсионных взаимодействий.

12. Программа MIU. Весьма обширная научно-исследовательская программа разрабатывается группой сотрудников международного университета Махариши (MIU). В ней присутствуют как теоретические, так и экспериментальные аспекты, причем каждый из них весьма интересен.

Ее идеологическое обоснование наиболее полно представлено в многочисленных публикациях Д.Хегелина. Следуя ведической традиции, он исходит из тезиса: подобно тому, как все материальные объекты есть части единой физической субстанции, так и различные индивидуальные сознания следует рассматривать как проявления единого универсального сознания [48].

На феноменальном уровне материя и сознание контрастно различны по своим свойствам, однако ничто не мешает нам постулировать, что на каком-то достаточно фундаментальном уровне они составляют единство. Конечно, этот ход мысли apriori может не вызвать особых возражений уже хотя бы потому, что был не раз разработан в многочисленных философских системах.

Неординарность развиваемого Хегелином подхода состоит в утверждении, что развитие физики достигло такого этапа, когда объектом ее исследования становится онтологические структуры, общие как для проявленного, физического мира, так и для плана сознания. Согласно [48], успех в построении теории сознания может быть обеспечен благодаря выделению простейших и наиболее фундаментальных структур сознания, которые, как считает Д.Хегелин, имеют весьма точное соответствие физическим структурам законов природы.

Сотрудники MIU полагают, что такой подход может служить серьезной идеологической и теоретической базой для целой серии разработок, причем не только в области физики, но и в весьма широком спектре научных и социальных программ. Мы отметим лишь одно из таких направлений – попытки воздействия на ход социальных процессов с помощью целенаправленной коллективной медитации (эффект Махариши).

Первые такие исследования были проведены в 70-ые годы, и в них изучалась динамика преступности в 22 городах Соединенных Штатов (с населением порядка 25 тыс. человек). Согласно опубликованным отчетам, уровень преступности уменьшался в тех 11 городах, где достаточное количество (не менее 1%) жителей практиковали трансцедентальную медитацию. Между тем в других городах (взятых в качестве контрольных) она продолжала расти. В дальнейшем аналогичные исследования были предприняты с большим размахом, причем «объектами воздействия» служили уже не отдельные города, но целые страны и даже группы стран, причем и здесь сообщается о наличии положительного эффекта.

Читатель вправе удивиться, что действия столь небольшой группы практикующих медитацию может оказывать заметное влияние. Даже если мы поверим, что такое действие в принципе возможно, не окажется ли оно подобным слабому радиосигналу на фоне многократно превышающих его шумовых помех?

Неожиданный выход из тупика предложил К.Дрюл (также сотрудник MIU). Он напомнил об известном в физике феномене сверхрадиации, при котором интенсивность, излучаемая когерентными источниками, оказывается пропорциональной не первой степени, но квадрату числа отдельных излучателей. Таким образом, эффект Махариши можно трактовать как особого рода полевой эффект сознания [49].

Здесь слово когерентность – ключевое. Уже из школьной оптики известно, что характер излучения двух подобных источников принципиально отличается от наложения излучателей, фазы которых меняются хаотически. Чем больше число таких источников, тем более разителен контраст, и наглядный пример тому – излучение лазера с целым спектром свойств, невозможных для обычных источников. Видимо и при коллективной медитации происходит нечто вроде «лазерной фокусировки», острота и эффективность которой быстро (как N2) растет с увеличением числа ее участников.

13. Экология сознания. Развивая эти представления можно высказать гипотезу, что качественные особенности коллективного сознания (в частности, степень его когерентности, или же, напротив, хаотичности) есть не только социальный, но и особого рода физический фактор, влияющий на ход стихийных процессов. Свидетельством этого может быть заметное увеличение сейсмической активности в зонах острых межнациональных конфликтов.

В этом смысле само общество выбирает (осознанно или нет) тот мир, в котором ему затем приходится существовать. Так весьма естественно возникает понятие экология сознания со всем комплексом соответствующих экологическому подходу тем. Становится также ясной и ограниченность существующего экологического подхода, который нуждается в существенном дополнении списка рассматриваемых им факторов: наряду с такими традиционными, как воздух, вода и т.д., состояние коллективного сознания оказывается одним из ключевых.

14. Квантовая механика как метаязык. В известной статье [4] Джан и Дюнне исходят из того, что «реальность возникает только в результате взаимодействия сознания со своим окружением», поэтому как концептуальный аппарат, так и формализм квантовой механики, который первоначально был предназначен для описания чисто физических феноменов, оказывается пригодным для представления общих характеристик сознания, взаимодействующего с окружением. Общая теоретическая схема выглядит таким образом: сознание моделируется квантовомеханической функцией Шредингера, его окружение – соответствующей формой потенциала. Тогда уравнение Шредингера задает собственные функции и собственные значения, которые затем и интерпретируются как представления эмоционального и когнитивного опыта индивидуального сознания в данной конкретной ситуации. Как считают авторы, в таком контексте целый ряд традиционных тем квантовой механики (дуализм волна-частица, принцип неопределенности и т.д.) получают неожиданный и интересный смысл, описывая опыт коллективного и индивидуального сознания.

Основой предложенной модели служили два внушительных по объему и итогам цикла экспериментов, проведенных авторами в течении многих лет. Первый цикл составлял исследование низкоуровнего психокинеза с использованием разнообразных механических и электронных устройств. Весьма характерно, что для весьма различных физических объектов результаты весьма схожи, что может служить серьезным свидетельством их фундаментальности.

Второй массив представлен опытами по ясновидению, причем значительная часть их осуществлена в так называемом прекогнитивном варианте, когда перцепиент регистрирует свои впечатления о мишени до того, как она предъявлена агенту, а во многих случаях даже и до выбора мишени. Отмечается, что в пределах точности эксперимента не обнаружено заметной зависимости от расстояния (вплоть до межконтинентальных, в несколько тысяч миль), которая должна была бы наблюдаться при механизме передачи информации, связанном с распространением волн. Авторы подчеркивают также, что нет какой-либо ощутимой зависимости точности перцепции от временного интервала.

По мнению Джана и Дюнне прямое использование современной физической теории не имеет особых шансов на успех в объяснении пси-феноменов, хотя попытки сделать это неоднократно предпринимались. Необходима основательная смена исследовательской парадигмы. Но такой концептуальный сдвиг нуждается в принципиально новом понятийном аппарате, который еще не создан. Есть ли выход из этого тупика?

Один из возможных способов – расширение смысла уже умеющихся понятий. Из истории науки можно привести много примеров, когда такой, вроде бы чисто семантический ход, оказывался весьма плодотворным (ближайший к обсуждаемой теме – «волна вероятности»). Но ведь использование слова в необычном расширительном значении есть метафора. Джан и Дюнне и предлагают рассматривать квантовую механику как комплекс метафор, с помощью которых можно попытаться дать системное описание феномена сознания.

Почему же не психология и биология, а именно квантовая механика, столь далекая по своему исходному предмету, может служить основой для построения моделей пси-явлений? Было бы неверно думать, что дело здесь только в богатстве и универсальности ее математического аппарата – это обстоятельство, конечно, существенно, но не главное.

Современные «науки о живом» до сих пор находятся под сильнейшим влиянием редукционистского подхода, как бы продолжая (и постепенно преодолевая) идеологическую инерцию прошлого века. Между тем холистический подход впервые наиболее последовательно и плодотворно реализован именно в квантовой механике, а, следовательно, из всего множества современных научных теорий она оказалась наиболее подготовленной к восприятию пси-проблемы. Можно указать много признаков этого – как весьма конкретные аналогии между некоторыми пси-феноменами и так называемой квантовой нелокальностью, так и более широкий круг тем: параллели между восточным мистицизмом и квантовой картиной мира. Поэтому квантовая идеология начинает играть роль как своего рода мета-язык, широко применяемый и за пределами исходного круга физических задач.

15. Поля кручения и пси-феномены. Впервые представление о кручении как объекте физической теории возникло в известной работе Э.Картана [50]. В конце пятидесятых годов были предприняты попытки построить теорию гравитации с кручением. Т.Киббл [51] и Д.Шима [52] указали на возможную взаимосвязь кручения пространства-времени с собственным моментом импульса. Взрывной рост числа публикаций последовал после статей Копчинского [53] и Траутмана [54], рассмотревших космологические следствия теории (устранение сингулярности). К настоящему времени опубликованы многие сотни работ, посвящены этой теме, и несколько конкурирующих подходов активно развиваются в литературе [55,56]. Экспериментальный статус концепции основан как на прямых опытах, свидетельствующих о макроскопическом проявлении полей кручения, так и весьма обширном и разнообразном массиве данных, который может быть осмыслен как иллюстрация фундаментальной роли кручения в физических процессах [56].

Есть основания полагать, что данная концепция может оказаться ключевой и для решения психофизической проблемы. Впервые эта идея была высказана А.Е.Акимовым в работе [56]. Более детально гипотеза развита в статье А.Е.Акимова и В.Н.Бинги [57]. По их мнению, индивидуальное сознание способно производить изменение структуры пространства-времени. В силу эффектов нелинейности такие изменения могут создавать устойчивые образования, то есть существовать как особого рода торсионный фантом.

Простые рассуждения помогут понять принципиальную особенность поля кручения, важную для обсуждаемого вопроса. Сумма линейных векторов есть также линейный вектор. Созерцая вектор, мы не можем сказать, какая пара его составила и была ли эта пара вообще. Для вращения дела обстоят иначе. Сумма двух вращений не есть третье вращение. Образно говоря, вращения не умирают в своей сумме, но сохраняются как индивидуальности, а при некоторых обстоятельствах информация об исходных компонентах может быть восстановлена. Это весьма важное обстоятельство отличает спин-торсионное поле от векторных полей.

Тогда открывается возможность физического объяснения не только передачи мысли на расстояние, ясновидения, но и таких, казалось бы, безнадежно «оккультных» феноменов, как полтергейст, прижизненные призраки и т.д..

Согласно Г.И.Шипову, разрабатываемая им версия вакуума имеет своим объектом такой онтологический уровень, на котором физическое и психическое в значительной степени совпадают [58]. Постулируется, что основу всех известных квантовых полей составляет некоторое первичное торсионное поле, которое есть совокупность элементарных пространственно – временных вихрей, не имеющих энергии, но переносящих информацию.

В известной статье Г.Шмидт предложил гипотезу, согласно которой пси-явления связаны с коллапсом волновой функции [43]. Впоследствии эта идея была развита О.К.деБорегаром в контексте представлений о роли опережающих потенциалов в явлении эйнштейновской корреляции [59]. Возможная роль явления квантовой нелокальности в пси-феноменах обсуждалась нами ранее в [34]. Сравнительно недавно было выдвинуто предположение, что по крайней мере некоторые проявления квантовой нелокальности могут быть рассмотрены в контексте спин-торсионных представлений и, в частности, были предложены схемы экспериментов для проверки предположения о том, что J-коллапс сопровождается торсионным возмущением [60]. Таким образом появляется еще один аспект, в котором гипотеза о спин-торсионной природе пси-явлений может быть конкретно разработана.

Как мы видели, существенным элементом предложенной нами в п.7, модели мира служит представление о реальности опережающих волн. В формальный аппарат теории обе компоненты входят симметрично. Если излучение данного типа поглощается достаточно сильно, то благодаря взаимодействию с веществом Вселенной опережающая компонента исчезает. Критерий достаточности можно сформулировать, например, так: если излучение, испущенное из некоторой точки, не имеет никаких шансов выйти за пределы Вселенной, то в данном месте будут наблюдаться только запаздывающие волны. В ином случае наблюдается и опережающая компонента. Таким образом, существование феномена прекогниции может означать, что существует некоторый физический агент, имеющий опережающую компоненту и, следовательно, поглощающийся веществом Вселенной существенно слабее, чем поля, ответственные за четыре рода фундаментальных сил.

Есть серьезные теоретические и экспериментальные основания полагать, что таким посредником является поле кручения, поскольку механизм его взаимодействия с веществом существенно отличается от, например, электромагнитного. Результаты проведенных ранее экспериментов тоже можно трактовать как наличие такой компоненты [61,62]. Но это означает, что если рассмотренная нами модель мира в общих чертах соответствует действительности, его причинновременная ткань имеет торсионную основу.

Заключая этот краткий обзор, который не ставил своей целью сравнительный анализ особенностей рассмотренных нами программ, отметим лишь, что нет никаких идейных препятствий их дальнейшему сближению и взаимовлиянию. (В частности разработка темы «зкологии сознания» может послужить общей целью такого сближения).

Укажем также, что когда в физике появляются новые взаимодействия или, как говорили в прошлом веке, новый род сил, то поначалу это воспринимается только как добавление к уже сложившейся картине мира. Однако в конце концов оказывается, что это не только появление еще одного персонажа на сцене физических взаимодействий, но в конечном итоге радикальное изменение самого места действия. Можно поэтому высказать осторожный оптимизм, что развитие спин-торсионных представлений приведет к такому новому пониманию устройства мира, в рамках которого и психофизическая проблема получит более глубокое понимание.

16. Заключение. Значит ли все сказанное, что проблема сознание и физический мир уже в ближайшие годы имеет шанс перестать быть темой только философских спекуляций и станет одним из разделом нормальной (в смысле Т.Куна) науки? Как мы видели, для оптимистической перспективы есть определенные основания, но, с другой стороны, было бы важно понять, почему парапсихология и нормальная наука представляют собой как бы две несмешивающиеся жидкости, существуют как бы в двух разных измерениях.

Наиболее часто встречающееся объяснение – невысокая достоверность, сомнительная ценность парапсихологического материала. Спору нет – можно привести много примеров грубых методических ошибок, самообмана. Но нельзя видеть и другого: к настоящему времени выполнено значительное количество работ, удовлетворяющих самым высоким методическим научным критериям. Таким образом, расхожее мнение об отсутствии у парапсихологии серьезной экспериментальной базы – своего рода предрассудок. Дело тут скорее в проявлении очень простого объективного закона, назовем его условно «правилом порядка сборки». Подобно тому, как всякий сложный механизм, состоящий из большого числа деталей, допускает лишь ограниченное число способов его монтажа, так и процесс обретения «Великого Синтеза» имеет критические точки, этапы, последовательность которых не может быть нарушена. Сначала объединение электричества и магнетизма, затем оптика как часть электродинамики, после этого теория электрослабых взаимодействий и т.д. – последовательность детерминирована не исторически сложившимися обстоятельствами, но устройством мира как целого. Заметный прогресс психофизики как некого аналога электромагнетизма следует ожидать только после того, когда сама физика окажется готовой к такому синтезу. Что же касается, так сказать, субъективных проявлений этого закона, то у нас пока нет оснований ожидать каких-то заметных изменений. Нормальное свойство нормальной науки – это слепота к тем фактам, которые она не может адаптировать. Здесь поле деятельности давно известных и хорошо отработанных механизмов вытеснения чужеродной информации вместе с ее носителями. Лишь когда появляется возможность адаптации, необходимость запрета исчезает и виноград перестает быть зеленым.

Если же говорить о более отдаленной и предпочтительной перспективе, то авторы не находят ничего лучшего, как привести цитату из книги Л.Н.Толстого:

«Только правильное разумение жизни дает должное значение и направление науке вообще и каждой науке в особенности, распределяя их по важности их значения относительно жизни. Если же разумение жизни не таково, каким оно вложено во всех нас, то и сама наука будет ложная.

Не то, что мы назовем наукой, определит жизнь, а наше понятие о жизни определит то, что следует признать наукой. И потому для того, чтобы наука была наукой, должен быть прежде решен вопрос о том, что есть наука и что не есть наука, а для этого должно быть уяснено понятие о жизни» [63].

Литература

1. «The Role of Conciousness in the Physical World». R.G.Jahn (ed). – Boulder, Colorado: AAAS., Westview Press. 1981.

2. «Quantum Physics and Parapsychology.» L.Oteri (ed). – N.Y.: Parapsychol. Found., INC, 1975.

3. Jahn R.G., Dunne B.J. «Margings of Reality.» – Oriando, Florida: Harcourt Brace Jovanovich, 1987.

4. Jahn R.G., Dunne B.J. //Found. of Phys. – 1986,vol.16, N 8, p.721

5. «Consciousness and the Physical World.» B.D.Josephson, V.S.Ramachandren (eds). – Oxford etc.: Pergamon, 1980.

6. Stapp H.P. //Found. of Phys. – 1982,vol.12, N 4, p.363

7. Woo C.H. //Found. of Phys. – 1981,vol.11, N 11/12, p.933

8. Schlegel R.S. //Spec. in Sci. and Thechnol.-1982,vol.5, N 4, p.383

9. Walker E.H. //Phys. Today. – 1971,vol.39, p.39

10. Wigner E.P. //Am. J. Phys. – 1963,vol.31, p.6

11. Wigner E.P. in: «The Scientist Speculates», I.J.Good (ed), – N.Y.: Basic Books Inc, 1962, p.284

12. d’Espagnat B.»Conceptual Foundations of Quantum Mechanics». Reading MA: Benjamin Inc., 1976.

13. Wheeler J.A., in: «Problems in the Foundations of Physics», G. Toraldo di Francia (ed). – Amsterdam: Ital. Phys. Soc. North-Holland, 1979. p.395

14. de Beauregard O. Costa //Phys. Lett. – 1978,vol.67A, p.171

15. von Neuman J. Mathematical Foundation of Quantum Mechanics. – Princ.: Princ. Univer. Press., 1955.

16. London F., Bauer E. La theorie de observation en mechanique quantique. – Paris: Hermann, 1939.

17. Ballentin L.E. //Phys. Rev. A. – 1991,vol.43, N 1, p.9

18. Everett H. III //Rev. Mod. Phys. – 1957,vol.29, p.454

19. The Many-Worlds Interpretation of Quantum Mechanics. B.S. de Witt, N.Graham (eds). – Princ., N.Y.: Princenton Univ. Press, 1973.

20. Everett H. III, in: «The Many-Worlds Interpretation of Quantum Mechanics.» B.S. de Witt, N.Graham (eds). – Princ., N.Y.: Princenton Univ. Press, 1973, p.3.

21. Broughton R.S. Parapsychology: The Controversial Science. – N.Y.: Ballantine Books, 1991 (см.гл.IV). Там же читатель может найти обширную библиографию по критике парапсихологии.

22. Honorton C. et al. //J. of Parapsychol. – 1990,vol.54, p.99

23. Honorton C., Ferrari D.C. //J. of Parapsychol. – 1989,vol.53, p.281

24. Radin D.I., Ferrari D.C. //J. of Scientific Exploration. – 1991,vol.5, p.61

25. Radin D.I., Nelson R.D. //Found. of Phys. – 1989,vol.19, p.1499

26. Braud W.G. //Subtle Energie. – 1991,vol.2, p.1

27. Utts I. //Statistical Science. – 1991,vol.6, N 4, p.363

28. Wheeler J.A., Feynman R.P. //Rev. Mod. Phys. – 1945,vol.17, N 1, p.157

29. Wheeler J.A., Feynman R.P. //Rev. Mod. Phys. – 1949,vol.21, N 3, p.425

30. Tetrode H. //Zeit. fur Phys. – 1922,vol.10, s.317

31. Cramer J.G. //Rev. Mod. Phys. – 1986,vol.58, N 3, p.647

32. Davies P.C.W. The Physics of Time Assymetry. – Berkley and Los Angel.: Univ. Calif. Press, 1977

33. Мандельштам О.Э. Собрание сочинений в 4-х томах. – М.: «Терра»-»Terra», 1991, т.1, c.200.

34. Московский А.В., Мирзалис И.В. //»Философские исследования современных проблем квантовой теории». Ю.В.Сачков, А.В. Тягло (ред.). – М.: 1991, – c.100

35. Бергсон А. Творческая эволюция. – М.-СПб., 1914.

36. Бергсон А. Длительность и одновременность. – СПб., 1923.

37. Heidegger M. Sein und Zeit. – Tubingen, 1929.

38. Schmidt H. //New Scientist. – 1971,vol.50, p.757

39. Schmidt H. // J. of Am. Soc. for Psych. Res. – 1975,vol.69, p.301

40. Schmidt H. // J. of Am. Soc. for Psych. Res. – 1976,vol.70, p.267

41. Schmidt H. // Found. of Phys. – 1978,vol.8, p.463

42. Schmidt H. // J. of Parapsychol. – 1981,vol.45, p.87

43. Schmidt H. // Found. of Phys. – 1982,vol.12, p.565

44. Schmidt H. // J. of Parapsychology. – 1984,vol.48, p.261

45. Schmidt H. // J. of Parapsychology. – 1985,vol.49, p.229

46. Schmidt H. // J. of Parapsychology. – 1986,vol.50, p.1

47. Schmidt H. // J. of the Am. Soc. for Psych. – 1991,vol.85, p.109

48. Hagelin I.S. Achieving World Peace through a New Science and Technology. – Fairfield: Maharishi Internat. Univ. Press, 1922.

49. Bulletin of the Maharishi International Assotiation of Unified Field Scientists. – 1991, p.1.

50. Cartan E. //Comptes Rendus. – 1922,vol.174, p.539

51. Kibble T.W.T. //J. Math. Phys. – 1961,vol.2, p.212

52. Sciama D.W. //Rev. Mod. Phys. – 1961,vol.36, p.463

53. Korczynscki W. //Phys. Lett.-1972,vol.39 A, p.219; Ibidem.-1973,vol.43 A, p.63

54. Trautman A. //Bull. Acad. Polon. Sci., ser. sci. math., astr., phys. – 1972,vol.20, p.185; Ibidem. – 1973,vol.21, p.343

55. Ефремов А.П. Кручение пространства-времени и эффекты торсионного поля. – М.: МНТЦ ВЕНТ, 1991.

56. Акимов А.Е. Эвристическое обсуждение проблемы поиска новых дальнодействий. EGS-концепции. – М.: МНТЦ ВЕНТ, 1991.

57. Акимов А.Е., Бинги В.Н. О физике и психофизике. – М.: МНТЦ ВЕНТ (в печати).

58. Шипов Г.И. Явления психофизики и теория физического вакуума. – М.: МНТЦ ВЕНТ (в печати).

59. de Beauregard O.K. //Found. of Phys. – 1985,vol.15, N 8, p.671

60. Акимов А.Е., Московский А.В. Квантовая нелокальность и торсионные поля. – М.: МНТЦ ВЕНТ, 1992.

61. Лаврентьев М.М., Еганова И.А., Луцет М.К., Фоминых С.Ф. //Докл. АН СССР.-1990,т.315, N 2, с.368

62. Акимов А.Е., Пугач А.Ф. К вопросу о возможности обнаружения торсионных волн астрономическими методами. – М.: МНТЦ ВЕНТ, 1992.

63. Толстой Л.Н. О жизни. Мысли о новом жизнепонимании. – М.: Посредник, 1911. – с 14.

О.А. Лавренова, В.Ю. Музычук, Т.П. Сергеева

Опыт бездуховной биографии

Рецензия на книгу М.Дубаева «Рерих» из серии ЖЗЛ

В конце 2003 г. в издательстве «Молодая гвардия» в серии «Жизнь замечательных людей» вышла книга М.Л. Дубаева «Рерих».

Это не первое обращение издательства к биографии известного русского художника и мыслителя. В 1972 г. в этой серии уже была опубликована книга о жизни и творчестве Н.К. Рериха, написанная П.Ф. Беликовым в соавторстве с В.П. Князевой (1). Она вызвала столь большой интерес у читателей, что через год тираж пришлось повторить. Главными достоинствами этой литературной биографии были не только собранный годами кропотливой работы фактический материал, но и бережное, уважительное отношение к герою книги. Еще более интересно неоконченное исследование П.Ф. Беликова «Рерих (опыт духовной биографии)» (2). В этой книге Павел Федорович осуществил действительно комплексный подход к биографии, соотнеся биографические факты жизни Рериха с его духовным становлением. Этому автору были присущи духовная деликатность и глубокое знание философского и художественного творчества Рерихов. Комплексное исследование и новое осмысление жизненного пути Н.К. Рериха и его художественного, философского, духовного наследия представлено в труде известного рериховеда Л.В. Шапошниковой — в ее книге «Мастер» (3).

Одним словом, у молодого биографа были весьма авторитетные предшественники. Авторитетна и серия, в которой вышла книга. Правда, тон издательской аннотации несколько озадачивает: «автор впервые воссоздает подлинную биографию, раскрывает внутренний мир человека-гуманиста». Это, видимо, надо понимать так: М. Дубаев обобщил опыт первопроходцев, ввел в оборот новые источники и превзошел в мастерстве и научной основательности и П.Ф. Беликова, и Л.В. Шапошникову. Предваряя свой труд словами благодарности Международному Центру-Музею имени Н.К. Рериха, Максим Дубаев ставит еще один знак качества на своем произведении.

И читатель, не ожидая подвоха, с доверием открывает книгу молодого автора.

Кризис жанра

С первой же страницы о качестве книги свидетельствует перевернутый знак триединства — символ защиты культурных ценностей, введенный Рерихом одновременно с подписанием Пакта культуры. Три пурпурные сферы — прошлое, настоящее и будущее — в круге вечности образуют равносторонний треугольник вершиной вверх, что символизирует восхождение духа, его торжество над земной очевидностью. У Дубаева же треугольник перевернут вершиной вниз, что означает нисхождение духа, погружение его в земную материю. Под этим «символом» и проходит изобилующее неточностями и домыслами повествование Максима Дубаева о Николае Константиновиче Рерихе.

Жанр биографии предполагает наиболее полное и объективное представление жизни великого человека. Для этого исследователю и писателю необходимо соотнести три основных компоненты: исторический контекст, линию событий жизни и внутреннюю, духовную жизнь героя, без понимания которой события и факты не могут быть освещены объективно. Этим требованиям отвечают упомянутые биографии Н.К. Рериха, созданные П.Ф. Беликовым и Л.В. Шапошниковой.

Надо отметить, что личность Н.К. Рериха, глубина его философских взглядов и сакральность некоторых моментов его жизни и творчества создают для биографа особую сложность. В период работы П.Ф. Беликова над книгой о Н.К. Рерихе его младший сын Святослав Николаевич писал Павлу Федоровичу: «Надо создать истинный, светлый образ, но Человеческий, Труженика, Человека, который жил для человечества, — Образ истинного Подвижника, Ученого, Учителя, жизнь которого прошла Горним Путем. Много было замечательного в жизни Н.К.» (4). И еще: «Удивительной была жизнь Н.К. и Е.И. Как это нужно все собрать и бережно донести. Сколько было у них знаний, широких, истинных. Мысль была свободной, радостной. Только и думали о благе всех, поверх всяческих внешних условностей, всяких ветхих ограничений» (5).

В свою очередь П.Ф. Беликов писал С.Н. Рериху о своих размышлениях: «…Мы хорошо знаем, что подробное жизнеописание Н.К. [Рериха] — очень ответственная работа. Сейчас я пользуюсь исключительно архивными материалами, и если у меня возникают сомнения, то предпочитаю такие моменты вообще выпускать, чтобы не исказить фактов. Но безусловно, важны не только сами факты, но и их интерпретация, и в этом Ваше указание будет особенно ценным…» (6) «…Конечно, я считаю эту книгу лишь слабым отзвуком тех чувств и мыслей, которые не облечь в обычные человеческие словосочетания. Остается только надеяться, что эта первая более-менее подробная и систематизированная биография Н.К. [Рериха], в которой как-то раскрыт и его внутренний творческий мир, послужит фундаментом для дальнейших работ и исследований. Как Вы заметите, книга значительно разнится от первоначального варианта. Она ближе к жанру “художественной биографии”, однако в жизнеописании Н.К. [Рериха] я не допустил вымыслов и, в меру возможностей жанра, затронул некоторые серьезные, глубинные проблемы…» (7)

Существует и другой способ написания биографии великих деятелей, который сегодня становится все более распространенным. Факты, исторический контекст и внутренний мир героя в таком «жизнеописании» становятся не столь важными, на первый план выдвигаются сплетни и слухи, окружавшие историческую личность при жизни и присочиненные гораздо позже в соответствии с требованиями новой конъюнктуры. Особенно часто такой метод стал применяться именно к Н.К. Рериху, чей жизненный путь был столь сложным и ярким, что многим хотелось бы его «притушить». Таким желанием, со всей очевидностью, руководствовался в своих произведениях В.А. Росов. Откровенная клевета о великом художнике легла в основу писаний О. Шишкина, В. Сенкевича, Е. Минутко.

Максим Дубаев, взявшись за написание биографии, пытался написать ее с чистого листа, не опираясь на опыт научно-духовной биографии классиков рериховедения, — и попал в зависимость от других авторов, фактически повторив не только методы и приемы, но и некоторые идеи Росова и Шишкина. В косноязычном пересказе Дубаева еще более абсурдными выглядят гипотезы В. Росова, одержимого идеей «развенчания» Н.К. Рериха и желанием представить его не художником и мыслителем, а политиком и дельцом.

«Наша молодежь мало знает о подлинном жизненном подвиге Н.К. [Рериха], — писал П.Ф. Беликов. — Инвалиды от мистики делают из Н.К. мага, а спящие духом — карьериста. Легенды переплетаются со сплетнями, а реальный трудовой, творческий и жертвенный жизненный путь остается невыявленным» (8). Дубаев удивительным образом вместил в свой текст оба негативных полюса, упомянутых Беликовым. В его интерпретации Н.К. Рерих рисуется и магом, и карьеристом. Из этого следуют неутешительные размышления о личности новейшего биографа.

Умаление Великих обликов

Ощутимая неприязнь автора к своему герою выражается в постоянном использовании неприязненных отзывов о Рерихе некоторых его современников. Отрывки из воспоминаний А.Н. Бенуа, «Автомонографии» И.Э. Грабаря занимают в книге немалый объем, при этом об отношении к подобным высказываниям самого Н.К. Рериха, который указывал на многочисленные искажения событий, а зачастую откровенную ложь, скромно упоминается в сноске в конце издания.

Между тем отзывы других современников Н.К. Рериха, например, письмо С.Ю. Судейкина, товарища Николая Константиновича по «Миру искусства», от 19 июля 1920 г. (Дубаев, к сожалению, использует его в другом контексте (9), свидетельствуют о признании организаторских способностей, художественного дарования, простоте и порядочности Н.К. Рериха. Отсюда — готовность доверить ему свои судьбы безоговорочно: «Здравствуйте, дорогой друг, Николай Константинович! Здесь мы живем дружно, и есть проекты воскресить выставку “Мир искусства”. Григорьев в Берлине, здесь — Яковлев, Сорин, Реми, Гончарова, Ларионов; Стелецкий в Каннах. Только не хватает нашего председателя, который предпочитает холодного Альбиона Парижу, городу вечной живописи. С каким восторгом говорил о Вас недавно Ф. Журден, председатель Осеннего Салона, вспоминая “Половецкие пляски” и “Священную весну”. Я думаю, Николай Константинович, что если Вы тронули глаза и сердца рыбоподобных “бритов”, то здесь Ваше имя имело бы более горячих поклонников и друзей. Приходите и правьте нами. Судейкин» (10).

Из дневников и писем самого Рериха, из высказываний его мы знаем, как критически относился к себе Николай Константинович. Он понимал, что нападки недругов часто были вызваны неумением и нежеланием проникнуть в суть его дел и идей. В черновиках повести «Пламя» он пишет: «Назвать мою жизнь бедной нельзя. Жизнь была особенной. Немногие ее знали. Волком в стае я никогда не ходил. Одиноким медведем иду я. <…> Пусть буду медведем, лишь бы волком не быть. Поймете?» (11) Как следует из книги Дубаева, ему этого понять не дано. Истинный Рерих ему недоступен.

Недоступно ему и осознание высокой ответственности, которую он как биограф Н.К. Рериха возложил на свои плечи. «Нет и не может быть отдельной проблемы “Рерих”, но есть широчайший круг вопросов, на благополучное решение которых все сделанное Рерихом оказывает громадное влияние» (12), — писал П.Ф. Беликов. Соотносить масштабы наш автор решительно не способен, не владеет он и методикой комплексного подхода. Зато он в совершенстве овладел приемами желтой прессы. Его книга выстроена таким образом, что большинство глав посвящено какому-нибудь скандалу, имевшему место в ближнем, дальнем и очень дальнем окружении Рериха. На страницах книги представлено более десяти скандалов и скандальчиков, включая не имеющие никакого отношения к ходу повествования драку между бароном Н. Врангелем и М. Боткиным, произошедшую на «Выставке старинных картин» (13), «нетрадиционные» отношения между Дягилевым и Нижинским (14), слухи о нездоровых наклонностях Ледбитера и судебные тяжбы между Теософским обществом и отцом Кришнамурти (15).

Комментарии Дубаева к событиям и документам имеют, кажется, одну цель — создать неприглядный психологический портрет героя книги. «Был обижен» по отношению к Рериху и «не повезло» по отношению к его начинаниям — эти пассажи встречаются в тексте постоянно. По мнению автора, Рерих был из тех людей, которые в связи с теми или иными событиями вынуждены оправдываться (16) или готовы «разобраться с обидчиками» (17). Вот еще несколько высказываний, показывающих отношение автора к своему герою. «Боялся ли повторения такого же скандала Николай Константинович? Несомненно…» (18) «Рерих раздаривал свои картины, альбомы, искал новых друзей и союзников» (19). «Только во время маньчжурской экспедиции Н.К. Рерих понял, какую роковую ошибку совершил, высказав в прессе восторженное отношение к японцам» (20).

Аннотация к книге обещает, что автор обогатит читателя неизвестными фактами из биографии Рериха. И действительно, Максим Дубаев спешит нас «порадовать» своими открытиями: «…еще в 1900 году Николай Константинович, как бы стесняясь своего происхождения, несколько иронично писал своей невесте…» (21) Это шутливое письмо, свидетельствующее о великолепном писательском даре Николая Константиновича, о его способности легко перевоплощаться в избранный литературный образ «купеческого сына», Дубаев пытается преподнести в качестве доказательства якобы существовавшего у Н.К. Рериха комплекса неполноценности: «Между тем во Франции произошло очень важное событие: Рерих сумел доказать свое дворянское происхождение и даже баронство. <…> Вопрос о собственном дворянском происхождении давно мучил Николая Константиновича, тем более что его жена была княжеского рода, внучатой племянницей М.И. Голенищева-Кутузова» (22). В подтверждение этого Дубаев приводит отрывки из воспоминаний князя Щербатова, который язвительно сравнивал Н.К. Рериха с Тартюфом, обвинял его в титулопоклонстве и еще бог знает в чем.

Автор старательно и не без азарта «вылепливает» образ мелочного, неудачливого и недалекого человека, который ни в малейшей мере не соответствует реальному облику Николая Рериха, мыслителя и гуманиста, чья жизнь, запечатленная в книгах и свершениях, была ярким примером напряженного служения высшим идеалам, постоянной работы над собой и достижения высокой степени совершенства и гармонии личности. «Большой совершенный Человек» (23) — так сказал о своем отце С.Н. Рерих.

По свидетельству самых близких Рериху людей — его жены, детей, учеников и сотрудников, разделявших с ним тяготы жизненного пути, ему были присущи все те качества, к которым, как это следует из всех мировых философий, необходимо стремиться человеку, ставшему на путь самоусовершенствования: неутомимость и бесстрашие, спокойствие и терпимость, искренность и простота, неутолимая жажда знаний и трудолюбие, доброжелательность и справедливость.

«Добрый и терпеливый, никогда не терявший попусту ни секунды времени, гармонично сочетавший состояние напряженности и ощущения благожелательства, всегда приносивший пользу людям и всегда думавший о благоденствии окружавших его людей, он как личность являет собой совершенный образец человека, для которого жизнь стала великим подвигом, высоким служением. <…> Где бы он ни был, в каких бы условиях ни находился, он всегда писал картины. И не только картины — писал свои книги и свои дневники. И это было возможно только благодаря строгой самодисциплине. Николай Константинович всегда верил, что труд очищает нашу жизнь, что человек должен трудиться и через труд он разрешит свои насущные проблемы и поднимется на следующую ступень эволюции. Сам Николай Константинович был как бы олицетворением этой мысли, потому что всю свою жизнь он трудился» (24).

«Я поражаюсь размаху и богатству его деятельности и творческого гения, — писал о Николае Константиновиче друг семьи, премьер-министр Индии Джавахарлал Неру. — Великий художник, великий ученый и писатель, археолог и исследователь, он касался и освещал так много аспектов человеческих устремлений. Уже само количество картин изумительно — тысячи картин, и каждая из них — великое произведение искусства». Дополняет этот портрет Индира Ганди: «…да и сам он своей внешностью и натурой, казалось, в какой-то степени проникся душой великих гор. Он не был многословен, однако от него исходила сдержанная мощь, которая словно бы заполняла собой все окружающее пространство… Мы также ценим его как связующее звено между Россией и Индией» (25).

Всю свою жизнь Николай Рерих отдал служению идеям красоты, гармонии, искусства, мечтая о торжестве Духа и Культуры. «Почему я называю сущность Н.К. Рериха огненной? — писал А.П. Хейдок. — Потому что она зажигала других возвышенными чувствами подобно пламени, причем пламя от этого ничуть не уменьшалось — ведь от одной свечи можно зажечь миллион свечей» (26).

Ни одно из подобных свидетельств друзей и соратников Рериха о его характере и огненной сущности его личности не цитируется Дубаевым. Он не только ни на йоту не приблизился к пониманию духовных основ своего героя, но постоянно пытается низвести события и факты до уровня обыденного сознания, принизить не только историческое значение личности Н.К. Рериха, но и оскорбить его человеческое достоинство. Обвиняя его в черствости и скупости, Дубаев приводит в книге письмо сестры Н.К. Рериха и комментирует: «Родственники ждали приезда Николая Константиновича в Советскую Россию и надеялись, благодаря его авторитету, изменить свое бедственное положение. <…> Лидия ставила Николаю в пример младшего брата Владимира, который даже из белогвардейского Харбина присылал родным письма почти каждый месяц и часто вкладывал туда заработанные доллары» (27). Глубокий знаток биографии семьи Рерихов, П.Ф. Беликов в «Опыте духовной биографии», как бы предвосхищая выпады дубаевых, пишет: «И опять-таки с такими “благими” заключениями лучше вообще не затрагивать “бытовых” сторон жизни Е.И. и Н.К., так как все попытки объяснить и тем самым “оправдать” их приводят к умалению Великих обликов» (28). Лучше не скажешь.

Обывательские толкования бросают тень отнюдь не на великих людей, а на тех, кто эти толкования измышляет и тиражирует.

«…Тем хуже для фактов»

«Если факты не соответствуют гипотезе, то тем хуже для фактов», — эта циничная поговорка, к сожалению, часто служит Дубаеву руководством к действию. Автор далеко не всегда обременяет себя ссылками на источники, из которых черпает информацию о «многих тайнах “Державы Рерихов”». Уже в самом начале своего повествования он голословно заявляет о принадлежности Н.К. Рериха к масонству: «Что касается самого Николая Константиновича, то в масонскую (Розенкрейцеровскую) ложу он вступил в 1930-х годах, в Америке, получив сразу высшую степень посвящения» (29).

Если бы автор потрудился ознакомиться с опубликованными архивными материалами, он бы знал, что Николай Константинович никакого отношения к масонству не имел. В письме к А.И. Клизовскому от 26 ноября 1935 г. Е.И. Рерих свидетельствует: «Вы, вероятно, знаете от Карла Ивановича (я ему писала), что Н.К. никогда ни в какие масонские ложи не вступал. Вы знаете и мое отношение к этим ложам, из которых многие превратились в бутафорию» (30). Сам Н.К. Рерих, наслышанный о подобных инсинуациях, в особенности в харбинской прессе, писал: «В моей жизни враги и завистники не раз пытались постараться. Что только не измышлялось! <…> обозвали самим Антихристом, главою всемирного Коминтерна и Фининтерна, главою масонства. <…> Вот в какие своеобразные суперлативы вдалась зависть и злоба» (31).

Чем дальше окунаешься в текст, тем больше убеждаешься в том, что Дубаев сам не ведает, что творит. В одном месте пишет одно, в другом — совершенно противоположное. Зачастую разрозненные части повествования, в которых автор перескакивает от факта к факту, нарушая их последовательность и жизненную связь, чередуются с измышлениями его скандально известных предшественников — О. Шишкина и В. Росова и других фальсификаторов. Эти измышления Максим Дубаев выдает за новые, доселе неизвестные подробности жизни своего героя и его семьи.

Пожалуй, самое отвратительное в книге Дубаева — обвинение Н.К. Рериха в шестимесячном стоянии экспедиции на границе Тибета, стоившем жизни некоторым его спутникам и практически всем животным каравана. Дубаев пересказывает известную версию востоковеда Митрохина: «ничто и никто не мог бы помешать Рерихам самовольно направиться в Нагчу, а оттуда — в любом направлении. <…> Письма, которые присылали губернаторы Нагчу, были двусмысленными, что позволяло Н.К. Рериху принимать любые решения. <…> В восточной стране, далекой от цивилизации, Николай Константинович хотел все решить по-европейски. Поэтому он придумывал уважительные письма, а Юрий переводил их на тибетский язык» (32). «Губернаторы Нагчу всячески намекали, что не препятствуют продвижению посольства в Лхасу и не могут удерживать его караван» (33). (Кстати, заметим, что Ю.Н. Рерих — крупнейший ученый-востоковед, признанный во всем мире непревзойденным знаток восточных языков, — по версии Дубаева, всего лишь «сносно знал тибетский язык…» (34)

Авторски переработанная версия Митрохина полностью игнорирует свидетельства участников экспедиции — Ю.Н. Рериха, К.Н. Рябинина и Н.В. Кордашевского. Из их дневников ясно следует, что в сложившихся условиях не было возможности для самовольного продвижения экспедиции. У Н.К. Рериха был пропуск для проезда в Лхасу, подписанный представителем Далай-Ламы еще в самом начале пути в Урге и якобы дающий право беспрепятственного продвижения по Тибету, но этот пропуск был опротестован губернаторами из Нагчу. «Мы решили остановиться, потому что намеревались войти в страну мирно, не прибегая к применению силы в регионе, охраняемом заставами милиции», — писал Ю.Н. Рерих (35). Тибетские чиновники настраивали местное население против европейцев, и не то чтобы самовольное снятие лагеря, но любые передвижения участников экспедиции пресекались. Чиновники Нагчу были информированы о любых действиях в лагере, которые искаженным эхом отзывались в их сознании. Безусловно, при несогласованных с властями действиях экспедиции, тем более ее передвижении, власти Тибета, «вдохновляемые» англичанами, контролировавшими этот регион, силой бы остановили иностранцев, из которых только трое были профессиональными военными. И руководитель экспедиции ни в коей мере не должен был принимать решение, из-за которого могла пролиться кровь.

Кроме того, описывая Центрально-Азиатскую экспедицию Н.К. Рериха, Дубаев игнорирует ее цели и задачи, ее научные и художественные результаты. В повествовании Дубаева остается абсолютно неясным, ради чего Рерихи идут по горам и пустыням Центральной Азии, преодолевая невероятные трудности. Николай Константинович писал об этой экспедиции: «Кроме художественных задач, в нашей экспедиции мы имели в виду ознакомиться с положением памятников древностей Центральной Азии, наблюдать современное состояние религии, обычаев и отметить следы великого переселения народов. Эта последняя задача издавна близка мне» (36). Экспедиция имела чрезвычайное значение для дальнейшего научного творчества Н.К. и Ю.Н. Рерихов. Как свидетельствует исследователь жизни и творчества Рерихов Л.В. Шапошникова, «все основные участники Центрально-Азиатской экспедиции вели научные изыскания и собирали научный материал. И делали это в рамках философско-исторической концепции Рериха. Этой концепцией пронизаны дневниковые записи и многочисленные очерки Николая Константиновича. <…> Основу концепции составлял диалектический метод подхода к истории человечества. Подвижность, быстрая изменчивость и противоречивость исторического процесса — все это нашло свое отражение в его концепции. В бурном океане культурной истории человечества ориентиром ему служили так называемые “непреходящие” элементы культурной традиции тех народов, через чьи земли и страны шел маршрут Центрально-Азиатской экспедиции. В основе этого “непреходящего”, или, как мы иногда говорим, “вечного”, лежало коллективное творчество народов, древних и современных, их культурный и нравственный опыт, их духовные ценности и многовековые накопления их труда. <…> “Непреходящие” элементы формировали механизм культурной преемственности, скрытые нити которой усиленно искал Рерих на маршруте своей экспедиции» (37). Этот уровень осмысления биографии героя нашему молодому автору недоступен.

Однако есть в книге «открытия», сделанные лично Максимом Дубаевым. В совершенно новой роли выступил в биографии Н.К. Рериха такой одиозный персонаж, как Я.Г. Блюмкин: «Неожиданно советский торгпред стал убеждать Н.К. Рериха как можно скорее покинуть Монголию, так как получил указание задержать экспедицию до прибытия из Москвы Я.Г. Блюмкина, а это могло означать только одно — арест Николая Константиновича» (38). Согласно документам Российского государственного военного архива, Я.Г. Блюмкин был представителем внутренней охраны (ГВО) в Урге с декабря 1926 года (39), в то время как Н.К. Рерих покинул Ургу в апреле 1927 года. Зачем же автору потребовалось упоминать эту фамилию? Видимо, потому, что за ней стоит уже разработанный О. Шишкиным пласт ассоциаций, связывающий Рериха с ОГПУ.

Дубаев поддерживает миф о связях Рериха с ОГПУ и делает это весьма прозрачным, хотя и несколько завуалированным способом. Как известно, все зарубежные акции советского правительства в то время не обходились без организующего начала ОГПУ. Поэтому для поддержания «разведывательного мифа» Дубаеву вовсе не было необходимости дословно повторять Шишкина, Минутко и др. — достаточно внушить читателям, что экспедиция Н.К. Рериха, особенно ее Тибетский маршрут, прошла не без помощи Советов: «Николай Константинович уже не сомневался, что путь необходимо держать в Советский Туркестан. А там, возможно при поддержке советских властей, более тщательно организовать свою экспедицию» (40). Далее: «Вскоре у Н.К. Рериха состоялись встречи с руководством ОГПУ» (41). Ни целей, ни предмета разговора Дубаев не сообщает. Читатель сам должен прийти к выводу, к которому его подталкивает автор. Несколькими страницами дальше вывод делает уже сам Дубаев: «Некоторое время Рерихам удалось сохранить инкогнито, но когда полпред П.Н. Никифоров узнал, что художник находится в Урге по заданию советского правительства, Николай Константинович был очень недоволен, но отказать П.Н. Никифорову не мог. Оставалось только сожалеть о проваленной конспирации» (42). Автор книги, полагающий, что Н.К. Рерих находился в Урге «по заданию советского правительства», игнорирует заявление главы пресс-бюро СВР Ю.Г. Кобаладзе, который свидетельствует: «Никаких записей о том, что Рерих был нашим сотрудником или выполнял какие-то задания, в архивах Службы внешней разведки нет. <…> Да, Рерих обращался к советским властям, в частности в МИД, с просьбой оказать помощь в проведении экспедиции» (43).

Книги фальсификатора О. Шишкина М. Дубаев стыдливо не включил в библиографию, хотя методы интерпретации некоторых материалов он позаимствовал именно из этого источника. Например, при описании истории создания Рерихом постамента для бюста Ленина в Урумчи текст Николая Константиновича: «Перед юртами сиротливо стоит усеченная пирамида — подножие запрещенного памятника» — интерпретируется Дубаевым следующим образом: «Монумент должен был представлять собой усеченную масонскую пирамиду, где вместо глаза расположилась бы голова Ленина. Эта идея всем очень понравилась» (44). Как здесь не вспомнить еще и Василия Иванова, харбинского фашиста, в 1934 году обвинявшего Н.К. Рериха в масонстве! Обоих авторов роднит тотальное невежество, незнание равно как масонских знаков, так и творчества великого художника, опиравшегося в своих новых нахождениях на духовные символы разных традиций и культур. В данном случае желание автора придать масонский смысл памятнику Ленина с постаментом в форме усеченной пирамиды, само по себе выглядит символом абсурда.

Не менее характерны «риторические» вопросы, которые задает Максим Дубаев, например: «Кого же представлял Николай Константинович, когда с официальным визитом отправился в Министерство иностранных дел? Сторонников бежавшего из Лхасы Таши-ламы или другие силы?» (45) Абзацем ниже автор утверждает уже без доли сомнения: «Участие Н.К. Рериха в организации переговоров с Таши-ламой тщательно скрывалось» (46). Версия об участии Н.К. Рериха в политических коллизиях, происходящих вокруг Таши-ламы, ничем не подтверждена. Даже автор этой идеи О. Шишкин не смог сфабриковать убедительных доказательств, а В.А. Росов, в докладах и выступлениях неоднократно заявлявший о найденной переписке Рериха и Таши-ламы, в своих публикациях ни разу не цитировал упомянутые им мифические документы. Безусловно, Н.К. Рерих симпатизировал Таши-ламе, духовному лидеру Тибета, изгнанному за пределы своей страны, о чем свидетельствуют некоторые его очерки, но не участвовал в политических интригах вокруг этой значимой в буддийском мире персоны.

Собственно, весь маршрут Центрально-Азиатской экспедиции изображен Дубаевым как результат постоянных колебаний и неосуществленных стремлений Н.К. Рериха. Путь на Москву представлен как вынужденная мера (из-за того, что не пустили напрямую в Тибет). Описывая выезд Рерихов из Хотана, М. Дубаев сообщает: «Путь в заповедный Тибет для Н.К. Рериха был закрыт»; «Из разговоров солдат Николаю Константиновичу стало ясно, что губернатор Хотана думал, что караван обязательно вернется назад, чтобы, несмотря ни на что, все-таки добиться разрешения на проход в Тибет. Но Хотан теперь был далеко, и ближайший путь лежал в обход пустыни Такла-Макан» (47). Но путь Рерихов на Родину был определен еще в 1923 году, в Сиккиме, в небольшом храме, стоящем чуть в стороне от дороги из монастыря Гум в Дарджилинг. Здесь произошла встреча Елены Ивановны и Николая Константиновича с их Учителем. «Говорили о предстоящей Центрально-Азиатской экспедиции. Россия по плану Махатм была важнейшим этапом в маршруте экспедиции. Рерихи должны были доставить в Россию их письмо» (48), известное как письмо Махатм Советскому Правительству. Руководителям страны был передан также ларец с гималайской землей «на могилу Махатмы Ленина», который экспедиция несла с собой от Гималаев. Такие общеизвестные факты демонстрируют всю абсурдность утверждений Дубаева о том, что включение Москвы в маршрут Центрально-Азиатской экспедиции было вынужденной мерой.

Маньчжурская экспедиция Н.К. Рериха также изложена в «скандальном» ключе. Показаны лишь история с американскими ботаниками, отказавшимися сотрудничать с русским художником и путешественником, возглавившим экспедицию, харбинские сплетни вокруг Рериха, малодушие министра сельского хозяйства США Г. Уоллеса, досрочно прервавшего плодотворную научную работу в степях Внутренней Монголии. Ее результаты остались за кадром повествования. Дубаев не сообщает читателям о том, что эта экспедиция проделала огромный комплекс научных исследований. Членами экспедиции было изучено свыше трехсот сортов растений, пригодных для борьбы с эрозией почвы. В США было послано около 2000 посылок с семенами (49). Гербарные сборы и исследования материалов древних манускриптов, проведенные во время экспедиции и при дальнейшей работе Института Урусвати, послужили основой для важных сводок по флоре Тибетского нагорья и тибетских лекарственных растений (50). Экспедицией было открыто несколько новых видов растений. В числе ее результатов можно назвать и серию картин Н.К. Рериха о Монголии, и философские очерки книги «Священный дозор» и первого тома «Листов дневника».

Главный труд жизни Рерихов — философско-этическое учение Живой Этики, данное в сотрудничестве с Духовными Водителями человечества, упоминается Дубаевым лишь вскользь, в упрощенно-искаженном виде. Автору невдомек, что Живая Этика явилась важнейшим этапом в становлении нового, космического мировоззрения человечества. «Вобрав в себя самое ценное из прошлого и настоящего человечества, идеи Живой Этики не были ни отвлеченными, ни абстрактными. Сложившись в природном космическом потоке, они несли в себе огромный энергетический заряд действенности, устремляя человечество к будущему, к переходу на новый эволюционный виток, к духовному совершенствованию. Охватывая широчайший диапазон космических процессов, Живая Этика способствовала такому пониманию человеком событий, “которое бы отражало суть и основу всей Вселенной”, — по словам самого Рериха» (51). По мнению же Дубаева, Е.И. Рерих писала всего-навсего некие «мистические книги». Не менее странно трактует он и буддийское учение, важную составляющую часть творчества Рерихов. Приход Майтрейи, должный ознаменовать новую эру, Дубаев рассматривает как конец света (52). В конечном счете, все религиозно-философские вопросы сводятся автором к некой «новой религии», тесно взаимосвязанной с политическими интригами: «Из Марселя в конце декабря 1924 года Н.К. Рерих позвонил в Берлинское советское посольство и договорился с полпредом Николаем Николаевичем Крестинским, которого ему рекомендовали в Америке. Разговор должен был идти о приобретении концессий на территории Алтая и об объединении всей Азии под эгидой новой религии» (53).

Эта вскользь брошенная Дубаевым фраза явно обнаруживает свой источник — геополитические измышления В.А. Росова. По его «версии», планы объединения Азии, в том числе и вооруженным путем, активно разрабатывались Н.К. Рерихом. Касательно подобных «версий» и слухов о политических планах Рерихов, которые распространялись еще при их жизни, Елена Ивановна писала: «Соображения о том, что злоумышленники могут изобретать какие-то наветы политического характера, не имеют под собой почвы. Конечно, выдумывать может всякий, но факты нашей широкой культурной деятельности настолько уже исторически неопровержимы, что нелепо даже представить себе такие поползновения» (54).

По Росову же, составной частью геополитических «планов», приписываемых им Рерихам, является Храм «Единой религии в Звенигороде, в будущей столице нового Сибирского государства» (55). Здесь уже возникает референция на писания «миссионера» А. Кураева, ведущего крестовый поход против философии Рерихов. Тем не менее, как свидетельствует известное письмо Крестинского Чичерину от 2.01.1925, при личной встрече с великим художником ни о какой новой религии речи не было, Рерих показался полпреду настроенным буддийски-коммунистически. Видимо, под новой религией автор вслед за Кураевым подразумевает философскую систему Живой Этики, религией не являющуюся. «Философское учение Живой Этики ни в коей мере нельзя считать религиозным, ибо в нем отсутствуют признаки религиозного учения. В нем также нет никакой культовой практики. <…> “Огненный опыт” Елены Ивановны Рерих, через который она прошла под руководством своих Учителей, к религиозной практике никакого отношения не имеет. Это был научный эксперимент, базировавшийся на энергетических особенностях самого эволюционного процесса. Его смогла вынести только личность с высочайшей духовностью, какой и явилась Елена Ивановна. Никем другим такая “религиозная практика” пока повторена быть не может. <…> В Живой Этике существует не “организованное поклонение Высшим силам”, а богатейший пласт информации, связанный с мирами иных состояний материи и более высоких измерений» (56), — так отвечает на подобные измышления Л.В. Шапошникова, посвятившая немало своих работ научному изучению Живой Этики.

Помимо всего прочего в тексте книги М. Дубаева много фактографических ошибок и опечаток. Вот лишь некоторые из них. Дубаев пишет, что «еще осенью 1924 года, когда экспедиция Николая Рериха была на пути в Хотан, резко обострилась обстановка на монгольской границе с Синцзяном» (57). Между тем экспедиция началась в 1925 году, о чем и было сообщено несколькими страницами ранее. Читателям остается догадываться, в каком из утверждений автор не ошибся. 29-этажное здание Музея Николая Рериха автор упорно определяет как 24-этажное. Год открытия музея обозначен как 1927-й, в то время как открытие состоялось 17 ноября 1929 года. Письмо Чичерина Молотову, написанное после встречи с Рерихом, Дубаев датирует 11 июня (58), в то время как в Москву Рерихи прибыли 13 июня, о чем сообщается абзацем выше. Третью конференцию Пакта Рериха, состоявшуюся в 1933 году, Максим Дубаев со странной настойчивостью называет конвенцией, хотя конвенция по определению — документ, а не событие. В качестве заключения главы о деятельности Института гималайских исследований «Урусвати» Дубаев без комментариев приводит текст Рихарда Рудзитиса, изобилующий фактическими ошибками. Долина Кулу в нем обозначена как долина реки Кулу, а не реки Беас, слово «Урусвати» расшифровано как «Утренний луч», а не «Утренняя звезда», сообщается о недавнем открытии биохимической лаборатории, которая так и не была открыта вследствие финансовых трудностей. Искажены некоторые индийские слова и топонимы (например, Патаканкор вместо Патаканкод, раджпурский вместо раджпутский). Центральная Азия обозначена как Средняя Азия. Можно предположить, что это калька с названия книги Ю.Н. Рериха, но нигде не оговорено, что во времена Юрия Николаевича, написавшего книгу «По тропам Срединной Азии», так обозначалась именно Центральная Азия. Следует отметить также, что многие цитаты, приводимые в тексте, не имеют сносок.

Автор книги не только намеренно искажает события вслед фальсификаторам, чьими измышлениями он беззастенчиво пользуется, но демонстрирует элементарное неуважение к фактам, что непростительно для историка.

Биография, детектив или бульварный роман?

Не удовольствовавшись «накалом страстей», созданным благодаря репродуцированию «шпионских» версий О. Шишкина, Дубаев присочиняет некоторые детали в жанре детектива. Возникает некая интрига при описании истории с визами в Индию, которые английские власти в течение 1930 года отказывались выдать Николаю Рериху. В конечном счете настойчивость и находчивость видного художника и общественного деятеля переломили ситуацию, англичане вынуждены были пропустить Рериха в свои владения, и виза была выдана вице-королем Индии. Но Дубаев выдвигает иную версию: «Один из сотрудников музея (кто именно? — Авт.) был срочно командирован в Лондон, где, несмотря на уверения английских чиновников в симпатиях Н.К. Рериха к большевикам и революционерам, он все же добился визы для Николая Константиновича и его сына» (59). Согласно версии Дубаева, этому мифическому сотруднику в кратчайшие сроки удалось то, что не удавалось сделать Рерихам в течение всего года.

Если ознакомиться с документальными материалами английской разведки, представленными в книге Л.В. Шапошниковой «Мастер», то вырисовывается совсем иная картина. Как свидетельствует длительная переписка, происходившая в этом ведомстве в 1930 г., англичане серьезно обеспокоились, что запрет на въезд в Индию русского художника может приобрести еще больший резонанс — состояние здоровья Елены Рерих требовало присутствия мужа и лечащего врача. Прибыв во французскую часть колониальной Индии, Николай Константинович сообщил чиновникам, «что с ним в Пондишери находится лечащий врач Елены Ивановны, который должен навестить пациентку» (60). Англичанам не удалось провести собственное, устраивающее их медицинское освидетельствование Е.И. Рерих, которая оставалась вне их досягаемости за перевалом Ротанг. Заместитель секретаря при правительстве Индии С.Н. Рой писал своим «коллегам по цеху»: «если ее болезнь будет иметь фатальный исход, мы можем оказаться в ужасном положении» (61). В результате Николаю и Юрию Рерихам было разрешено пересечь границу между французской и английской Индией, и визит таинственного американского сотрудника в Лондон, введенный в сюжет Максимом Дубаевым, вряд ли имел к этому отношение.

Но детективом М. Дубаев не ограничивается, и в описании личных переживаний своих героев он использует еще приемы бульварного романа. Полностью в соответствии с законами этого жанра изложена в книге история взаимоотношений Николая и Елены Рерихов до их свадьбы. Интерпретируя дневники З.Г. Фосдик (уже сами по себе являющиеся интерпретацией), Максим Дубаев привносит свои комментарии, пользуясь тем, что упоминаемых им писем Елены Шапошниковой не сохранилось. По мнению автора, Николай Константинович получает «двусмысленные письма от своей невесты» (62), Рериху «оставалось только переживать равнодушные письма Елены Ивановны и утешаться тем, что все каким-то чудесным образом исправится и Елена Ивановна станет его супругой» (63). «После очередного обидного и совершенно равнодушного письма, полученного от Елены Ивановны, Николай Рерих решил поставить на переписке крест, считая ее теперь бесполезной» (64). Такой легковесный подход к довольно сложной проблеме личных взаимоотношений весьма далек от «серьезного обсуждения и изучения ценнейшего опыта гармоничного совмещения “земных” и “надземных” планов, который явлен нам в жизни Н.К. и Е.И.» (65). В книгах П.Ф. Беликова и Л.В. Шапошниковой «земной» и «надземный» планы воспроизведены бережно и обстоятельно. Павел Федорович писал о Рерихах, что «каждый день их жизни поучителен» (66). «Вот почему тщательный анализ доступных сторон биографии Н.К. и Е.И. столь важен. Безусловно, что такой анализ не даст результатов, или будет даже вредоносным, если хоть на миг упустим из виду, что в “знаменателе” у нас имеются все показатели о приобщении Н.К. и Е.И. к “сосредоточению огненному”. Эти показатели — единственно правильный критерий при оценке первого периода жизни Н.К. и Е.И. Вместе с тем ошибочно забывать и то, что у них самих этого критерия в руках тогда еще не было» (67).

Но применить разработанный классиком рериховедения методологический прием М. Дубаев не способен. Выхватив из переписки Н.К. Рериха с его невестой Е.И. Шапошниковой лишь один драматический эпизод, Дубаев игнорирует ту прекрасную и поучительную ее часть, в которой они обсуждают планы будущей совместной жизни. «Сотрудничество Н.К. и Е.И. было редчайшей комбинацией полнозвучного звучания на всех планах. Дополняя друг друга, они как бы слились в богатейшей гармонии интеллектуального и духовного выражения» (68).

В том же ключе на страницах книги Дубаева изложена версия Росова о взаимоотношениях Юрия Рериха и Марсель де Манциарли (69). Согласно этой версии, Николай Константинович и Елена Ивановна Рерихи разбили счастье сына, так как не хотели испортить отношения с Кришнамурти, также влюбленным в Марсель. От «благорасположения» Кришнамурти якобы целиком и полностью зависела их поездка в Индию. При этом и Росов и Дубаев забывают, что еще раньше Рерихов в Индию пригласил Р. Тагор и этим приглашением Рерихи также могли воспользоваться. Более того, оба «историка» не учитывают свидетельство такого очевидца и участника этих событий, как сама Е.И. Рерих. В письме к З. Фосдик она так комментирует этот эпизод, объясняя, что к приезду родителей Ю.Н. Рерих уже сам сожалел о своем опрометчивом решении создать семью: «…Вы знаете, что я не писала Юрию против его брака с упомянутой девушкой, ибо было мне написано, что в случае нашего несогласия на этот брак он поступит в иностранный легион. Потому мы отложили всякие объяснения до нашего личного с ним свидания, которое должно было состояться в ближайшие месяцы. Вы знаете, что Юрий был рад узнать, что мы не толкаем его на этот брак. Также и девушка, будучи весьма культурной и талантливой особой, выказала себя с самой прекрасной стороны и разумно приняла мои доводы против брака, где жениху едва исполнилось 21 год, а невесте было уже 27. О всем этом я могла писать Вам из Парижа, но не самому Юрию. Тут какое-то недоразумение, а может быть, и подлог. Не могу понять, с какой целью притянули они этот эпизод? Зачем понадобилось порочить достойную девушку? Если мать выказала себя легкомысленной и увлеклась мыслью выдать дочь за Юрия, то зачем же бросать тень на девушку? Можно еще раз до глубины души протестовать против таких хамских выходок» (70).

Утрата соизмеримости

Как писала Е.И. Рерих, «…превознести имена второстепенные — показывает на утрату соизмеримости, что равносильно падению духовности» (71). В книге Дубаева удивительным образом оказались вознесены второстепенные имена, ставшие синонимами предательства. Кто из почитателей Рерихов не знает о трагической судьбе Музея Николая Рериха в Нью-Йорке, фактически украденного американскими гангстерами — супругами Хорш и Э. Лихтман?

Е.И. Рерих писала: «Хорши подошли к нам через мисс Грант; тогда мы жили в Америке еще только восемнадцать месяцев и не знали многих особенностей и условий этой страны. Так, мы не знали, что г-н Хорш имеет плохую репутацию даже среди своего круга маклеров. Вернувшись из экспедиции и приехав в 1929 году в Нью-Йорк на открытие Дома, профессор Рерих был удивлен, что многие влиятельные и богатые американцы, привлеченные его идеями и искусством, встречая г-на Хорша, отказывались примкнуть к нашей деятельности и уходили» (72). Хорш был тем человеком, о котором заранее было сказано: «Мука у средины не чиста, но купить новую нет денег» (73). Однако надо было начинать строительство с тем, кто есть. Строили в надежде, что смогут силой великой любви и устремления вовлечь Хоршей в поток событий, которые приведут к осознанию ими чувства ответственности и изменят в лучшую сторону их судьбу.

«Амбиции и тщеславие г-на Хорша, а также другие его характерные черты проявились еще с самого начала его приближения. Он и жена его с трудом дожидались нашего отъезда в Центрально-Азиатскую экспедицию, поскольку — по словам самой г-жи Хорш — профессор Рерих затмевал ее мужа и в его отсутствие г-н Хорш смог лучше проявить себя» (74). Позднее эти качества сыграли зловещую роль в судьбе Хоршей – они не вынесли бремя доверия и предали тех, кто вел их к новым, прекрасным достижениям во имя Культуры. «Предательство <…> произошло на почве корыстолюбия и честолюбия» (75), с болью в сердце писала Е.И. Рерих. «Г-н Хорш, пользуясь отсутствием Н.К. [и его участием. — Авт.] в среднеазиатской экспедиции, решил захватить в свои руки все здание, все идеи и связанные с ними Учреждения и начинания. Не описать всей лжи, клеветы и всех отвратительных уловок, дошедших до подлогов, к которым трое предателей прибегают, чтобы опорочить и исключить из Учреждений основную группу. Так, характерен следующий прием: несколько лет тому назад под предлогом якобы каких-то легальных формальностей г-н Хорш забрал у всех членов Совета Трэстис (76) их шеры (77) и затем оставил их у себя на хранении. Теперь же он объявил себя единственным владельцем этих шер и на этом основании планировал исключить из Совета Трэстис наших верных сотрудников» (78). В истории рериховского движения имя Хоршей стоит в одном ряду с Иудой, Девадатой и другими персонажами, запечатленными в «черных» анналах истории человечества.

Но Дубаев будто и не знает об этом. На протяжении всего повествования он исподволь пытается изобразить Хорша чуть ли не главным героем. В его книге мы встречаем уникальную выдумку, не подтверждаемую ни одним архивным документом: «Еще в 1923 году в Америке Н.К. Рерих заложил фундамент будущего музея. Вначале он предложил назвать его именем Нетти и Луиса Хоршей, так как главное финансирование должны были обеспечивать именно они. В конце концов, решили назвать его именем основателя — Николая Константиновича Рериха» (79). Очевидно, таким странным образом в сознании Дубаева трансформировались слова Е.И. Рерих о том, что Хорш «бросает Н.К. упрек в том, что все дела служили лишь прославлению Н.К., совершенно забывая, что все Учреждения, основанные Н.К., не носили его имени, за исключением Музея и образовавшегося при нем впоследствии Общества имени Рериха. Конечно, все мы понимаем, что г-н Хорш хотел бы видеть во главе всех Учреждений свое имя исключительно. Но не может же Н.К. подписывать свои картины, книги и статьи именем г-на Хорша? Какая болезненная зависть!» (80).

Из истории мы знаем, как повел себя Хорш после строительства музея, какие счета предъявил к уплате. Из писем Елены Ивановны известно, что еще за год до знакомства с Хоршами Рерихи, будучи в Америке, в 1921 году основали Мастер-Институт Объединенных Искусств совместно с Зинаидой Григорьевной и Морисом М. Лихтманом и мисс Франсис Грант. Остальные сотрудники в лице г-на Хорша и его супруги и мисс Эстер Лихтман подошли в конце 1922 года (81). Поэтому имя Н.К. Рериха «было установлено задолго до приезда в Америку» и «не Хорш создал его, как, может быть, утверждают это его адвокаты» (82). Л. Хорш «пришел уже на готовую пашню» (83), и именно «музей положил основание всему социальному положению г-на Хорша» (84).

Что касается «широкого круга знакомств», якобы существовавшего у Хоршей согласно версии Дубаева, то следует напомнить автору, что приблизиться ко многим сильным мира сего, в том числе к министру земледелия Г.Э. Уоллесу и в дальнейшем к Президенту США Ф.Д. Рузвельту, Хоршам удалось благодаря Рерихам, но не наоборот. Е.И. Рерих писала: «Так не забудем, что имя Н.К. и мои письма открыли им все двери и дали все возможности. Они принимались по первому телефонному звонку и с самым дружественным приветом, но они воспользовались этим, чтобы предать самым низким образом» (85). В частности, «когда Эстер Лихтман во время своего пребывания в Индии узнала о том, что я состою в переписке с г-ном Уоллесом, то совместно со своими соучастниками она решила, что ей необходимо вернуться в Америку и присутствовать на торжестве подписания Акта в Вашингтоне и для успеха дел подойти ближе к Уоллесу. Для этого она испросила у меня рекомендательные письма для себя и четы Хоршей к Уоллесу, что я в полном доверии и сделала. Они были приняты самым сердечным образом, о чем свидетельствует присланное мне после их встречи письмо самого Уоллеса. Но этого им было мало, они хотели всецело и исключительно завладеть этим человеком для своей личной выгоды (должно быть, для биржевых операций), и для этого им понадобилось прежде всего поссорить его с мисс Грант. Это им удалось блестяще. Что они наговорили ему про нее, до сих пор в точности мы не знаем, но он в самой грубой форме отказался ее видеть и иметь с ней какие-либо сношения, и мне было предложено сноситься с ним через г-на Хорша» (86).

Каплей, переполнившей чашу терпения Рерихов, стала подтасовка сообщений, получаемых Е.И. Рерих из Высокого Источника в адрес Ф.Д. Рузвельта. Они передавались через Хоршей. В своем письме Ф.Д. Рузвельту от 12 декабря 1935 г. Е.И. Рерих писала: «Уже несколько месяцев я пытаюсь найти возможность предупредить Вас, что те двое, которые передавали мои послания, оказались предателями на 14-м году сотрудничества и я вынуждена лишить их моего доверия. Поддавшись жадности и амбициям, они нарушили святое доверие и передали Вам в апреле свой собственный совет относительно некоторых финансовых вопросов (серебро), выдавая его как исходящий через меня из Истинного Источника. Этот Источник предупредил меня о совершенном предательстве. <…> Когда они увидели мое возмущение их поступком и осознали серьезное последствие последнего, то, движимые страхом и ненавистью, вступили на путь открытого предательства и решили не только порвать с нами все отношения, но и начать отвратительную кампанию по дискредитации нашего имени, чтобы уничтожить нас как свидетелей их предательских действий» (87).

Игнорируя все эти очевидные факты, Дубаев в своей книге упорно утверждает, что «финансовое благополучие Рерихи обрели благодаря неожиданному знакомству с биржевым маклером Луисом Хоршем» (88). «Круг знакомых Луиса Хорша был поистине огромным. Он мог без труда найти необходимые деньги для любого мало-мальски выгодного предприятия: как для создания издательства, музея, организации экспедиции, так и для покупки концессий на Алтае. Поэтому, как только Луис Хорш оказался среди друзей Н.К. Рериха, все учреждения, создаваемые Рерихами, превратились в коммерческие предприятия, приносившие доход» (89). «Именно Луису Хоршу и его связям на первых порах Н.К. Рерих был обязан своим благосостоянием» (90).

Между тем факты неумолимо свидетельствуют, что именно по причине нерасторопности Хоршей было провалено получение американскими учреждениями, основанными Рерихами, концессий на Алтае — проект «Белуха», за которым стояли грандиозные планы по развертыванию строительства города будущего новой России. Переговоры с советскими чиновниками по поводу предоставления концессий велись на самом высоком уровне и первоначально были успешными. Е.И. Рерих писала своим сотрудникам: «…нечего скрывать “Белуху”, ибо это была утвержденная Корпорация. <…> “Белуха” была дана, но тот, кто заведовал у нас финансовой стороною всех дел, никогда ничего не мог сорганизовать» (91); «…сама Зина знает, что неуспех “Белухи”, если говорить о неуспехе, шел с его (Хорша. — Авт.) стороны, ибо финансовая часть не была подготовлена, но сама “Белуха” была дана, и за очень малую сумму» (92). А из писем Н.К. Рериха мы знаем, что «г-н Хорш сейчас злонамеренно говорит, что все не увенчалось успехом, но Вы-то знаете и, если нужно, можете доказать, что Ваши поездки были успешны и лишь недостаток финансовых возможностей, которые были в исключительном заведовании г-на Хорша, не позволял этим начинаниям развиться» (93).

Многие великие начинания были сведены к нулю сначала из-за своеволия, затем из-за предательства Хоршей. Именно в этом качестве они сыграли в жизни Рерихов заметную роль, и любой биограф обязан отводить подобным личностям место, соответствующее их деяниям. Вдумчивому исследователю история предательства Хоршей дает неоценимый материал для изучения трагедии падения духа.

В конечном счете книга Дубаева создает впечатление большого лоскутного одеяла, сшитого из разрозненных кусков, — эпизоды жизненного пути Мастера зачастую никак не связаны между собой, а вкрапление многочисленных ложных подробностей в текст книги имеет одну четкую цель — «сбить пафос», заземлить и скомпрометировать героя. Книга пополнила собой список тех публикаций о Н.К. Рерихе и его семье, авторы которых делают себе имя на дискредитации имен великих людей.

Судьба дала молодому автору редкий шанс написать о человеке, символизирующем торжество Духа и культуры, прикоснуться к истокам огненного творчества Николая Константиновича Рериха и опубликовать книгу о нем в серии «Жизнь замечательных людей». Этот шанс был Дубаевым не только упущен, но и употреблен во зло. Искажение великих обликов — это одна из форм жестокой войны против Культуры, которую во все времена ведет невежество, ставшее сегодня еще более агрессивным и изощренным.

Прискорбно, что «Молодая гвардия», известное и уважаемое издательство, отвечая «веяниям времени», пошло по пути принижения великих имен. К сожалению, новая книга о Рерихе, вышедшая в серии ЖЗЛ, заняла свою нишу в развернутой системе черного пиара вокруг имени Рериха, разрабатываемого в расчете на самые различные социальные уровни и культурные слои населения: неискушенным читателям — писания Кураева, Шишкина и Сенкевича; для интеллектуалов — книги Росова; для всех, кто доверяет серии ЖЗЛ, — книга Дубаева, своеобразный опыт бездуховной биографии.

Чтобы писать, надо знать. Знать и любить героя своей книги. Знать, где вечное, а где сиюминутное. Тогда тебя не сможет поглотить пыль архивов, иногда перемешанная с амбициями и завистью современников героя, никто и ничто не уведет в сторону, не заставит встать на путь Ивана, родства не помнящего, не уважающего духовную историю своего отечества и не способного оценить подвиг замечательных людей, которые составляют его гордость.

P.S.

“Существует традиционная практика — исследователь, работающий в том или ином архиве, должен выполнить условия, предъявленные ему руководством архива. В данном случае Дубаев обязан был представить свою работу перед ее публикацией в научный отдел МЦР для ее утверждения и обещал это сделать. Однако этого не произошло. В результате появилась книга, где был умален и искажен образ одного из великих сынов России. Сотрудники Отдела рукописей МЦР и я рассматриваем благодарность Дубаева за помощь ему в работе как попытку прикрыть этим свою научную недобросовестность и нечестность. В будущем мы позаботимся о том, чтобы у таких дубаевых не было больше повода «выражать признательность» подобного рода”.

Л.В. Шапошникова.

Ссылки:

1. Беликов П.Ф., Князева В.П. Рерих. М., 1972.

2. Беликов П.Ф. Рерих (опыт духовной биографии). Новосибирск, 1994.

3. Шапошникова Л.В. Великое путешествие. В 3 кн. Кн. 1. Мастер. М., 1998.

4. Непрерывное восхождение. К 90-летию со дня рождения П.Ф. Беликова (1911—1982). В 2 т. Т.1. М., 2001. С. 162.

5. Непрерывное восхождение. Т. 1. С. 142.

6. Беликов П.Ф. Письмо С.Н. Рериху от 14.02.1969. Архив П.Ф. Беликова.

7. Беликов П.Ф. Письмо С.Н. Рериху от 12.06.1972. Архив П.Ф. Беликова.

8. Непрерывное восхождение. Т. 2. Ч. 1. С. 173.

9. Дубаев М.Л. Рерих. М., 2003. С. 200.

10. Цит. по: Беликов П.Ф. Рерих (опыт духовной биографии). С. 168—169.

11. Беликов П.Ф. Рерих (опыт духовной биографии). С. 128.

12. Знание для жизни и подвиг в жизни. К 90-летию со дня рождения П.Ф. Беликова // Культура и время. 2002, № 1—2. С. 143.

13. Цит. по: Дубаев М.Л. Рерих. С. 203.

14. Там же. С. 194—195.

15. Там же. С. 209—210.

16. Там же. С. 342.

17. Там же. С. 257.

18. Там же. С. 198.

19. Там же. С. 329.

20. Там же. С. 342.

21. Там же. С. 327.

22 Там же. С. 325—326.

23. Рерих С.Н. Пути в Новый мир / В сб.: Стремиться к прекрасному. М., 1993. С. 109.

24. Рерих С.Н. Слово об отце / В сб.: Стремиться к прекрасному. С. 74, 77.

25. Держава Рериха. М., 1993. С. 59.

26. Хейдок А.П. Огненная сущность. В сб.: Духовный магнит Рерихов. Одесса, 1991. С. 38.

27. Дубаев М.Л. Рерих. С. 227.

28. Беликов П.Ф. Рерих (опыт духовной биографии). С. 78.

29. Дубаев М.Л. Рерих. С. 8.

30. Рерих Е.И. Письма. Т. 3. М., 2001. С. 669.

31. Рерих Н.К. Письма в Америку. М., 1998. С. 66 (письмо от 22 ноября 1935 г.).

32. Дубаев М.Л. Рерих. С. 300.

33. Там же. С. 303.

34. Там же. С. 229.

35. Рерих Ю.Н. По тропам Срединной Азии. Самара: Агни, 1994. С. 271.

36. Рерих Н.К. Избранное. М., 1979. С. 100.

37. Шапошникова Л.В. Великое путешествие. Мастер. С. 305—308.

38. Дубаев М.Л. Рерих. С. 290.

39. Стеценко А.В. «Клевещите, клевещите, что-нибудь да останется» / Защитим имя и наследие Рерихов. М., 2001. С. 544.

40. Дубаев М.Л. Рерих. С. 258.

41. Там же. С. 271.

42. Там же. С. 282.

43. Дардыкина Н. Мертвые сраму не имут. Интервью с Ю.Г. Кобаладзе // Московский комсомолец. 1995. 14 янв.

44. Дубаев М.Л. Рерих. С. 259.

45. Там же. С. 270.

46. Там же.

47. Дубаев М.Л. Рерих. С. 249.

48. Шапошникова Л.В. Великое путешествие. Мастер. С. 206.

49. Беликов П.Ф. Последняя научно-исследовательская экспедиция Н.К. Рериха / Рериховские чтения, 1976 г. Новосибирск, 1976. С. 95.

50. Ефремов Ю.К. Н.К. Рерих и география. (К 85-летию со дня рождения) // Вопросы географии. №50. М., 1960. С. 255.

51. Шапошникова Л.В. Веления Коcмоса. М., 1995. С. 36.

52. Дубаев М.Л. Рерих. С. 230.

53. Там же. С. 231.

54. Рерих Е.И. Письма. Т. 4. М., 2002. С. 372.

55. Росов В.А. Николай Рерих: Вестник Звенигорода. СПб.-М., 2002. С. 78.

56. Шапошникова Л.В. Подвижничество дьякона Кураева / Защитим имя и наследие Рерихов. В 2 т.  Т.1. М., 2001. С. 387—388.

57. Дубаев М.Л. Рерих. С. 267.

58. Там же. С. 264.

59. Там же. С. 331.

60. Шапошникова Л.В. Великое путешествие. Мастер. С. 467.

61. Материалы английской разведки. Цит. по: Шапошникова Л.В. Великое путешествие. Мастер. С. 464.

62. Дубаев М.Л. Рерих. С. 67.

63. Там же. С. 69.

64. Там же. С. 70.

65. Беликов П.Ф. Рерих (опыт духовной биографии). С. 51.

66. Там же.

67. Там же. С. 51.

68. Непрерывное восхождение. Т. 1. С. 158.

69. Дубаев М.Л. Рерих. С. 211—213.

70. Рерих Е.И. Письма в Америку. В 3 т. Т. 2. (Письмо от 2.04.38.)

71. Рерих Е.И. Письма. Т. 5. М., 2003. С. 239. (письмо от 11 сентября 1937 г.).

72. Рерих Е.И. Письма. Т. 4. С. 96. (письмо от 18 марта 1936 г.)

73. Листы сада Мории. Зов. 6 апреля 1922 г.

74. Рерих Е.И. Письма. Т. 4.  С. 95.

75. Рерих Е.И. Письма. Т. 3. С. 652.

76. Trustees (англ.) — члены правления.

77. Share (англ.) — акция, пай.

78. Рерих Е.И. Письма. Т. 4. С. 46.

79. Дубаев М.Л. Рерих. С. 231.

80. Рерих Е.И. Письма. Т. 3. С. 636. (письмо от 12 ноября 1935 г.)

81. Рерих Е.И. Письма. Т. 4. С. 46. (письмо от 4 февраля 1936 г.)

82. Там же. С. 34. (письмо от 27 января 1936 г.).

83. Рерих Е.И. Письма. Т. 3. М., 2001. С. 708. (письмо от 18 декабря 1935 г.)

84. Там же. С. 613. (письмо от 28 октября 1935 г.)

85. Там же. С. 677. (письмо от 3 декабря 1935 г.)

86. Рерих Е.И. Письма. Т. 4. С. 93—94. (письмо от 17 марта 1936 г.)

87. Рерих Е.И. Письма. Т. 3. С. 703—704.

88. Дубаев М.Л. Рерих. С. 213.

89. Там же. С. 214.

90. Там же. С. 215.

91. Рерих Е.И. Письма. Т. 3. С. 658. (письмо от 22 ноября 1935 г.)

92. Там же. С. 604. (письмо от 22 октября 1935 г.)

93. Рерих Н.К. Письма в Америку. М., 1998. С. 86. (письмо от 6 декабря 1935 г.)

©  Журнал «Культура и время». № 2-2004.